Чтение онлайн

После стрельбы из дезинтегратора на борту «Тотентанца» моя грудь превратилась в сплошной темный синяк. Ребра словно охвачены белым огнем. Футляр для сигарилл, подаренный Адамсом, предотвратил ужасные последствия выстрела, но Несломленные забрали его у меня, пока я был без сознания, понятия не имею, где он. Возможно, я так и не узнаю, что находилось внутри. Но хотя бы убежден, что он спас мне жизнь. А еще, что мы – часть великой тайны, существующей на протяжении десятилетий или даже веков.

Вот только неясно, чем все это закончится.

Зила сообщила мне, что Тайлера увели для допроса в покои Саэдии, – спасти его значит встретиться лицом к лицу с моей сестрой. Да и с такими ранениями, как у меня, будет отнюдь не просто освободить из заключения остальных товарищей, не проникнув для спасения Альфы в командный центр управления.

Моя сестра всегда, даже в детстве, отличалась жестокостью. Мать ненавидела эту ее особенность, а отец, напротив, поощрял. Представляю, каким пыткам она может подвергнуть Тайлера. А потом выкидываю эти тревожные мысли из головы.

Прежде всего – и так будет всегда – я должен увидеть Аврору.

Как только мы оказываемся в тюремном блоке, я замечаю неладное: камеры переполнены. Вообще Несломленные редко берут заключенных. Даже на самых крупных их кораблях тюремные помещения маленькие и часто заброшенные. Однако сквозь прозрачные стены, потрескивающие защитные поля я вижу сотни фигур. Все они – сильдратийцы. Худые, несчастные. Внутри меня все сжимается, когда замечаю, что у каждого на лбу глиф в виде глаза с пятью слезами. Этот символ носила моя мать.

Зачем, во имя Пустоты, Саэдии берет в плен Путеходцев?

Впрочем, сейчас нет времени на вопросы. Сидящий на входе адепт смотрит на Зилу с легким недоумением, затем переводит холодный взгляд на меня. Стол у него круглый, как и все помещение тюремного блока. Сильдратиец всего на год или два старше меня, однако, судя по трофеям на доспехах, уже не новичок.

– Чего тебе надо, адепт? – спрашивает он.

С болезненно сжимающимся сердцем оглядываю помещение. Я-то планировал обманом проникнуть сюда, застать нескольких охранников врасплох. А тут оказалась целая дюжина стражей. В тяжелой броне. Полностью вооруженных. Сплошь воины да убийцы. Четверо из них стоят перед одной камерой, в которой я с замиранием сердца вижу Аврору, в полном одиночестве лежащую на столе. Она без сознания. Обездвижена, с кляпом во рту и завязанными глазами. Кожный пластырь на ее запястье обеспечивает бесперебойное поступление седативных препаратов в нервную систему.

Похоже, сестра подходит к перевозке моей бе’шмаи чересчур серьезно.

Но зачем она вообще нужна Саэдии?

И что здесь делают все эти Путеходцы?

В камере по соседству с Авророй я замечаю Скарлетт и Финиана – одинокие и молчаливые, они сидят на койках. Их изолировали от заключенных сильдратийцев и посадили вместе. Заметив меня, Скарлетт слегка напрягается. Во мне слабо поднимается волна гнева при виде того, как обращаются с моими друзьями.

Я лихорадочно произвожу подсчеты в уме. Здесь тринадцать адептов. Мой Внутренний Враг рыщет, мечется из стороны в сторону. Я борюсь с ним с тех самых пор, как покончил со всем этим – с той частью меня, которая наслаждается кровопролитием и болью. С тех пор, как пытался стать не только тем, кем меня воспитали.

И’на Сай’нуит.

Но он все равно ощущает растущее в моих мышцах напряжение, сотрясающее прутья его клетки, сжимающее мои ладони в кулаки.

Разорви их, Кэлиис, – шепчет он.

Убей их.

Однако под моими доспехами уже достаточно ран. И даже при очень хорошем раскладе мне не справиться с таким количеством. Поэтому я гоню Врага прочь.

– Адепт, – повторяет тюремный надзиратель, – чего тебе здесь надо?

– Вот, привел заключенную, – объясняю я, кивая на Зилу. – Поймали ее, когда она ползала по вентиляционным трубам.

Надзиратель, хлопая глазами, смотрит на Зилу.

– Мне никто не докладывал.

Я равнодушно пожимаю плечами. Ребра протестующе стонут.

– Если хотите, могу вернуть ее обратно в вентиляционную шахту.

Адепт встречается со мной глазами, в них читается вызов. Я отвечаю на его взгляд. Бесстрашно. Невозмутимо. Таков обычай Воерожденных. Постоянная проверка. Сильный выживает. Слабый умирает. Среди тех, кто рожден для войны, нет места страху.

Наконец он произносит:

– Отведи ее к другим терранским крысам.

Я согласно киваю. Мы с Зилой шагаем по тюремному блоку, мои ботинки звенят по металлическому полу. Один из стражей возле камеры Скарлетт и Финиана отключает светящееся защитное поле, отпирает дверь. Зила входит внутрь с опущенной головой. Скарлетт порывисто обнимает ее, та напрягается, но не отстраняется.

– Свинья, – плюет в меня Скарлетт, подыгрывая мне. – Чтобы ты сгнил.

– Закрой свой рот, терранское отребье, – отвечаю я на сильдратийском.

– Как твое имя, адепт? – раздается голос у меня за спиной.

Я медленно поворачиваюсь и смотрю на надзирателя. Тот вглядывается в идентификационный номер на моих украденных доспехах, сверяясь с компьютерным терминалом, установленным на его рабочем месте. Люди на таком большом корабле, с таким большим экипажем могут быть просто знакомыми. Но вряд ли они совершенно не знают друг друга. К тому же, как я и сказал, эти Несломленные не дураки.

– Мое имя? – переспрашиваю я, рука в это время скользит к дезинтегратору на плече.

– Согласно журналам дежурств, ты сейчас должен находиться в инф…

– КРАСНАЯ ТРЕВОГА, – звучит внезапный призыв. – КРАСНАЯ ТРЕВОГА. КОРАБЛИ АРМИИ ОБОРОНЫ ТЕРРЫ ИДУТ НА ПЕРЕХВАТ. ВСЕМУ ЭКИПАЖУ ЗАНЯТЬ БОЕВЫЕ ПОСТЫ.

Я с удивлением слушаю передаваемое по громкой связи объявление, когда уровень освещенности помещения падает до глубокого серого оттенка, сильдратийцы обмениваются озадаченными взглядами.

Терране?

Нападают на «Андараэль»?

Сирены не утихают. Звук двигателей становится громче. Я вижу выражения лиц Несломленных, которые отражают мои собственные чувства. Этого не может быть. Ни один флот АОТ не осмелился бы напасть на корабль Несломленных. Иначе это озна…

– КРАСНАЯ ТРЕВОГА. ТЕРРАНЕ НАЦЕЛИЛИ ОРУДИЯ. ИСТРЕБИТЕЛИ НА ПОДХОДЕ. ВСЕМУ ЭКИПАЖУ НЕМЕДЛЕННО ЗАНЯТЬ БОЕВЫЕ ПОСТЫ. ЭТО НЕ УЧЕНИЯ.

Несмотря на замешательство, команда Саэдии хорошо обучена. Стражи приходят в действие: одни начинают переговариваться по коммуникаторам, другие достают оружие. Двое немедленно отправляются к пусковым отсекам. Еще несколько собираются вокруг стола надзирателя, в полном неверии глядя на дисплеи. Я вижу, как к нам приближаются шесть терранских судов. Четыре штурмовика. Два тяжелых авианосца, ощетинившихся крыльями истребителей.