Чтение онлайн

— Не бежим, идём спокойно, — уверенно заявил Григорий и, не торопясь, пошёл в сторону промышленной зоны.

Я двинул следом. Неужели пронесёт?

Отойти от дома мы успели метров на сто, а потом какая-то догадливая сволочь выглянула со двора и засвистела нам вслед. Почти сразу же в погоню рванула дюжина весьма решительно настроенных парней. Арматура, колья, дубинки, ножи. Полный джентльменский набор. Немного не долетев, брызнула осколками стекла бутылка, чуть ближе в землю воткнулся заострённый металлический штырь.

Совершенно спокойно — будто на стрельбище — Григорий, не пожалев штаны, опустился на одно колено и три раза выстрелил одиночными. Бежавший первым оборванец, зажал бедро, захромал, и боевой настрой шпаны моментально испарился. Подхватив раненого приятеля, парни бросились обратно за угол дома.

Григорий поднялся с колена, отряхнул штанину и мы, как ни в чём ни бывало, пошли дальше. Сразу продемонстрировать непоколебимую уверенность в себе — половина успеха. Пусть только рыпнутся…

Прогулочным шагом дойдя до соседнего дома, мы свернули за угол и, не сговариваясь, бросились бежать. Вовремя унести ноги — вторая и ничуть не менее важная половина всё того же успеха.

Проскочив следующий дом, мы с ходу вылетели в промышленную зону и, тяжело дыша, трусцой побежали вдоль длинного забора. Сзади вновь раздались раздражённые крики преследователей и, не долго думая, Гриша нырнул в первую попавшуюся дыру в бетонной плите. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Развалины склада, заасфальтированная площадка, ещё одно уже лучше сохранившееся складское помещение. Заметив заросшую травой узкоколейку, мы побежали по ней и вскоре выскочили к поваленным воротам. Это хорошо, это значит, что мы по крайней мере не в тупике. Пока.

При блуждании по таким вот развалинам самое главное что? Самое главное не заблудиться. Помню, как-то на северной промзоне полдня по цементному заводу плутали. И места ведь знакомые, и проводник из первой роты, а на центральную улицу вышли чуть ли не случайно.

Я ещё аккуратно перешагивал через моток «егозы», когда ругнулся первым перелезший через поваленные ворота Григорий. Поднял голову и замер — нас держали на прицеле четыре автоматчика. Ещё два дружинника приготовили «дыроколы».

— Мы это… свои, — шумно сглотну слюну тоже успевший разглядеть шпалы и треугольники на петлицах Григорий.

Левой рукой он медленно вытащил бляху, начал показывать её стоявшему поодаль старшине и, от избытка чувств выматерившись, убрал её обратно. Мир тесен. Старшиной оказался ни кто иной, как Пётр Зубко.

— О, а ты откуда выплыл? — удивился Пётр и расслабившиеся дружинники опустили оружие. — Гриша, ты где это чудо откопал?

— Что значит, выплыл? — возмутился я, но свою бляху предъявлять не стал. Ни к чему это.

— Для усиления прикрепили, — испортил мне всю малину Конопатый.

— Да ты шо? Коту расскажу, вот он обхохочется!

Да уж, Кот у нас весельчак тот ещё. Блин, надо ж было так неудачно на Зубко нарваться! Теперь пол-Форта знать будет, что я в Дружину завербовался.

— Петя, вы что здесь, вообще, делаете? — успокоившись, Григорий убрал АКСУ в сумку. — Там кстати местные за нами увязались.

— Кузнецов, Баев, проконтролируйте, — распорядился старшина и, стянув за козырёк камуфляжную кепи, вытер вспотевший лоб. — Что делаем, что делаем. В оцеплении стоим.

— Я вижу. Случилось что? — уточнил вопрос Конопатый.

— Случилось что … — очень похоже передразнил Григория Зубко. — Сидите в своём Центральном участке, не знаете ничего….

— Ты давай, объясни нормально, — начал злиться Григорий. — Можно подумать, самого от нас не месяц назад турнули.

— Турнули? Ты чего городишь? — взвился Пётр. — Я сам ушёл!

— Сам, сам, кто спорит, — закивал Гриша. — Ты б ещё Воеводу в карты нагрел, вообще бы добровольцем на северную промзону отправился.

— Да что ты понимаешь? — отвернулся Зубко.

— Ничего, — не стал спорить Конопатый. — Но это вы в своём околотке сидите в полной заднице, а не мы.

— Да у нас нормально ещё, — успокоившись, пропустил мимо ушей подначку Пётр. — Вот с Южного парням сейчас жарко приходится.

— А что там такое? — заинтересовался я.

— Не слышали? Второй день Цех с китайцами рубится.

— Местные появились, — проинформировал нас один из куривших у поваленных ворот дружинников.

Сидевшие на корточках у кирпичной стены склада, автоматчики выжидательно посмотрели на старшину.

— Шуганите их.

Эхо двух автоматных очередей гулко заметалось меж бетонных построек, а падавшие на асфальт гильзы зазвенели, ударяясь друг об друга.

— О чём это я? — задумался Пётр. — А! Про Южный околоток. Так вот — оттуда второй день трупы штабелями вывозят.

— Странно, — почесал за ухом Григорий. — Цех себя в последнее время спокойно вёл. Они ж почти все контракты на охрану объектов Торгового союза заполучить умудрились.

— Это ещё фигня. Туда, говорят, Семёра влезть пытается. Ох, чую, будет бойня.

— Что за стрельба? — неведомо откуда вынырнувший мужик был в штатском — серый пиджак, чёрная футболка, вытертые синие джинсы, — но расслабленные дружинники при его появлении мигом вскочили на ноги и вытянулись чуть ли не по стойке смирно.

— Попытка проникновения в зону отцепления, — чётко доложил старшина.

— Кем?

— Местными.

— Совсем офонарел? Ещё один звук и пойдёшь в ночь улицы патрулировать. Ясно?

— Так точно.

— И почему посторонние за оцеплением? Старшина, ты за каким хреном здесь поставлен? — обратил внимание на нас уже собиравшийся уходить мужик. — Кто такие?

— Центральный участок. Отдел дознания, старший дознаватель Кузьминок Григорий Алексеевич, — предъявил бляху Конопатый.

— Чтоб духу вашего здесь через пять минут не было, — рявкнул так и не представившийся мужик и, не слушая уже открывшего рот Григория, убежал за склад.

— Это что ещё за полупряник? — проводив его взглядом, спросил Гриша у чуть не позеленевшего от злости Петра.

— Зам. начальника околотка, — ровным голосом ответил тот и так же без эмоций добавил. — Мудак конченный.