Скромница и принц
Шрифт:
Она открыла дверь, ведущую прямо в комнату, и по привычке сразу ее заперла. И тут же почувствовала за спиной Антонио - теплое дыхание щекотало шею, призывая обернуться.
Если не ускользнуть, он ее опять поцелует. Мария сделала шаг в сторону, поднырнула под его руку и шмыгнула в кухню.
Против ожидания, он не отправился за ней. Вместо этого стал расхаживать по комнате, разглядывая безделушки: собрание ракушек, причудливые кофейные чашечки на полке вишневого дерева. Она тем временем варила кофе, готовясь к войне.
Наконец они в наэлектризованном молчании сели пить кофе. Марии казалось, что она слышит биение своего сердца, ладони ее взмокли.
Вопреки здравому смыслу именно она вернулась к прерванному разговору:
– Я считаю, секс возможен, только если в будущем он предполагает брак. Вся жизнь моей матери могла сложиться иначе; отец бросил ее, как только она сказала о беременности.
– И она растила тебя безо всякой поддержки?
– Да. Ей было очень тяжело, я не хочу для себя такой участи. Мне нужен сначала муж, потом дети. В таком порядке, понял?
Он откусил кекс и кивнул.
– Понял.
– Но ты прав, человеку свойственно любопытство. Коллеги то и дело отпускают шуточки и поглядывают, поняла я или нет. Знают, что я... ну, не имею опыта, и забавляются.
– Ты прелесть.
– Антонио улыбнулся. Он поставил тарелочку на стол и наклонился к Марии, упершись руками в колени.
– Я не так одержим сексом, как тебе кажется. Уже несколько лет у меня не было ни времени, ни желания обладать красивой женщиной.
Она ошеломленно откусила большой кусок. Необыкновенный человек! Не верится! Ни одной женщины за несколько лет?
– Не хочешь ли сказать, что теперь ты не стараешься загладить то, что натворил твой бывший слуга, а проводишь со мной время по собственному желанию?
– С самого начала. — Он отвел глаза прежде, чем она смогла понять их выражение.
– Что будет, когда ты завтра придешь на работу?
Мария поморщилась.
– Меня забросают вопросами, где мы были и что делали.
– И что ты скажешь?
– Расскажу про ресторан, вкусный обед и чудесную керамику.
– Они пристанут, интересуясь, что было дальше.
– Да, наверное.
– От этой мысли у Марии испортилось настроение.
– Но я признаюсь, что больше ничего не было.
– И они опять будут смеяться.
Ей пришла в голову смелая мысль.
– Я могу сочинить. Как ты считаешь? Кину им лакомый кусок - скажу, что мы очутились в одной постели, - тогда они отстанут. Увидят, что у них не выгорело смутить меня.
– Ты хорошо умеешь лгать?
Она поджала губы, подумала.
– Не очень.
– Тогда у тебя проблемы.
Антонио встал и отошел к единственному окну. Оно выходило на кирпичную стену соседнего дома. Мария понимала, что его мысли витают где-то далеко, и не винила его. Они из разных миров. Наверное, ему с ней скучно.
– Позвони в офис и скажи, что завтра не придешь, - предложил он.
– Почему?
Он повернулся, в глазах прыгали чертики.
– Потому что у тебя любовная связь.
– Что?!
– Потому что ты не в силах вырваться из объятии мужчины, с которым весь день занималась любовью.
Она поперхнулась.
– Ты спятил!
Он шагнул к ней и рывком поднял с дивана.
– Хочешь вернуться в офис смиренной, кроткой овечкой? Мишенью для насмешек?
– Нет, по рано или поздно придется вернуться. Ведь это моя работа. Они сразу поймут, что ничего не было.
– Вот именно.
– Если бы можно было узнать, что это такое... Понимаешь, не делать, но узнать.
– Да, есть определенные фильмы, но женщины твоего типа на них не ходят.
– Я даже не уверена, что хотела бы посмотреть их.
– К горлу подкатила горячая волна.
– Heт, я не собираюсь отдаваться мужчине, пока мы не будем женаты. Вот так, - твердо повторила Мария.
– Не совсем так.
Она искоса посмотрела на Антонио.
– Если это трюк, чтобы затащить меня в постель...
– Не трюк, а предложение.
Он как будто не замечал, что она не выражает энтузиазма.
– Полагаю, ты не дожила до двадцати двух лет не целованной?
– Мне двадцать пять, спасибо. Да, конечно, я целовалась. Тысячу раз целовалась, - защищалась она.
– Ладно. Ты дотрагивалась до мужчины, позволяла трогать себя?
– Ты имеешь в виду ласки?
– Мария понимала, что отчаянно краснеет.
– Конечно. Немножко. Это было здорово.
– Раз всего лишь здорово, значит, тебя не ласкали, - сказал Антонио низким, охрипшим голосом.
Если бы он стоял ближе, она бы испарилась — даже на расстоянии ощущался жар. Хорошо бы ее тело вело себя прилично.
– Я не совсем понимаю, что ты предлагаешь.
– Я предлагаю продемонстрировать тебе, что бывает между мужчиной и женщиной, без риска для твоей девственности. Я научу тебя, сага.
– Не думаю, что это хорошая идея.
Она пошла было к двери, чтобы попросить его уйти, но Антонио ее нагнал, и она застыла в дюйме от его широкой груди.
– Я тебя не обижу. Я прекращу сразу, как только ты скажешь, что тебе не нравится, - пообещал он.
–
Мария нахмурилась. Что за дурацкая идея! Как может она обсуждать такое дикое предложение?!
Ответ нашелся быстро: потому что Антонио ей нравится. А еще ей было любопытно.
Марии хотелось знать, как будет выглядеть и что будет делать ее муж в первую брачную ночь. Хотелось знать, как вести себя, чтобы доставить ему удовольствие.
Сначала она внушала себе, что один из волнующих моментов супружества - ожидать неведомого, нового. Со временем, не встречая никого, кто бы серьезно заинтересовал ее в плане брака, Мария призадумалась: может, она просто боится?
Она смотрела на Антонио. Он стоял совсем близко.
– Возможно, если бы мы лучше знали друг друга... тогда о таком опыте стоило бы подумать. Было бы доверие...
– Позвони в офис, - прошептал он.
Мария не могла оторвать от него глаз. Даже дышать перестала. Это безумие, твердила она себе. Это импульсивно, опасно... и, черт возьми, захватывающе интересно!
Интригующее предложение. Да и Антонио вызывает доверие. В нем есть что-то основательное: серьезный, спокойный, образованный, интеллигентный. И щедрый - на время и деньги. Короче, с ним безопасно.