Сладкое господство
Шрифт:
Моник обняла Бэнкса.
– Не говори так. И вообще, это мой повар хочет посоревноваться, а не Лэй.
Она отпустила его, и Бэнкс перевел взгляд на меня. В уголках его губ играла насмешливая улыбка.
– Значит, ты еще и повара подарил моей кузине? Тебе не кажется, что ты немного перебарщиваешь?
Мне было не до вежливой болтовни, я усилил взгляд.
– Ты привез Диму. И кого еще?
Улыбка Бэнкса слегка дрогнула.
– Черт, мужик. Ну ты и умеешь испортить сюрприз.
У меня дернулась челюсть. Я видел это в его глазах, если бы не Моник, мы бы уже обменялись ударами. Его выражение почти умоляло об этом, провоцируя меня, давай, сделай первый шаг.
– Будьте добрыми друг к другу. – Моник ткнула в него пальцем. – Как только почувствую запах дерьма, я сворачиваю пикник.
Бэнкс пожал плечами.
– Это ты своему бойфренду скажи.
– Ему говорить не надо, это его территория. А вот ты веди себя прилично. – Моник злобно на него посмотрела и ушла, чтобы поприветствовать остальных.
Дак встал у меня справа. Чен остался слева.
Я знал, что оба моих кузена встали так специально, чтобы не дать мне броситься на него или на кого-нибудь еще. Оставалось только надеяться, что они будут достаточно быстры, чтобы меня остановить.
Когда Моник отошла на несколько шагов, Бэнкс снова уставился на меня.
– Я привез Диму, потому что тебе есть за что ответить.
– Зависит от того, кто задает вопросы. Если ты, то я отвечать не собираюсь. Я просто переломаю тебе ебучую челюсть.
– Ага, ага. Раздувайся, пока моей кузины рядом нет. Уверен, при Мони ты бы так не пиздел...
– Ты прав. – Я наклонил голову в сторону. – Тебе нравится прятаться за своей кузиной, чтобы не огрести от меня?
– Ты вообще чью задницу собрался надрать, а?
Чен прокашлялся.
– Бэнкс, может, ты направишь своих ассистенток к грилю за домом, а потом вернешься?
Бэнкс проигнорировал предложение Чена, шагнул ближе и вперился в меня взглядом.
– Сука.
Мгновенно кончик меча Дака оказался у его горла.
Три женщины отпрянули назад.
Дак процедил сквозь зубы:
– Что ты сказал? Не расслышал. Повтори, будь добр.
Бэнкс не дернулся, но улыбка с его лица исчезла.
– Думаю, он сказал, что счастлив быть на Востоке. – Я подмигнул Бэнксу. – Верно ведь?
Бэнкс сжал губы.
Я растянул рот в широкой улыбке.
– Опусти меч, Дак. Кажется, он уже все понял.
Дак резко отдернул клинок, и кончик меча оставил у горла Бэнкса тонкую, едва заметную полоску. Тот даже не вздрогнул, когда из пореза выступила капля крови.
Он просто продолжил сверлить меня взглядом.
– Давай проясним. – Я скривился в усмешке. – То, что Моник рядом, слегка мешает мне превратиться в того самого монстра, о котором ты, сука, прекрасно знаешь. Но не думай, будто у меня нет других вариантов.
– Еще научишься. – Бэнкс изучал меня еще пару секунд, потом коротко кивнул. Ни слова больше не сказав, он развернулся и направился к грилю.
Его бабы нервно плелись следом.
Потом я заметил остальных в нескольких шагах от них – Марсело, Ганнер и Эйнштейн, а с ними еще десять человек, все в разных оттенках зеленого.
Самый короткий пикник в истории.
Я взглянул на часы.
Может, уже можно послать их всех нахуй?
Моник стояла от них всего в четырех футах.
А мы с Даком и Ченом были от них футов в пятнадцати.
Марсело шел по центру, возвышаясь над остальными своей внушительной фигурой. В его зеленых глазах блестело что-то темное, под стать зеленому костюму, в который он был одет. Длинные черные кудри спадали на лоб. Единственным украшением на нем были Rolex, сверкающие белым золотом и бриллиантами, плотно обхватывавшие запястье.
Я перевел взгляд левее.
Ганнер, с налитыми мышцами и татуировкой пистолета на руке, был слишком заметен, чтобы его не узнать. Хотя он шел в сторону Моник, все его внимание было направлено на меня. Его взгляд был холодным и просчитывающим.
Справа от Марсело шел Эйнштейн – худощавый, в очках с зеленой оправой. Как обычно, в руках у него была книга. Я успел мельком увидеть название – «Пророк» Халиля Джебрана.
Чен тихо прошептал:
– Тебе нужно лучше сдерживаться, когда рядом Бэнкс.
– Мне казалось, я справился.
– Ее сестры видели, как меч Дака оказался у горла Бэнкса.
Я сжал зубы.
– Они будут следить.
Я нарочно не стал смотреть в ту сторону сада.
– Ладно. Буду себя вести.
Впереди Моник рассмеялась, подошла к Ганнеру и обняла его:
– Мишка Тедди! Сто лет не виделись!
Дак фыркнул:
– Мишка Тедди?
Ганнер пытался выглядеть грозно, как обычно, но стоило Моник обнять его, как он чертовски смахивал на какого-то плюшевого медвежонка.
Вид того, как она прикасается к другому мужчине, не утихомирил ярость внутри меня. Наоборот, я был готов убить Ганнера.
Можно?
Я посмотрел на другую сторону сада.
Хлоя и Тин-Тин сидели на земле, листали фотоальбом. А Джо курила косяк и не сводила с меня глаз.
Я снова перевел взгляд вперед и остановился в пяти футах от Марсело, ровно на том расстоянии, чтобы не дотянуться до него и не влепить по лицу.
Ганнер рассмеялся:
– Эй, Моник, ты не можешь звать меня так прямо сейчас. Я на службе.
Моник отпустила его:
– Ой, прости. Больше никаких Мишек. Тогда звать тебя Теодор?..
– Нет. – Лицо Ганнера пошло красными пятнами. – Меня зовут Ганнер.
Моник моргнула:
– Что?
Он показал ей татуировку с пистолетом:
– Все теперь зовут меня Ганнер.
– Ну... это как-то... жестко.
А она и не знала, что Ганнер – это, блядь, и есть воплощенное насилие.
Почему ей обязательно надо было вырасти так близко к банде Роу-стрит? Из всех возможных людей на Юге, почему именно они?