Сладострастие. Книга 2
Шрифт:
—Готовьте все необходимое, время приближается.
Окруженные самыми опасными преступными группировками в этом районе, мы находимся в эпицентре событий. До завершения операции остались считанные часы. В 17:30 все должны быть в пути в Мехико.
Я подключаю наушники, рации и звуковое оборудование, проверяю жилет и жду прибытия Паркера. Адреналин течет по моим венам, это не обычная операция, а прямое столкновение с самым опасным кланом.
—Пошли, Джеймс. —Прибыл Паркер.
Мы направляемся к вертолету, который нас ждет, и я возношу молитву к небу, прося, чтобы я вернулась живой.
Вертолет поднимается в воздух и пролетает над районом. Сан-Фернандо появляется перед нами, а микродроны проносятся со скоростью ракет, наполняя воздух запахом бензина.
Внизу бегают люди, и зеленые поля окрашиваются в оранжевый цвет. Огонь распространяется по полям, окружающим поместье, окутывая особняк кольцом пламени, и раздаются первые взрывы, когда первые отряды солдат сбивают охрану, защищающую особняк.
—Мы приземлимся через две минуты! — предупреждает Паркер.
Одни крестятся, другие берутся за руки, а некоторые смотрят на свои семейные фотографии.
— Все сосредоточиться! — приказываю я. — Мы обещали вернуться домой, а солдат не нарушает клятвы! Все готовы?
— Да, лейтенант, — отвечают они.
— Давайте, не бойтесь, мы лучшие!
— Все готовы к спуску!
Я прикрепляю металлическое кольцо моего снаряжения к металлическому тросу. Первым прыгает Паркер, а я следую за ним с автоматом на спине.
—Территория очищена, — сообщает Анжела, когда я приземляюсь на крышу.
Остальные солдаты прыгают, и, не теряя времени, мы направляемся вниз по лестнице. Соблюдается необходимый протокол, стены дрожат от взрывов, а один из офицеров замедляет шаг, оглядываясь по сторонам.
—Смотри вперед, кадет! —Я беру его за руку—. Мы не пришли сюда смотреть, мы здесь, чтобы спасать жизни.
Я не оглядываюсь по сторонам, моя единственная цель — пройти через дверь, ведущую в подземные помещения. Хороший солдат сосредоточен только на своей цели, даже если мир рушится на части.
Солдаты Братта образуют щит перед нами, пока мы пересекаем коридор, ведущий к нашей цели. Дверь выбивают, и мы продолжаем спуск в подземную крепость.
— Время? — спрашивает Паркер.
— Все идет по плану, капитан, — сообщаю я, делая в уме расчеты.
Мы продолжаем спускаться, тюремщики устанавливают взрывчатку, чтобы взорвать клетки.
– Предсказуемо, — думаю я, — убить жертв, когда нет выхода.
Паркер стоит передо мной, прижавшись спиной к стене, он дает мне знак, и я понимаю его. Я считаю до трех, чтобы выйти вовремя. Тюремщики направляют на нас оружие, и наши люди сразу же развертываются, захватывая территорию.
— Оружие на землю, руки за голову! — приказываю я.
Крики не утихают, и палачи, увидев, что они окружены, падают на колени, давая нам возможность открыть клетки.
— Взломайте замки и приступайте к эвакуации, — приказываю я.
Люди толпятся в коридорах, некоторые пытаются бежать, а другие хватают нас за плечи, лица их залиты слезами. Они в ужасном состоянии: грязные, бледные и истощенные.
– Вытащите нас отсюда, — умоляет женщина, цепляясь за мой жилет, — или они нас убьют!, — плачет она.
— Успокойтесь! — Я беру ее за плечи. — Просто следуйте за людьми в черном, мы здесь, чтобы помочь вам.
Невозможно пройти, слишком много людей. Я прижимаюсь спиной к стене, ведя их к выходу, выстрелы эхом раздаются наверху, и я молю Бога, чтобы мы не потеряли слишком много товарищей.
— Отпустите меня! — сопротивляется девушка в заднем ряду. — Я должна забрать свою дочь!
Алан берет ее за руки и тащит за собой, а она кусает его и бьет по лицу. Двое солдат подходят, чтобы помочь ему, но она в отчаянии.
— Успокойтесь! — кричит Алан.
— Отпустите ее! — приказываю я.
Он отпускает ее на пол.
— Это спасательная операция, ваше поведение отнимает у нас время, — говорю я женщине.
— Я не могу уйти без дочери! — Она кладет руки на голову. — Я не могу оставить ее здесь!
— Мы никого не оставим, весь персонал эвакуируется.
— Ее здесь нет, — объясняет она. Ее увезли в камеры пыток вместе с четырьмя другими людьми.
— Есть еще тюрьмы?
— Подземная яма на последнем этаже. Туда нас отводят, когда наказывают.
— Быстрее! — кричит Паркер из толпы.
— Вы не можете их бросить, они их убьют!
Не они, мы. Мы взорвем дом по приказу полковника.
— Иди с остальными, я позабочусь о твоей дочери.
— Нет! — Она пытается убежать.
— Если хочешь, чтобы мы ее освободили, ты должна облегчить нам задачу! — Я успеваю ее схватить.
Алан держит ее и уводит к остальным. Я вспоминаю планы, которые изучал, и да, внизу были коридоры, но я не знала, что это камеры для наказания. Я нахожу Паркера, который отдает последние приказы.
—Внизу люди, —предупреждаю я.
Он смотрит на часы.
—Сколько?
—Четверо, они умрут, если мы их не вытащим.
Он кивает.
—Ты! —кричит он одному из лейтенантов. —Иди с нами!
Мы пробираемся сквозь толпу. Лейла стоит в конце коридора, таща за собой людей.
—Мы спустимся, пока ты здесь — приказывает Паркер.
—Нет времени!
—Это не займет много времени — объясняю я. — Внизу четыре человека.
Паркер тянет меня за собой, за нами бежит младший лейтенант. Мы находим стальную дверь с электронной системой, которая открывается для Паркера, но сразу же закрывается, когда он проходит.
—Автоматическая система, —говорю я, открывая дверь снова. —Она открывается изнутри, но не снаружи. Один из нас должен остаться.
—Ты, —приказывает Паркер младшему лейтенанту, —подожди нас у порога и не дай двери закрыться.
Солдат кивает. Думаю, это был плохой выбор, ведь он едва не потерял сознание во время перестрелки. Мы быстро спускаемся по лестнице, включая фонарь на пулемете.
—Налево, — указываю я Паркеру, вспоминая чертежи.
Пахнет ужасно, воздух пропитан смесью фекалий и мочи. Я задерживаю дыхание и быстро продвигаюсь вперед, пока запах становится все сильнее, и в поле зрения появляется первая камера с двумя разложившимися трупами.