Слепое пространство
Шрифт:
Наконец, дверь со свистом распахнулась.
– Капитан Келли, - сказал он.
– Входите.
Что-то было не так. Голос капитана Йимы был громким и хрипловатым и производил впечатление очень крупного мужчины. Это был совсем не его голос. Голос этого человека был мягче. В нем слышалось что-то, похожее на насмешку.
Что-то знакомое…
Чья-то рука взяла меня за локоть и повела в каюту.
В помещении пахло какими-то пряными благовониями. Пол под моими ногами сменился с резинового, как в коридоре, на жёсткие… волоски?
– Это мех?
– Удивленно спросил я, глядя в пол своими слепыми глазами, как будто это могло мне помочь.
– На самом деле, так и есть. Несколько месяцев назад мы приобрели партию шкурок Марса. Я подумал, что они станут приятным дополнением к каюте. По утрам здесь не так холодно.
Мех на полу на мгновение отвлек меня от его голоса, но теперь я снова вспомнил об этом.
– Мне сказали, что меня отведут к капитану, но вы - не он.
На мгновение воцарилось молчание, а когда он заговорил снова, то в его голосе явно слышалось веселье.
– Я вижу ваше замешательство. Капитан Йима - командир этого корабля. Однако несколько человек на борту служили под моим началом в бригаде на Розене. Пирс один из них.
Розен был маленькой планетой, расположенной за квадрантами, которые были аннексированы Империей несколькими годами ранее. 10-я бригада Розена сражалась за сохранение независимости.
Это была короткая, кровопролитная и безрезультатная война, в которой силы Империи значительно превосходили в численности и вооружении.
– Вы были их капитаном в армии?
– Именно, - сказал он, и теперь в его голосе не было веселья. В его голосе действительно звучала грусть, или мне показалось?
– От старых привычек трудно избавиться.
На некоторых отдаленных планетах появилось много недовольных из-за присоединения к Империи. С одной стороны, я понимал, что навязывание им нового межпланетного правительства, вероятно, казалось несправедливым. С другой стороны, это был прогресс, а, как много раз говорил мне мой отец, с прогрессом нельзя бороться. Казалось, что всем участникам было бы намного легче, если бы внешние планеты взяли на себя обязательство сотрудничать, а не позволять своему гневу разгораться. Теперь такие, как этот капитан и его люди, скорее присоединились бы к пиратству, чем к законному правлению Империи и ее регентов.
– Кто вы такой?
– спросил я.
– Меня зовут Валеро.
– Валеро? Как топливная компания?
– Да.
– Его раздраженный тон говорил о том, сколько раз ему обращали внимание на эту деталь.
– Как в случае с топливной компанией.
– Держу пари, шутки с газом устарели.
Он рассмеялся.
– Верно. Рынок сбыта этой конкретной топливной компании не распространялся на Розен, поэтому мои родители не знали, что дали мне такое смешное имя.
Его веселый тон, наконец, задел какую-то струну в моей душе. Я вспомнил.
– Вы - тот человек, что привел меня на борт.
– Я, - сказал он.
Человек, приведший меня на борт. Человек, домогавшийся меня в сексуальном плане.
Мое почти обнаженное состояние внезапно показалось мне еще более унизительным. Мое сердце бешено заколотилось. Я был его пленником, слепым, мои руки все еще были связаны передо мной.
Никто не придет мне на помощь. Я полностью в его власти.
Я хотел сопротивляться, но знал, что это бессмысленно. Я попытался оглядеться в поисках выхода. Конечно, я ни черта не мог увидеть. Я яростно заморгал. Логически я понимал, что это ничего не даст, но мой мозг настаивал, что это может прояснить мое зрение.
Когда это не помогло, меня охватила паника. Я обнаружил, что хватаю ртом воздух.
– Расслабьтесь, - сказал он. Я подпрыгнул, когда он схватил меня за руку и потянул вглубь комнаты.
– Я пригласил вас всего лишь на ужин. Сюда. Садитесь.
Я на что-то наткнулся. Наклонился и ощупал, насколько это было возможно со связанными руками. Мне показалось, что это какой-то гигантский шар.
– Садитесь, - повторил он. Он взял меня за руку, развернул к себе и нажал на грудь, толкая назад, на странную штуковину.
Она прогнулась подо мной, но только наполовину, образовав сиденье и подлокотники. Это было самое странное кресло, которое я когда-либо видел… ну, точнее, не видел. Я смотрел, все еще ожидая что-то увидеть.
– Я завяжу вам глаза, - сказал он.
– Что?
– Спросил я. Не потому, что не понимал его, просто страх все еще затуманивал мои мысли. Кроме того, я уже был слеп. Чего он ожидал добиться, завязав мне глаза?
– Ваш мозг знает, что глаза открыты, и пока они открыты, он будет продолжать требовать получения информации. С повязкой ваши глаза будут закрыты, и мозг перестанет требовать информацию, которую не может получить.
Я не знал, есть в этом смысл или нет, но у меня не было причин спорить. Мгновение спустя я почувствовал, как кто-то положил на лицо мягкий кусочек ткани. Мои глаза инстинктивно закрылись.
– Расслабьтесь, - повторил он.
– Я не собираюсь причинять вам боль.
Я почувствовал давление на свой затылок, когда он завязывал повязку. Я глубоко вздохнул. И еще раз.
Он был прав. Каким бы нелепым это ни казалось, с повязкой на глазах стало легче. Это дало более ясное объяснение тому, что я не мог видеть. И загнало угрозу паники обратно в угол.
– Это поможет?
– спросил я.
– Так и есть.
– Хорошо.
– Его руки опустились мне на плечи.
Они медленно двинулись вниз по моим рукам.
– Вы голодны?
– Его голос изменился. Он стал тише. Хрипловатым.
Мое сердце снова забилось чаще, отчасти от страха, отчасти из-за... чего-то другого.
– Где принц?
– Спросил я, скорее, чтобы отвлечься.
– На борту. В безопасности и удобстве.
– Его руки прошлись по моим рукам, по плечам. Одна погладила меня сзади по шее.
– Мы не причиним ему вреда, - сказал он.
– Я вам не верю.
– Мы надеемся получить довольно большой выкуп от его отца. Мы ничего не выиграем, если будем плохо с ним обращаться.
Я почувствовал, как он опустился на колени рядом с моим креслом, чуть впереди меня.
– Мы не собираемся плохо обращаться ни с кем из вас.
Его пальцы скользнули по моему плечу, обводя линию подбородка. Его большой палец коснулся моих губ. Я дрожал и ненавидел себя за это. Его прикосновения были приятными, и все же мысль о том, что я в его власти, вызывала у меня приступы желчи. Что он со мной сделает?