Чтение онлайн

Эйнсли была той самой девушкой. Я знал, что она разрушит всю мою жизнь, но мне было все равно.

Однако ей приходится бороться с миром, и я никогда не впишусь в ее представления о том, какой должна быть жизнь. Для всех будет лучше, если мы никогда не будем даже входить в сценарий, в котором мы могли бы быть вместе.

Это значит, что мне нужно, чтобы она уехала, и уехала быстро.

Я протягиваю руку.

– Пошли, ты ведь не отстанешь, и я хочу покончить с этим.

– Куда мы идем?

– Знакомиться с ребятами.

Ее рука в моей – как перчатка, но я сосредоточен на том, чтобы вести ее через поле, чтобы она могла уйти на нужное нам обоим расстояние.

– Леклан, кто эта красивая девушка? – спрашивает Эверетт, уже зная ответ на этот вопрос.

– Ну, учитывая, что ты уже знаешь, поскольку я разговаривал с тобой, когда она появилась, это Эйнсли Маккинли. Она журналистка, и все, что мы скажем, будет записано.

Она одаривает их самой невинной улыбкой.

– Это не так, но, наверное, лучше сказать мне, когда ты не хочешь, чтобы я была в режиме журналиста, – Эйнсли пожимает ему руку. – На самом деле я здесь, чтобы написать о Леклане и его жизни в Эмбер-Фоллс после выигрыша «Кубка Хейсмана». Что-то вроде «Куда исчезают спортсмены после того, как уходят из спорта, который они любили?»

– У всех нас четверых похожие истории.

– Правда? – спрашивает она, глядя на меня с улыбкой.

Отлично. Теперь она собирается втянуть в это дело и их.

– Да, Киллиан, Майлз и я были перспективными кандидатами на драфт, – объясняет Эверетт.

– Это счастливое совпадение. Я бы с удовольствием взяла интервью и у вас, ребята. Это помогло бы не только рассказать о Леклане, но и взглянуть на ситуацию с другой стороны.

Он смотрит на меня, потом на нее.

– Понимаю. Я буду рад поговорить с тобой о своей истории.

– С нетерпением жду этого.

Эверетт подзывает Киллиана и Майлза. Они здороваются, и Эйнсли представляется. Она сразу же рассказывает им о своей цели, и они соглашаются.

Похоже, я единственный, кто не желает в этом участвовать.

– Это тренировка или разминка перед игрой? – спрашивает она.

– Тренировка. У нас игра через две недели. Ты должна прийти! – говорит Эверетт с ехидной ухмылкой.

– С удовольствием, – ее красивые карие глаза находят мои. – Если ты не против?

– Конечно, не против.

– Отлично. Я позволю вам всем вернуться к своей тренировке. Я просто буду смотреть и делать заметки, – объясняет она.

– Я провожу тебя.

Она вскидывает брови.

– Потому что пересекать поле опасно?

– С Киллианом, который бросает, да, – шучу я, но это не совсем шутка.

Она машет рукой, и парни делают то же самое, прежде чем я кладу руку ей на поясницу и веду ее прочь. Когда мы оказываемся за пределами слышимости, она прочищает горло.

– У тебя есть причина, по которой ты не хочешь, чтобы я написала эту историю о тебе?

Я смотрю на нее сверху вниз.

– Кроме того, что это глупо, нет?

– Не из-за... матери Роуз?

Я качаю головой.

– У нас с Клэр все в порядке. Она передала свои права на Роуз много лет назад, и никаких проблем не было.

Наша встреча с матерью Роуз была пьяной ошибкой, которая привела к лучшему подарку, который я когда-либо получал – моей дочери. Клэр никогда не хотела детей. Она танцовщица и гастролирует по всему миру.

Однако примерно через полгода после рождения Роуз она начала сомневаться, что это было правильное решение, и я приготовился к битве за опекунство, которая так и не состоялась. Клэр получила контракт с одной из топовых певиц в мире, и с тех пор мы о ней ничего не слышали.

– Даже если ее турне уже закончилось?

– Откуда ты знаешь?

Глаза Эйнсли на секунду расширились.

– Я могла бы следить за ней, а могла бы и не следить.

– Зачем?

– Не знаю, просто слежу.

Мы доходим до края поля, и я вздыхаю.

– Ты не должна этого делать.

Она пожимает плечами.

– Может, и нет, но я была рядом, когда ты думал, что потеряешь ее.

Это было сразу после того, как у моей матери обнаружили рак. Это были невероятно мрачные времена в моей жизни.

– К счастью, этого не случилось.

– Нет, не случилось, – Эйнсли испустила долгий вздох. – Я бы ушла из этой истории, если бы это было так. Я могла бы выдумать что-нибудь, если бы это означало защиту Роуз. Ты же заслуживаешь немного боли и страданий.

Мы оба хихикаем над последней фразой. Итак, Эйнсли.

Даже если я причинил ей боль, даже если я воспользовался ею, когда был пьян, она всегда меня прикрывает. Вот почему я никогда не смогу быть с ней.

– Я знаю, ты бы так и сделала. А теперь мне нужно вернуться и убедиться, что мы произвели на тебя впечатление.

Она разражается смехом.

– Да, произвели впечатление, играя в фрисби. Не могу дождаться, чтобы меня очаровали.

А я не могу дождаться того дня, когда она не сможет меня очаровать.

***

– Ты выставляешь меня гребаным идиотом, – говорю я, пытаясь перевести дыхание.

Киллиан и его ужасный прицел не дали мне сделать четыре паса.

– Я стараюсь. Я сказал, чтобы в этом раунде ты был подающим, – говорит Киллиан.

– Это потому, что он был квотербеком. У Леклана есть сила руки, которой нет у тебя, – укоряет его Эверетт.

– Да, а ты чем лучше? – спрашивает Майлз, уже зная, что Эверетт так же чертовски плох.

– Серьезно, вам троим нужно сбавить обороты. Насколько я знаю, у нее есть чертовы камеры, которые все это записывают. Мы выглядим как кучка стариков, пытающихся быть крутыми.

Эверетт поднимает руку, как будто мы в школе.

– А разве мы не этим занимаемся?

Я хмыкаю и опускаю голову. Эта игра не сложная, но мы делаем вид, что это так. Обычно мы играем лучше. А пока что мы умудряемся запыхаться, не можем поймать мяч и ни разу не забили.

Мы вчетвером стоим в обнимку, все еще с трудом переводя дыхание.

– Ладно, – говорю я, втягивая воздух, чтобы не обжечься. – У нас есть еще одна игра. Если мы сможем сыграть ее правильно, то, возможно, сохраним часть нашего достоинства.