Чтение онлайн

Ших-Ших-Ших!

Сухой скребущий звук наполнял комнату.

Ших-Ших-Ших!

Обычный камень — не станок, он не прощает спешки.

Ших-Ших-Ших!

И на сей раз я намеревался не кораблик вырезать, а тонко и точно выбриться, не содрав пол лица. Я вёл нож размеренными движениями, стараясь поймать идеальный угол. Через десять минут остановился и провёл лезвием по тыльной стороне запястья, металл лишь больно потянул кожу, не срезав ни единого волоска. Кромка была ещё слишком грубой.

— Рано, — прошептал я, разглядывая лезвие на свет. — Ещё и завалил!

Во втором подходе вёл лезвие почти без нажима, одними кончиками пальцев, токарь внутри меня требовал ювелирной точности. После пятнадцати минут монотонной доводки звук сменился на мягкое, едва слышное шуршание. Теперь нож начал снимать волоски чисто, как по маслу. Инструмент для цирюльника готов!

Бритьё перед венецианским зеркалом превратилось в настоящую операцию, за которой моё рыжий пушистик наблюдал с нескрываемым ужасом. Я короткими движениями срезал целые пласты свалявшейся бороды, буквально выкапывая свое лицо из-под слоя тёмной шерсти, и с каждым движением из-под этой маски проступал тот самый Володя, помолодевший лет на сорок пять. Закончив, я ополоснул лицо холодной водой. Кожа горела, но дышала.

— Так-то лучше.

Боцман захлопнул рот после могучего зевка, демонстративно обнюхал кусок китового мяса, оставшийся на тарелке, брезгливо дёрнул хвостом и отошёл. Пресытился. Честно говоря, я его понимал, китятина и мне уже стояла поперёк горла, хотелось чего-то лёгкого, чешуйчатого, пахнущего свежестью, а не жиром.

Я взял удочку, кусочек филе кита для наживки и направился к выходу.

— С такими дарами моря, Боцман, мы с тобой утратим первобытный навык охоты. Нехорошо. Пошли! — усатый напарник присоединился, всем своим видом выказывая энтузиазм.

— Глянь, вода-то спокойная, может, сам половишь? — ответом мне стало пронзительное мяуканье. Предложение отклонено.

Поплавок заплясал на чёрном зеркале, но ждать пришлось недолго. Лёгкий поклёв, и леска пошла резать воду. Я подсёк, и после некоторого сопротивления на берег вылетела первая рыбина, серебристая, с широкой спиной, грамм на семьсот.

— Ну и красота! Пушистый, кит, похоже, отменяется!

Через час в ведре бились четыре вполне приличных хвоста и одна совсем мелкая рыбёшка.

— Кушать подано! — неожиданная реплика отвлекла кота, который жадно втягивал носом ароматы, идущие от ведра.

Одну крупную рыбину я прихватил на обед, мелочь сразу кинул коту, а остальное отнёс в грот, заключив пленных с садок. Боцман перехватил свою долю на лету, хрустнул рыбьей головой и скрылся в тени, довольно урча.

А вот мне есть совсем не хотелось, не терпелось начать работу над гидропоникой.

Закинув очищенную тушку в миску с холодной водой, направился в фонарную, где меня ждала подробная инструкция по созданию нового высокотехнологичного огорода. Ещё вчера зацепило, почему система засчитала кита как рыбу? Нажатие на пункт «рыба» развернуло список. Под иконкой обычной рыбы, горевшей теперь зелёным, находилась зелёная иконка Кит. Так вот оно что! Инструкция давала конкретные цифры для каждого вида мяса, но система просто объединила всё морское мясо в общую категорию ресурсов, подходящую для гидропоники. Для запланированного объёма посадок, чтобы забить зеленью весь второй ярус, требовалось от семи до десяти килограммов концентрата. Китовое филе, будучи высокобелковым, заметно выигрывало в сравнений с рыбьими потрохами, которые предлагались альтернативой.

— Ну что ж, китятины в избытке, и, видимо, недолго ей осталось томиться в бочках. Пусть лучше умрёт с пользой.

Дальше следовал подробный план действий по подготовке мяса.

— Та-а-ак, отделить от жира, мелко порезать, вода, зола, сахар… Пф, легко!

Спустившись к бочкам, я отобрал несколько серьёзных кусков килограммов на десять, разложил оставшееся филе по соседним, высвободив себе одну тару для будущего концентрата. Первым делом пришлось залить его пресной водой, чтобы вымыть лишнюю соль, растениям она ни к чему.

Первый кусок был бодро разделан идеально острым ножом, сперва я тщательно удалял подкожный жир; он испортит ферментацию и забьёт капилляры. Второй, третий, пятый… Но когда дело дошло до шинковки, начался настоящий ад. Инструкция требовала мелкой фракции для равномерного разложения. Вы представляете, что такое мелкая фракция для десяти килограммов мяса? Вот и я не представлял. Через час руки онемели, пальцы сводило судорогой, плечо ныло от монотонных движений, а спина одеревенела. Приходилось резать, вставать, ходить и снова резать. Боцман пару раз заглядывал в проём, привлечённый запахом, но, видя мой свирепый вид и окровавленный нож, предпочитал не отсвечивать. Наконец последняя горсть отправилась в бочку. Я залил филе чистой водой, следом кинул горсть золы для щелочного баланса и, скрепя сердце, вывалил целую кружку драгоценного сахара, который должен был ускорить брожение.

— Ну, кит, если помидоры не вырастут по меньшей мере с два кулака, ты мне за сахар ответишь! — пригрозил я, и Боцман, снова высунувший в дверной проём свой любопытный нос, тут же скрылся.

За неимением крышки, пришлось использовать пару досок и тяжёлый камень. Бочку с трудом удалось придвинуть к стене первого этажа.

— Фух! — пот пощипывал кожу лба. — Начало положено.

Осталось уточнить регламент перемешивания и браться за брёвна. Я отмыл руки мылом из того же кита (боже, храни душу этого бедолаги) и поднялся за инструкциями, надеясь увидеть что-то вроде «через два дня снимите пенку и употребите», но взгляд остановился на строчке «Расчётное время созревания биоконцентрата при стандартной температуре 14 циклов». Ага, значит, четырнадцать циклов.

— Две недели?! — голос эхом пролетел все этажи. — Четырнадцать чёртовых дней эта бурда будет там киснуть?! Да вы издеваетесь!

Весь энтузиазм и желание строгать деревянные лотки мгновенно сошли на нет. У меня впереди маячили ещё целых две недели ожидания, успеется.

— Идиот! — я воздел руки к потолку. — Читай инструкции до конца!

Огорчало ещё и то, что обещанию Мирель взрастить порцию вкусных овощей не суждено было сбыться в срок. Злость требовала выхода, сидеть сложа руки две недели — верный способ сойти с ума. Тогда кристаллы, эта тема маячила контрапунктом на задворках сознания даже во время будничной рутины. Первый кристалл я нашёл, копая огород, буквально вдавленным в почву под камнем. Мирель тогда обмолвилась, что они здесь повсюду, даже внутри скал. Пятачок земли перекапывать смысла не видел, это уже пройденный этап, значит, оставался камень. Раскалывать валуны работа нелёгкая, но понятная, просто действуй по логике старателя: нет на поверхности — копай глубже. Но долбить скальную породу дело весьма неблагодарное, без чёткой карты на это могли уйти недели, так что мне доступны только камни. Уже на ступенях лестницы, пришла мысль.

— Так, стоп! — я остановился, сжимая перила. — Если Маяк видит внутри себя все объекты, даже меня и кота, то должен видеть и кристаллы, хотя в прошлый раз я их не заметил.

Идея казалась вполне здравой. У меня на сей момент четыре чёрных кристалла и один зелёный, вдруг в системе есть данные не только по их наличию, но и по добыче или, чем чёрт не шутит, по выращиванию?

Оживившись, я побежал обратно в фонарную. Когда потыкал в «Инвентарь» и полистал, стало понятно, почему кристаллы не бросались в глаза раньше. Список инвентаря был большим, и они затесались в раздел «Порода и минералы». Нажал.

На удивление, кристаллы оказались в списке между базальтом, гранитом и морской солью. Так, смотрим дальше.

МИНЕРАЛЫ: кристалл зелёный — 1 шт.

МИНЕРАЛЫ: кристалл чёрный — 8 шт.

Я поперхнулся.

— Не понял!

У меня в столе лежало пять кристаллов, из которых чёрных ровно четыре, это константа, и других не было точно! Врать панель не могла, в помешательстве этот суперкомпьютер тоже пока не замечен. Выходило, что сейчас на Маяке находятся ещё четыре «Чёрных слезы». Осталось их найти, чем я и занялся. Поиск начал с простого: кухонные шкафы, баночки со специями, ящики… Прощупал даже подкладку куртки. Пусто.