Чтение онлайн

– Что-то у тебя рожа подозрительно довольная, - заметила как-то вечером Рамла, когда Накато прибирала шатер.

– О, - та, замерла на мгновение. – Сегодня господин Бомани сказал, что не хочет меня видеть у себя в шатре, - поведала она. – Нет-нет, госпожа, я его ничем не сердила! Правда. Он сказал, что утомился и хочет спокойно нынче поспать.

– А ты и довольна, что тоже сможешь спокойно поспать, - хмыкнула ведунья.

– Я уж больше декады каждую ночь согреваю ему ложе, - прошелестела Накато. – Ведь не случится ничего страшного, если я одну ночь проведу здесь? К тому же, если появится маленький, я не смогу, наверное, больше вам прислуживать…

– А с Таонга ты не боялась?

– Обо Таонга давал мне особое питье – чтобы такого не случилось.

– Вон что, - протянула Рамла, задумалась. – Я поговорю с лекаркой. Возможно, что-нибудь удастся сделать, - она кивнула. – Но ты ведь помнишь – Бомани должен быть доволен!

– Я помню, госпожа, - Накато склонила голову.

Спохватившись, вернулась к прежнему делу. Ведунья не любила, чтобы в шатре царил беспорядок. Хотя сама же постоянно все разбрасывала.

Если Рамла не выгонит ее нынче ночью из шатра – можно будет позвать перед сном Таонга. Впрочем, если выгонит – тоже можно. Она давно его не видела.

– Послушай, - протянула Рамла. – Как захочет Бомани увидеть тебя снова – расспроси его. Что там со сватовством Фараджа? Он и правда собирается взять в жены девку из северных племен? Из тех, что пасут мамонтов, водя их от озерных берегов до предгорий по нескольку раз в году?

– Да разве ж он мне скажет, - удивилась Накато.

– Ну, а ты сделай так, чтоб сказал!

– Госпожа! А что мне ответить, если он спросит – откуда я знаю?

– А ты притворись, что тебе любопытно! – рассердилась Рамла. – Скажи – услышала разговоры других женщин.

Хорошо ей говорить! Уж Бомани наверняка знает, что другие женщины не особенно с нею ведут беседы.

А может, впрочем, и не знает – что ему за дело до бабских дрязг!

В любом случае, не спорить ведь с Рамлой. Оказывается, Фарадж собирается взять себе жену? Странно, что ведунью это обеспокоило. До сих пор ее мало волновали жены главы кочевья. И что ей за разница – две старые жены и десяток старых наложниц – или одна новая жена?

Ладно, она спросит. От нее не убудет, в конце концов. В крайнем случае – он ей ничего не ответит. А она просто передаст ведунье все, что услышит от него.

Солнце только-только закатилось за далекую горную гряду на западе, и заиндевевшая степь наполнилась синими тенями, густеющими с каждым мигом. Небо выцвело.

Рамла недавно поужинала, но ко сну отходить ей было рано. И она лежала на подушках, в задумчивости перебирая круглые бусины янтарных четок. Задумалась о чем-то – знать бы, о чем!

Накато с трудом подавила вздох.

До чего мирный у нее вид! Мирный и беззаботный. И как редко в последнее время случались такие спокойные вечера. Без ругани и недовольства хозяйки. И вот – ей самой предстоит вывести шхарт из себя. Оборвать нить ее размышлений, чтобы сказать то, что ведунью точно не обрадует.

– Как давно господин не заходил к тебе в шатер, госпожа, - вроде как задумчиво проговорила она, не поднимая взгляда.

– Ты о чем это?! – тут же вскинулась шхарт. – Господин заходил нынче вечером, совсем недавно! И ты сама была при этом.

Говорить старалась равнодушно, но Накато услышала нотки раздражения в голосе.

– Ну, он просто зашел и вышел, - протянула она, неторопливо собирая остатки ужина на поднос. – А ночь снова проведет с одной из своих наложниц.

– Ты что это, меня пытаешься вывести из себя?! – теперь уж Рамла вскинулась открыто.

– Что ты, госпожа! – Накато подняла на нее взгляд, вытаращила глаза, будто в изумлении. Даже бросила свое занятие – вроде как забывшись. – Как можно. Я бы не посмела раздражать тебя. Мне же самой от этого будет хуже, - прибавила она грустно, возвращаясь к уборке. – Прости, это я так. Просто я помню, как он постоянно находился рядом, а теперь – словно забыл о тебе! И ты вечера и дни свои проводишь здесь, в этом шатре, одна, - она вздохнула. – Несправедливо это.

Вздохнула с совершенно искренним огорчением, предвидя бурю. Но пусть уж Рамла думает, что это служанка сожалеет о госпоже.

Повисло молчание. Накато продолжала собирать посуду с остатками еды на поднос, ожидая, что в любой миг обозленная ведунья пнет его, разбрасывая все по полу.

Однако вспышки гнева не последовало.

Собираясь выносить поднос, девушка украдкой взглянула на хозяйку. Та сидела на своем ложе, уперев ладони в колени, невидяще уставившись перед собой.

Что ж, возможно, буря минует. Если, разумеется, шхарт ничего не надумает, пока Накато станет относить поднос. Ладно, хотя бы разбросанную еду не придется собирать по всему шатру – успела все сложить и забрать. С этой мыслью девушка выскользнула с подносом прочь за полог.

Когда вернулась, ведунья сидела на ложе в той же позе и с тем же застывшим выражением на лице.

Нет, когда она замирает с таким видом, это непременно оканчивается в конце концов вспышкой ярости! Рамла попросту не умеет иначе. А пальцы, сжавшиеся на коленях, до чего напряженные!

Будь проклят Амади со своими замыслами и заданиями.

– Хочешь, я причешу тебя, госпожа? – тихо осведомилась Накато, опускаясь перед Рамлой на колени и заглядывая ей в лицо снизу.

– Что?! – та дико воззрилась на нее.

– Я тебя причешу, госпожа, - повторила девушка. – Заплету тебе красивые косы и уложу их. Надену новую накидку. И бусы с браслетами, и серьги. И позову господина. Скажу, что ты хочешь его видеть. Госпожа!

Она выжидающе таращилась на хозяйку, гадая, что та ответит. Рамла в растерянности взирала на нее.

Кажется, выходка служанки до такой степени ее изумила, что она даже разозлиться забыла. И теперь только таращилась с растерянным видом, не зная, как и ответить на неслыханную дерзость. И стоило бы, по-хорошему, выругать обнаглевшую служанку – а может, и затрещин навесить, чтобы неповадно впредь было разговаривать эдак с госпожой. Да только слишком уж заманчивой ведунье показалась высказанная этой самой служанкой мысль.

Принарядиться и заманить в шатер Фараджа. Потому как тот и впрямь уже не одну декаду вспоминал о своей шхарт совсем редко.

Да, она не была обычной наложницей. И оказывали ей всяческое почтение, любые ее капризы выполнялись. Но Фарадж много дней пренебрегал ею, и если изредка и заходил, то лишь затем, чтобы узнать, как она себя чувствует.

– Что ж, - уронила наконец Рамла. – Доставай гребни!

Взяла пальцами прядь своих волос, оглядела. Покачала головой. Да, распутывать колтуны Накато придется долго. Ничего, ей не привыкать. Да и все лучше, чем сидеть неподвижно и слушать недовольное бурчание Рамлы. Или глядеть, как та в молчании с застывшим взглядом раскачивается из стороны в сторону.