Чтение онлайн

Благо, дни проходили в движении: кочевье шло куда-то неторопливо. Накато снова сидела в кибитке на спине мамонта с дремлющей Рамлой.

Она заранее выпросила у лекарки корней, которые спасали от укачивания. И теперь дремала на ходу вместе с хозяйкой. А ночи были бессонными: стоило провалиться в сон – как звучал чужой голос, точно издеваясь над ней. И так раз за разом, ночь за ночью.

Девушка от души надеялась, что безвестной женщине надоест. Но той не надоедало. А Амади никак не показывался – видимо, ему было не до Накато.

И она решилась на то, что в обычных обстоятельствах ей бы никогда не пришло на ум.

*** ***

Таонга.

Она бы, должно быть, забыла о нем со временем. Уже начала забывать! Да видно, боги и духи судили иначе.

Накато не знала, удастся ли ее затея. Дозваться умершего – можно ли придумать что-то более дикое?

Но она уж два дня как приготовила и зеркало, и травы. Для Бомани нынче нарочно подмешала чуть-чуть сонной травы в благовония для жаровни. Ей больше не требовалось тянуть его за собой в сон – так что она вольна была поступать, как знает. И теперь тот беспробудно спал. Накато боялась помехи – вот и надымила в шатре сонным разнотравьем. Она и сама теперь клевала носом – лишь упрямство мешало ей улечься и тоже заснуть.

Успеет! Сначала нужно дозваться духа мертвого шамана. Если это еще возможно.

Готовилась неторопливо, тщательно. В груди жил тщательно скрываемый трепет – с того самого момента, как решила обратиться к духу. И руки слегка подрагивали, когда готовила все к ритуалу.

Есть ли еще он, дух Таонга, или уже развеялся? Духи живут в потустороннем мире вечно – но души умерших людей рассеиваются. Так ей говорили. Редко чья душа сохраняется долго – обычно такое случается, если человека держат сильные чувства и страсти. Гнев, месть, стремление закончить что-то в мире живых.

А если и не рассеялась душа по сей момент – узнает ли ее шаман? Согласится ли помогать ей? Он умер, а мертвому нет дела до живых. Возможно, он согласился бы помочь, если бы речь шла о кочевье и его людях. Но ей?

Накато усилием воли прекратила круговерть мыслей.

Что проку задаваться вопросами? Сейчас она зажжет благовония возле зеркала – и узнает все ответы.

Сердце замерло при виде того, как закурился тонкий ароматный дымок по обе стороны от круглой полированной медной пластины. Накато подождала, чтобы аромат окутал ее как следует, и позвала. Раз, затем другой.

Ей стоило труда преодолеть безотчетную робость. Она ведь взывала не просто через мир духов – она взывала к самому этому миру. И не знала, чего ждать.

Быть может, сейчас ее утащит туда прямо через зеркало. И будет потом мастер Амади тщетно искать свою игрушку, пытаясь дозваться ее через печать.

Она отогнала нелепые мысли. Если утянет – значит, тому и быть. Вгляделась внимательно в зеркало, позвала снова. Уже громче, отчетливее. Позвала, стараясь отправить свой зов дальше. Чтобы его услышали далеко и от этого шатра, и от кочевья, и от самих степей.

Понемногу Накато осмелела. И звала уже настойчиво.

Она не знала, сколько времени так провела. Одно ясно – очень долго. В какой-то момент услышала, как забеспокоились снаружи животные.

Не тревога – просто сон сделался более чутким. Глубокая ночная тишина и неподвижность исчезли. Совсем скоро – утро.

И лишь тогда она ощутила, что ее услышали. Отклик пришел слабый, едва заметный. Но он пришел.

Накато, тщательно сдерживая радость, неспешно погасила жаровни, опустила зеркало полированной поверхностью вниз. Поднялась – ноги совсем затекли. Потянулась всем телом и принялась неторопливо убирать все на места.

Теперь бы еще заснуть. Главное – чтобы ее снова не выдернули из сна неурочным зовом.

*** ***

– Ты меня обманула!

В голосе – ни капли гнева, только упрек. Накато огляделась в недоумении – камни кругом. Большие, в рост человека и выше. Неровные, густо покрытые лишайником. Между ними – редкие кусты. Где такое можно увидеть? В горах не видела подобных мест.

Вздрогнула, увидев шамана. Мысли о том, где очутилась, разом пропали.

Ясно же, где. В мире духов – раз видит того, кого в живых нет. И кого сама же совсем недавно пыталась дозваться. Все-таки пришел.

– Таонга, - выдохнула Накато.

Губы помимо воли сложились в улыбку. Она не надеялась снова увидеть его! А он стоял напротив – совсем, как живой. Глядел на нее пристально, и глаза горели. Совсем, как при жизни. И не вспомнишь, что это – дух бесплотный, оставшийся от человека.

– Ты меня обманула, - повторил он. – Ты ведь не простая служанка. Ты – шпионка колдуна в нашем кочевье.

На миг девушка оторопела. И тут же успокоилась: пусть он и знает, кто она. Он никому не может об этом рассказать! Или может?

– Откуда ты знаешь? – она решила спросить прямо.

– Я ведь дух, - он строго глядел на нее. – А отсюда, из потустороннего мира, видно многое, что сокрыто от смертных. Я мертв – и потому знаю куда больше, чем прежде. И мертв я из-за твоего хозяина! Это его козни привели меня к гибели.

– Если ты знаешь, кто я – то знаешь и то, что у меня не было выбора, - Накато опустила голову. – Я – игрушка колдуна, своего хозяина! Я не могу нарушить его приказы. Вернее, могу – но расплата, - она смолкла.

Нет, неубедительно это звучит! Что мертвому шаману за дело до ее бед? Что ему до расплаты, которая последует за неповиновением?

– Я знаю, - проговорил он. – Только не понимаю, зачем ты меня позвала.

– Хозяин запретил звать его, - выдавила Накато – ей сделалось стыдно. – И я не смею. А меня донимает, - она запнулась. – Я не знаю, кто это. Но меня зовут. Постоянно зовут, каждую ночь. Я, кажется, слышала этот голос – только никак не могу понять, чей он. И я боюсь.

– И ты решила, что я помогу тебе?

– Я не знаю, - отозвалась она после некоторого молчания. – Ты не обязан мне помогать. По моей вине ты погиб…

Она пересилила себя, подняла взгляд. Сейчас он уйдет, растворится в клубах тумана. Быть может, оставив ей кошмар напоследок. И поделом! Так хотя бы поглядеть в последний раз – она и не надеялась, что ей это удастся.

Как глупо! Боги и духи, как глупо. Привязаться к тому, кого не сумела уберечь, и кто будет ее ненавидеть.

Она как-то сразу поверила, что тот страшный налет и гибель шамана были спланированы Амади. И что это именно он – с ее помощью – погубил Таонга, к которому она привязалась.