Чтение онлайн

Накато тоже прибежала на крики – Рамла ее отправила узнать, что происходит. Девушка в изумлении глядела на двоих воинов, еще вчера бывших живыми. С обоими она говорила – правда, никто об этом, благо, не знал.

Она навострила уши, прислушиваясь к разговорам. Пока что вокруг толпились большей частью рабы.

– Убили друг друга! – шепнул кто-то рядом дико соседу. – Они ненавидели друг друга.

– Что здесь такое?! – толчея у шатра шамана привлекла внимание нескольких воинов, и те подошли поглядеть.

Один из рабов, очутившихся ближе всех к рослому воину, булькнул испуганно, отшатываясь. Кто-то рухнул наземь, вопя.

– Что происходит? – зычный голос заставил столпившихся рабов всколыхнуться. – Что за толчея возле моего жилища?! – появился Амади.

– Шаман, - воин, подоспевший первым, склонил голову. – Мы услышали крики и увидели, как толпятся люди. Мы сами только что, - он осекся, захлебнувшись словами.

Рабы, видя подоспевших воинов и разбуженного недовольного шамана, отхлынули. И зрелище, привлекшее их внимание, сделалось видно и воинам, и хозяину шатра. Тот, что обращался к Амади, смолк, захлебнувшись воздухом от неожиданности. Замер на мгновение, затем подошел медленно к распростертым телам. Коснулся одного из них кончиком копья.

– Они мертвы, господин, - хрипло сообщил он, обернувшись к Амади. – Они оба мертвы!

Тот неторопливо подошел. Накато разглядывала его, отмечая каменное выражение лица – колдун хорошо играл роль! Настоящий Бомани, должно быть, повел бы себя в точности так же. Хотя кто его знает?

Он остановился ненадолго, разглядывая убитых. Потом опустился на колени рядом с тем, что был учеником Бомани. Коснулся пальцами шеи.

– Да, мертвы, - глухо проговорил он. – И один, и второй – вон, даже иней на телах давно не тает!

Поднялся на ноги, глядя неподвижно на мертвецов.

– Кто видел, как это случилось?! – зычно выкрикнул он.

Рабы испуганно жались друг к другу, пряча глаза. Амади ждал, внушительно выпрямившись, внимательно оглядывал собравшихся. На тех, кто осмеливался поднять взгляд, задерживался, прожигая глазами.

– Долго ли мне ждать? – хмуро вопросил он. – Никто не уйдет, пока мне не расскажут, как такое могло произойти!

Кто-то сдавленно заскулил. По столпившимся рабам пробежал ропот.

Несколько мгновений – и вперед вытолкнули тощего парнишку из пастухов. Тот, трясясь, рухнул в ноги шаману.

– Прости, господин, - зачастил тот, давясь словами, и отвешивая поклон за поклоном. – Я шел поутру и увидел, что что-то лежит у твоего шатра. Я подошел и увидел их, - он смолк, трясясь всем телом.

– Это всё? – сумрачно вопросил Амади.

Парнишка торопливо закивал, едва не ударяясь лбом о мерзлую землю.

– Это ничего не объясняет, - уронил он, сумрачно глядя на тела. – Что эти двое тут делали? И что они не поделили? – снова опустился рядом с тем, кто был учеником Бомани. – Да, сомнения нет, - изрек он. – Они убили друг друга! Но почему? – поднял голову, обвел взглядом собравшихся.

Рабы жалко жались в кучу, воины сумрачно молчали.

Хочет убедиться, что и правда никто ничего не видел и не знает, - поняла Накато. Потому так допытывается о судьбе погибших.

– Что здесь стряслось? – это подоспел Фарадж в сопровождении нескольких воинов.

– Мой ученик погиб, - отозвался Амади, тяжело поднимаясь на ноги. – Убит! Его зарезал бывший ученик Таонга. Зачем – узнать не получится: он тоже погиб. Его обнаружил раб, - он ткнул пальцем в трясущегося парнишку. – Никто ничего не видел. Или видел, но не говорит, - прибавил он, оглядывая людей.

– Я понимаю твою горечь, Бомани, - уронил Фарадж после некоторого молчания. – Тела погибших будут погребены со всеми почестями, положенными воинам и шаманам.

Тот кивнул. Пришлось еще немного подождать, пока рабам позволят разойтись. Накато со всех ног помчалась к шатру Рамлы. Та уж наверняка злится, что служанка ушла и запропастилась.

*** ***

– Мертвые, мертвые оба! – тараторила вторая служанка. – Должно, убили друг друга ночью – так говорили!

Накато замерла у входа. А она-то торопилась – боялась, что госпожа ее изведется без новостей! А та уж все знает.

– Явилась! – фыркнула Рамла, заметив ее. – Что ты делала столько времени, хотела бы я знать?!

– Я пошла прямо к шатру господина Бомани, госпожа, - она склонила голову. – Как ты и приказала. А там уж толпа собралась! И господин Бомани вышел, и воины сбежались, и сам господин Фарадж пришел. И мне пришлось стоять вместе со всеми, пока нам не разрешили разойтись.

– Ой! А тебя о чем-нибудь спрашивали?! – встрепенулась вторая служанка, блестя глазами.

– Нет, о чем? Я ведь сама все увидела, только когда подошла на шум.

– Так ты их вблизи видела?! Своими глазами, - та всплеснула руками. – И как оно? – она подалась вперед с жадным любопытством.

Что – как оно?! – хотелось возмутиться Накато. Трупы как трупы!

Она одернула себя. Простой рабыне положено пугаться при виде трупов. Пусть она даже и степнячка, привычная ко всяким происшествиям в степи.

– Они, - девушка запнулась, не зная, как сказать. – Они были мертвы. И лежали на земле, их уже припорошил иней. Наверное, они умерли еще ночью, и успели остыть, - смолкла на мгновение. – Они зарезали друг друга. Оба держали ножи, и были все в ранах. И кровь вытекла вокруг, и тоже замерзла на земле, и покрылась корочкой инея…

– Довольно! – одернула Рамла. – Не желаю слушать про кровь. Хватит!

– Прости, госпожа, - повинилась Накато.

Та недовольно скривилась, махнула рукой. Вторая служанка засуетилась, принялась доставать гребни и украшения.

– Она пусть меня причешет! – ведунья ткнула пальцем в Накато. – У нее хорошо получаются высокие косы. И вплети мне в волосы бусы, как ты делала когда-то, - прибавила она. – Только чтоб не тянули за волосы!

– Как прикажешь, госпожа, - та в который раз поклонилась.

– А ты, - повернулась Рамла ко второй, - принеси еды! И подогретого молока не забудь.

Накато взялась выполнять, что приказано.

На душе царило спокойствие. Невзирая на ее опасения, все сложилось ровно так, как планировал Амади: оба ученика шаманов столкнулись возле его шатра и прирезали друг друга. Ночью, когда никто не видел и не мог слышать их. Никто больше не сможет разоблачить колдуна, занявшего тело шамана. Разве что… ведунья?