Чтение онлайн

— Фу, ужас какой.

— Простите.

Они смеялись, искреннее и по-настоящему. Матвей вытянул ногу и случайно задел табуретку под столом. Четвертый стул, который предназначался Яну. Два года прошло, но казалось, будто он опустел совсем недавно.

Стало грустно, и Есения, словно прочитав мысли Матвея, сказала:

— Подумай, я не тороплю, время еще есть. Документы забрать ты всегда успеешь, — она помолчала, а потом добавила. — И папа бы меня поддержал.

— Ага, — Матвей насупился, но спорить не стал. — Меня Сергей Наумович к себе позвал.

— В музыкальную академию? — Есения оживилась. — Когда?

— Да мы случайно встретились на улице, — уклончиво ответил Матвей. — В парке.

Заметив хитрую улыбку на лице мамы, он закатил глаза и признался честно:

— Ладно, играл я в парке, чего тут такого?

Есения покачала головой.

— Сделаем вид, что я этого не слышала. В отличие от Сергея, я правильно поняла?

— Да. Он сначала наехал на меня.

Мама округлила глаза, призывая Матвея следить за языком в присутствии сестры.

— Ну, то есть, сначала он возмутился такой. Потом взял папину гитару и настроил третий лад. Тот, который постоянно терял натяжение. Сказал, так будет лучше звучать.

— Не обманул?

Матвей кивнул.

— А потом предложил принять участие в прослушивании. У них там конкурс какой-то, ну, я и пришел.

— И как все прошло?

Матвей расплылся в улыбке, обхватил руками воображаемую гитару и запел слова любимой песни. Есения рассмеялась, а Аська захлопала в ладоши.

— Лок энд лол!

— Значит, сам тебя нашел, — мама заправила короткие каштановые волосы за уши. — И что думаешь?

— Не знаю, результаты будут только в пятницу. Посмотрим, прошел или нет.

— Если Сергей возьмет тебя на бюджет, я поддержу. Даже если это решение будет стоить тебе двух последних лет в школе.

— Это шантаж, мам! — Матвей потянулся за молоком, и она рассмеялась.

— У тебя талант твоего отца.

Матвей в миг стал серьезным.

— А, может быть, даже лучше.

Он скривился: Есения не знала, что Матвей сохранил тетрадь с песнями Яна. И что, будь у него такой же сильный талант, ничто не помешало бы Матвею дописать его последний хит.

— Фигня все.

— Не зарекайся, ладно? Просто оставь этой возможности шанс.

— Ладно. Спасибо за ужин.

Матвей встал, собираясь закончить неприятный разговор, и Есения тоже поднялась, подхватив Аську на руки.

— Посуда на тебе, а у нас с княгиней Анастасией банные процедуры.

— Ну, мам! — заныл Матвей, и сестра из-за спины Есении показала ему язык.

— Ничего не знаю! Все, мы заняты надуванием мыльных пузырей.

— Ула, пузыли!

Дверь ванной закрылась, и Матвей с обреченным видом принялся собирать со стола тарелки. Благо ходить было недалеко, и он как подъемный кран крутился на месте между раковиной, столом и мусорным ведром.

Покончив с посудой, Матвей спрятал оставшуюся еду в холодильник и вернулся в свою комнату. Уроки делать не хотелось, но завтра Раиса Аркадьевна обещала устроить тестовую контрольную, которую он никак не мог завалить, поэтому пришлось решать через не хочу.

Но не успел Матвей сесть за стол, как в окно прилетел камушек, а за ним еще один. Он бросил ручку и вышел на балкон.

— Ты чего здесь? — спросил у расплывшейся в довольной улыбке Яры.

— К тебе пришла. Пошли гулять.

— Сейчас? — Матвей обернулся.

Из ванной доносилось тихое пение мамы, плеск воды и Аськин смех. На столе лежала раскрытая тетрадь с домашним заданием, к которому он даже не приступал.

Матвей посмотрел на Ярославу, на майку-топ и голый пупок, в котором блестел маленький пирсинг, на широкие джинсы цвета асфальта и заплетенные в сотни косичек волосы.

И то ли сладкий аромат акации опьянил, то ли лето, которое пришло на месяц раньше, а может разговор с мамой, которая после долгого перерыва снова вернулась в семью, но Матвей кивнул:

— Ладно, жди. Только обуюсь.

Он вернулся в комнату, переоделся в свежую футболку и, схватив со стола телефон, прокрался в коридор. На ходу обулся и, проверив, на месте ли ключи, вышел из квартиры.

Яра ждала на лавочке у подъезда. Белая акация, что склонила свои ветви почти до самой земли, пахла так сладко и густо, что на минуту у Матвея закружилась голова, и он расплылся в широкой улыбке.

— Чего такой довольный?

— Да так. Меня в музыкальную академию позвали.

Яра просияла.

— Да ладно! Тот дед что ли, который в парке пристал?

— Ага, это Сергей Наумович, старый друг отца.

— Нормальные у тебя связи, с самим директором, — Яра рассмеялась, и Матвей пожал плечами, просунув ладони в карманы джинс.

— Да пока не ясно ничего. Возьмут, не возьмут. Непонятно.

— А когда станет ясно? — уточнила Ярослава, пытаясь приноровиться к широкому и быстрому шагу Матвея.

Он посмотрел на нее и пожал плечами.

— Не знаю, в пятницу вроде списки вывесят.

— И что потом? Пока-пока импровизация в парке, здравствуй, игра по нотам?

Матвей замер, словно эта мысль никогда не приходила ему в голову, и округлил глаза от ужаса. Яра рассмеялась.

— То-то же, а то я подумал, тебя подкинули, и ты перестала меня понимать.

При этих словах улыбка Ярославы померкла, но Матвей этого не заметил.

— Я всегда тебя понимала с полуслова, с самого первого класса.

— Да я пошутил, ты чего? — он толкнул ее плечом, и Яра слабо улыбнулась. — Буду я играть, конечно, как и раньше. Что захочу и где захочу.

— А мама против не будет?

— Она хочет, чтобы я доучился до одиннадцатого и нормально по жизни устроился. Только мне эти два года вообще роли не сыграют. А если в академию возьмут, то в свободное время буду работать.

Яра понимающе кивнула, а Матвей подумал добавить, что больше всего на свете хочет, чтобы в их холодильнике была всегда была еда, но не стал. Слишком унизительно это звучало. Даже для Яры, которая знала про него все и была рядом с самого детства.

— Ладно, забей. У тебя как дела?