Чтение онлайн

— Аська-хулиганка, — без злобы заметил Матвей и присел рядом с чехлом от гитары.

Собрал купюры и, не считая, засунул в карман. Девочка заглянула Матвею через плечо и восторженно воскликнула:

— Монетки!

Он фыркнул и поднялся, позволяя ей самостоятельно разделаться с обнаруженным сокровищем.

— Привет.

Марта подошла первая. Матвей повернулся и кивнул, не глядя:

— И тебе. Зачем пришла?

Марта ответила не сразу. Не могла оторвать взгляда от девочки, что так старательно раз за разом складывала на ладошки башенку из монет.

— Твоя?

Матвей посмотрел на нее с удивлением и ответил с легким налетом гордости:

— Моя. Сестра.

Марта почувствовала, что краснеет.

— Я так и подумала, — ответила она, и, явно смутившись, сложила руки на груди. — Похожа.

Матвей ничего не ответил, только наклонился и помог сестре собрать монетки, которые потом высыпал в самодельный вязаный кошелек с глазками-бусинками.

— Ее Настя зовут, но мне больше нравится Ася, — сказал он, не глядя на Марту, и перекинул гитару через плечо. — Ты что-то хотела?

Матвей смотрел прямо, спокойно и холодно, и от этого Марта чувствовала себя не в своей тарелке. Щеки горели огнем, и она поняла, что, если не скажет сейчас, то потом уже будет поздно.

— Да, хотела спросить… ты сегодня на репетицию придешь?

Матвей снова посмотрел на Марту, но уже как-то странно. Даже маленькая Настя замерла, прислушиваясь к разговору.

— Ну, других планов у меня на вечер не было, — он подхватил сестру на руки и подошел к Марте близко-близко. — Ты за этим пришла?

От Матвея пахло хвоей и почему-то зелеными яблоками. Марта открыла рот и замерла, подбирая слова.

— Я… подумала, — она перевела взгляд на Настю, которая обняла брата за шею и теперь внимательно смотрела на нее своими чистыми голубыми глазами. — Про импровизацию, — наконец, нашлась Марта.

— Импровизацию?

— Ну, ты же помнишь, Светлана Анатольевна сказала, что нам нужно учиться друг у друга, и я подумала, что это хорошая идея.

— М-м-м, а я подумал, что ты пришла просить прощение.

Марта опустила глаза, боясь, что они выдадут ее истинные мысли, и кивнула. Аська посмотрела сначала на Матвея, потом на Марту.

— Что скажешь, примем ее извинения или нет?

Девочка протянула к Марте пухлую ручку. Маленькие пальцы совсем не больно ущипнули ее за щеку, и Аська выдала губами громкий “Чмок!”, так что Матвей рассмеялся.

— Ты ей понравилась, — резюмировал он и посмотрел на сестру. — Значит, будем учить Марту импровизации?

Аська кивнула.

— А я в благодарность могу научить тебя читать ноты.

Матвей фыркнул, запрокидывая голову.

— Я знаю ноты.

Он посадил сестру на другую руку и пошел вперед, так что Марте пришлось догонять.

— Было бы странно, если не знал, но я имела в виду чтение с листа.

— С чего вдруг? — поинтересовался Матвей.

— Потому что Светлана Анатольевна сказала…

Он фыркнул.

— А, ну то есть без ее наставления, ты решения не принимаешь?

Марта возмутилась:

— Нет, конечно! Просто…

— Да расслабься, я пошутил.

Матвей толкнул ее плечом, улыбаясь. Так естественно и легко, что Марта стушевалась еще больше.

— Я и не напрягаюсь. Я просто хочу, чтобы ты нормально отыграл соло и не испортил нам выступление.

Матвей отпустил Аську на тротуар перед пешеходным переходом и спросил:

— Ты боишься, что я забуду ноты?

— Я боюсь, что ты зависнешь в самолюбовании, и забудешь про оркестр.

— А я боюсь, что ты на сцене будешь вести себя, как робот.

Они опять становились на старые рельсы, что грозили перерасти в очередную ссору, поэтому Марта сменила тему:

— Настя тоже играет?

Девочка прижимала к груди кошелек с монетками и крепко держала Матвея за руку. На светофоре показался зеленый человечек, и они перешли на другую сторону дороги.

— Ась, ты играешь? — Матвей улыбнулся сестре. И ответил, обращаясь к Марте. — Нет, она любит рисовать.

— И танцевать!

— Танцуешь ты просто отлично.

Настя выглянула из-за руки Матвея и улыбнулась, продемонстрировав мелкие ровные зубы.

— А почему она не в садике?

— У них в группе карантин по ветрянке. Ты болела?

Марта отрицательно покачала головой, и Матвей вдруг подхватил сестру на руки и прохрипел:

— Хватай ее, Аська! Она из не зараженных!

Девочка задрыгала в воздухе ногами и, словно зомби, вытянула вперед руки. Глаза ее закатились, а язык смешно вывалился наружу, но Марта даже не шелохнулась. Только посмотрела на Матвея, как на придурка.

— Я же говорю, робот, — он вздохнул и вернул сестру на землю.

А Марта, помедлив немного, спросила:

— Давно у тебя татуировка?

— А, ты еще и про никотиновый пластырь вспомнила? — как бы между прочим заметил Матвей, и Марта покраснела. — Кстати, за него ты тоже не извинилась.

— Прости, я ляпнула, не подумав.

— Ладно.

Матвей вытянул руку, и рукав сам собой пополз наверх, обнажая уже знакомую Марте татуировку.

— Пару недель как набил.

— Это очень больно?

Он покачал головой, а Марта непроизвольно напела мелодию, выбитую на его коже.

— Она обрывается на самом интересном месте.

Матвей кивнул.

— Так и есть.

И тут в разговор вмешалась Аська:

— Это папина песня! Он ушел жить к Ангелам, а нам оставил свою музыку, чтобы мы не сильно скучали.

Марта неловко сжала пальцы и посмотрела на Матвея, но тот и бровью не повел. Только Ася подпрыгивала при каждом шаге, что-то напевая себе под нос.

— Это он научил тебя играть? — наконец, спросила Марта.

Матвей кивнул.

— Мне повезло родиться с абсолютным слухом. Остальное — дело техники, — он вздохнул. — И времени.