Чтение онлайн

Ледяной взгляд королевы Эрихниды заполнил экран.

– - Вольный Крыс, скажи, что это не так. Вольный Крыс потянул себя за ус.

– - Это просто старинная формальность, ваше величество. Предоставьте это мне. Я открою nereshaemyezagadki@korolevazla.sup.org и раздобуду первоклассную штучку для /*** мозгов! Расслабьтесь! Дело в шляпе! У него нет ни ррр шанса в бангкокском ррр.

Королева Эрихнида закрыла глаза в кибероргазменном экстазе.

– - Давай! А потом его истории, -- разноцветные газовые облачка лопались и растворялись на экране, -- их "душа", -- она запрокинула голову, -- права на экранизацию и издания на двадцати семи языках, -- ее смеющийся рот поглотил экран и вверг веб-сайт в темноту ее глотки, -- будут принадлежать мне! Мне! Мнеееееееее!

Тем временем Питекантроп, выскользнув из кабельных джунглей, -- он знал, что такое джунгли, -- изучал окраины похожего на пещеру веб-сайта -что такое пещеры, он тоже знал. Он заметил, что все провода скручивались и уходили в гигантских размеров штепсель. Над штепселем крутился вентилятор, охлаждающий систему, а на решетке этого вентилятора, спрятанная в футляр с гаечными ключами фирмы "Филипс", висела любимая авторучка Козла-Сочинителя. Сквозь решетку Питекантроп разглядел лестницу, ведущую из соседней шахты на поверхность. Он задумчиво замычал, но, услышав, что Вольный Крыс вернулся, скользнул обратно к экрану. На грызуне был сверкающий пиджак ведущего викторины, а в лапах он сжимал конверт с надписью: "Загадки на миллион долларов".

– - Добыл, ваше величество! Вот загадка тысячелетия!

– - Давайте расставим все точки над "i", -- сказала королева Эрихнида.
– - Если ты не ответишь, авторские права перейдут ко мне.

– - А если господин ответит верно, -- госпожа Хохлатка потрясла перьями хвоста, -- мы уйдем на свободу -- с авторучкой нашего господина.

– - О, какое живое воображение, -- королева Эрихнида презрительно усмехнулась, -- для когтистой прислуги. Вольный Крыс! Загадывай!

Вольный Крыс вскрыл конверт своим острым клыком. Из невидимых динамиков раздалась барабанная дробь:

– - Какое животное самое математическое?

– - Вот чертовщина.
– - Госпожа Хохлатка сложила свои крылья.
– - Что за дурацкая викторина?

Вольный Крыс стильно сплюнул сквозь зубы. Плевок стек по экрану.

– - У тебя одна минута, пачка брынзы!

На экране появился циферблат секундомера.

– - Начали!

Зазвучала музыка обратного отсчета. Козел-Сочинитель пожевал бороду.

– - Самое математическое животное... Ну, что касается людей, минута перед телевизором полностью отшибает им мозги... Дельфины побеждают в состязании на соотношение веса мозга и веса тела... Однако нет лучших знатоков евклидовой геометрии, чем пауки... а познания морских гребешков по части создания овальных оптических стекол в декартовой системе координат остаются непревзойденными прочей фауной...

Вольный Крыс хихикнул:

– - У тебя тридцать секунд!

Королева Эрихнида радостно захлопала в ладоши и затанцевала страстную румбу с проказником-грызуном.

– - Я уже чувствую вкус издательских обедов! Слышу восторг писак из "Нью-Йоркера"!

Взволнованная госпожа Хохлатка принялась рыться в сумочке, ища чего-нибудь пожевать для вдохновения, но не нашла ничего, кроме засохшего каштана. Питекантроп решил, что момент подходящий, хлопнул госпожу Хохлатку по крылу и сунул авторучку Козла-Сочинителя ей в сумочку. В сиянии экрана острым глазом госпожа Хохлатка разглядела, как меж бровей Питекантропа скачет существо из ее самого страшного кошмара.

– - Блохи!
– - пронзительно завизжала она.
– - Я так и знала! Блохи!

– - Да, да, конечно же, да!
– - Козел-Сочинитель застучал копытами.
– Именно! Самое математическое животное -- это блоха!

Румба королевы Эрихниды оборвалась. С мордочки Вольного Крыса сползла усмешечка.

– - Тебе придется объяснить, почему, или это не считается!

Козел-Сочинитель прочистил горло:

– - Блохи вычитают из счастья, делят внимание, прибавляют горестей и умножают тревоги.

Вольный Крыс уставился на своего экранного идола:

– - Что-то вы выиграли, ваше величество, а что-то вы...

Двойным кликом королева Эрихнида заставила Вольного Крыса умолкнуть.

– - Ты провалил мой план, ты, продажный, нашпигованный жучками киберпаразит! Есть только одно наказание твоему преступлению!

"Неее-еее-еее-т..." Вольного Крыса затихло, когда королева перетащила его в корзину. Ярость королевы становилась все ярче.

– - Что до тебя, о Бородач, если ты думаешь, что всякая болтовня-молтовня насчет законов помешает мне получить, -- в ее сощуренных глазах сверкнула ледяная угроза, раздался треск мегабайтов, -- предмет моих желаний, то даже для писателя ты невероятно глуп! Стой смирно -- сейчас начнется оцифровка!
– - Она включила преобразователь на экране.
– - Пять -четыре...

– - Мой господин!
– - Госпожа Хохлатка забила крыльями, но сеть по-прежнему крепко ее держала.
– - Мой господин!

Козел-Сочинитель из последних сил пытался сбросить кабельную сбрую.

– - Проклятая, подлая приспешница дьявола! Зубы королевы Эрихниды сверкнули силиконом.

– - Три - два...

Питекантроп вытащил штепсель из розетки.

Экран погас, и веб-сайт исчез, будто его и не было, что в каком-то смысле так и было, потому что Козел-Сочинитель, Питекантроп и госпожа Хохлатка обнаружили себя посреди выжженной солнцем пустыни. Они были так потрясены, что не могли произнести ни слова.

р

Лыжный курорт в горах Нагано,

17 сентября

Эидзи,

Если ты пытался позвонить или написать мне после того, как я сбежала из клиники в Миязаки, это было очень мило с твоей стороны, но я больше не могла там оставаться. Кюсю, как ни кинь, слишком близко к Якусиме, чтобы найти там успокоение. (Если не пытался, я ни минуты тебя не виню. На самом деле, я и не ждала этого.) Возможно, я не совсем еще поправилась, но другие пациенты были так ужасны, что я решила снова попытать счастья в большом скверном мире. (По крайней мере, здесь можно есть ножом и вилкой.) Сожги мое последнее письмо. Пожалуйста, сожги. Я больше никогда ничего у тебя не попрошу. Единственное, чему меня научила доктор Судзуки, это что в нашей жизни есть рубеж, перейдя который, мы уже не можем измениться. Мы такие, каковы есть, хорошо это или плохо, такими и останемся. Я не должна была рассказывать тебе про тот случай на лестнице. Ты наверняка меня ненавидишь. Я бы ненавидела. Иногда я правда ненавижу. Ненавижу себя, я хочу сказать. Не доверяй психоаналитикам, разным специалистам, главным врачам. Они во все суют свой нос и разбирают все по косточкам, не думая, как соединить снова. Сожги письмо. Такие письма не имеют права на существование. (Особенно на Якусиме.) Сожги.

Итак, сейчас я в Нагано. Если бы ты видел закаты и здешних горах! Отель, где я живу, стоит у подножия горы Хакуба, и в моем окне -- эта гора. Чтобы описать ее, приходится каждый раз подбирать новые слова. Тебе обязательно нужно побывать в Нагано. В период --> Эдо[Author:A] все миссионеры из столицы проводили здесь лето, спасаясь от жары. Я думаю, что именно миссионеров мы должны благодарить за то, что эти горы прозвали "японскими Альпами". Почему людям всегда нужно сравнивать свою страну с заграницей? (Например, Кагосима -- японский Неаполь, у меня просто зубы скрипят всякий раз, как я это слышу.) Никто не знает, как местные жители называли эти горы, когда никто еще не ведал, что где-то есть Альпы и вообще Европа. (Неужели это расстраивает только меня?) Я живу бесплатно в маленьком отеле, который принадлежит человеку, которого я знаю давным-давно, еще со времен жизни в Токио, когда я оставила вас с Андзу на попечение бабушки. Он теперь важная персона в гостиничном бизнесе, вполне респектабельный человек, если не считать двух очень дорогих разводов, и я уверена, что он этого заслуживает. (Он успел измениться раньше, чем перешел тот рубеж, после которого все в жизни застывает, как бетон.) Он хочет, чтобы я помогла ему отыскать место для нового отеля, который собирается строить с нуля, но он еще не знает, сколько я пью, или убеждает себя в том, что сможет меня "спасти". Его любимые слова "проект" и "предприятие", что, кажется, значит одно и то же. В конце ноября выпадет снег (осталось всего шесть недель. Еще один год хвост показывает). Если к зиме лимит воспоминаний о добрых старых временах у нас с моим другом иссякнет, я, наверное, подамся туда, где тепло. (Старая китайская пословица: "Гости, как рыба, -- через три дня начинают вонять".) Я слышала, что "зимовать" приятно в Монте-Карло. Я слышала, там даже можно встретить принца Чарльза Уэльского.

Вчера ночью мне приснилась Андзу. Андзу и сибирский тигр, бегущий за мной по подземному переходу (я поняла, что сибирский, по белым полоскам), и игра, в которой ты должен был спрятать в библиотеке костяное яйцо. Андзу не отпускает меня. Я отдала священнику целое состояние на заупокойные обряды, но что толку? Лучше бы я потратила эти деньги на французское вино. Ты мне никогда не снишься -- по правде сказать, я не помню своих снов, кроме тех, что с Андзу. Почему так? Д-р Судзуки, похоже, считает... а, неважно. Просто сожги то письмо, пожалуйста.