Сопротивление
Шрифт:
Все то время, пока жрец читал, я ощущал как по моему телу пробегают незримые волны холода. В том, что эта руна возникла абсолютно не случайно, да еще и настойчиво ударила меня током, я уже не сомневался.
Хм… Саэллор, значит… Очень любопытно. Решил таким образом мне представиться? С чего бы это? Хотя, о чем это я… Скука — вот главная причина. Тебе мало событий. Захотел поворошить прутиком в местном муравейнике. Шоу должно продолжаться.
Я заметил, как при упоминании кометы Карл вздрогнул, и на его лицо наползла тень. Они с Кико как-то странно переглянулись. Шут, кстати, был взволнован и мрачен не меньше короля.
— Довольно, — произнес Карл, и жрец перестал читать.
— Дедушка, но… — на лице Адель читался восторг вперемешку с разочарованием. Ей позволили на короткий миг заглянуть в приоткрытую потаенную дверь, но быстро захлопнули ее перед самым носом, не дав в полной мере насладиться зрелищем.
— Я сказал: довольно, — надавил голосом король, и принцессе пришлось отступиться. Видимо, она что-то распознала во взгляде Карла. — Помни о своей клятве.
Адель кивнула.
— А теперь иди к гостям, — уже теплее сказал Карл. — Наверняка они уже заждались тебя.
Принцесса подскочила к Карлу и чмокнула его в щеку. А я в очередной раз удивился, насколько иногда некоторые сведения не соответствуют действительности. Карл, судя по всему, прекрасно ладит с внучкой. Может быть, между ними и был ранее некий разлад, но сейчас я этого не замечаю.
Тем временем Адель вышла из зала в сопровождении своих телохранителей. Как только дверь за ней закрылась, король коротко кивнул и несколько теней начали помогать собираться жрецам.
Перед уходом стариков, нагруженных своими вещами, Карл напомнил им о молчании, и те, часто-часто кланяясь, уверили короля, что будут беречь эту тайну.
Когда они вышли, Карл устало взглянул на Марселя де Габена.
— Проследи, чтобы эти двое не проговорились. Сделайте все тихо и аккуратно. Их исчезновение не должны связать с сегодняшней игрой.
А затем повернулся к Кико:
— На тебе поиск новых хранителей. Как я и говорил, нужна свежая кровь.
Шут кивнул.
— И еще… — король обвел взглядом своих ближайших людей. — Усильте слежку за мальчишкой. Слишком много странностей вокруг него последнее время.
Глава 11
Карета мерно покачивалась в такт цокоту лошадиных копыт по влажной булыжной мостовой. Над набережной клубился утренний туман, густой, как пар над котлом; он прятал очертания домов, мостов и редких огней фонарей. В сером свете утра все казалось зыбким: и река, и улицы, и мои мысли.
Запах гниющей сырости от Леги, несмотря на закрытые окна, просачивался сквозь невидимые щели в обивке салона кареты. Где-то вдалеке каркнул ворон, перекликнувшись с сородичем на противоположном берегу.
Только сейчас я понял, насколько меня вымотала эта ночь. Не физически — морально.
Королевский прием закончился под утро. Я всего полчаса назад высадил герцогиню дю Белле с племянницами у главного входа ее дворца. Несмотря на насыщенную событиями ночь, девушки продолжали оживленно обсуждать все произошедшее. В основном, конечно, сестры Макса щебетали о молодых кавалерах, которых вокруг них вилось столько, что у каждой шла кругом голова. Под разговоры — кто и как стоял, что сказал, как взглянул, о чем шептал на ухо во время танца — мы и добрались до дворца герцогини.
Мы с тетушкой в разговор не вмешивались, просто, улыбаясь, наблюдали за счастливыми девушками, которые наслаждались плодами своего триумфа. Надин и Патрисия после жизни в доме у «любящего» дядюшки и его женушки поначалу держались зажато. Но постепенно внимание и блеск высшего общества разбили ту внутреннюю стену, которую они так долго возводили в последние годы.
Когда я вышел из кареты, чтобы проститься с женщинами уже официально моего рода, каждая из сестер обняла меня и поцеловала. Надин и Патрисия пообещали молиться о моей победе, а Валери, хищно улыбаясь, сказала, чтобы я оставил хотя бы немного врагов их столичным кавалерам: им тоже нужно прославиться на этой войне.
— Граф, — гордо подняв подбородок, обратилась ко мне герцогиня, когда девушки, весело щебеча, скрылись в дверях дворца. — Сегодня, благодаря вам, впервые за многие годы мне не стыдно произнести старый девиз рода Грамон. Смерть, но не бесчестье!
Глаза Жанны горели огнем торжества.
— Смерть, но не бесчестье! — произнес я в ответ.
Затем герцогиня протянула мне руку, и я почтительно поцеловал ее. Мгновение — и Жанна склонилась надо мной, по-матерински нежно коснувшись губами моего лба.
— Береги себя, мой мальчик, и вернись с победой, — прошептала она, проведя пальцами по моей щеке и подбородку.
— И вы берегите себя, тетушка, — ответил я. — И помните о том, что я говорил.
Жанна серьезно кивнула и, развернувшись, прошествовала ко входу в свой дворец. Я уважительно покачал головой. Действительно, Каменная леди. И не скажешь, что она больше суток не спала и провела их на ногах, при этом активно заключая союзы и ведя переговоры…
Теперь я ехал в карете один, позволяя голове проясниться. Дворец, сиявший тысячами свечей, гудевший сотнями голосов, пахнувший десятками ароматов, теперь казался далеким сном.
Но этот сон не отпускал.
Я поймал себя на том, что снова прокручиваю в памяти последние часы: разговоры и поступки, лица в зале, улыбки дам, недружелюбные и насмешливые взгляды мужчин.
А еще меня не отпускали мысли о руне, которую я «случайно» вытащил из барабана. Вернее, о том, зачем моему тайному покровителю понадобилось раскрыть свое инкогнито и частично поделиться информацией обо мне самом. В том, что это не случайность, я был уверен на все сто процентов. Надо будет поискать побольше сведений об этих персонажах.
Карета качнулась и пошла мягче, звонкий цокот копыт сменился гулким топотом — дорожное покрытие стало грунтовым. Мысленно я отметил, что проехал половину пути. Перед тем как вернуться в Лисью нору, меня ждет еще одна встреча.
Я со вздохом откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Перед внутренним взором снова возник королевский парк, где труппа Бризо давала свое представление.
Я сидел рядом с принцессой Адель. Она почти не шевелилась, лишь изредка поворачивала голову, бросая на меня внимательные, испытующие взгляды.