Чтение онлайн

Могу себе только представить, сколько герцогу де Гонди стоил каприз его дочери. Впрочем, это же повелитель юга, он наверняка даже не заметил этой пустяковой траты.

Однако, справедливости ради, обязательно нужно отметить, что, помимо духов и своей эффектной внешности, Бланка, охмуряя принца Луи, да и остальных сыновей Карла, в первую очередь пользовалась своим главным оружием — интеллектом.

Вон, с Луи она почти больше полугода вела переписку об архитектуре, музыке, живописи, скульптуре и о много другом. И те письма маркиза де Гонди писала самостоятельно, без подсказок специально нанятых специалистов. Я потом, когда была такая возможность, лично убедился в ее образованности. А также в высоком уровне эмпатии.

Взять того же принца Филиппа, которого, кроме его зверинца, ничего более не интересовало. Она даже с ним смогла найти общий язык. И не просто так, но и влюбить в себя. Тетушка на эту тему вывалила на меня целый ворох информации.

Думаю, совладать с принцем Генрихом Бланке было проще всего. Об их краткосрочном романе при дворе не знал, наверное, только глухой и слепой. Собственно, именно этими сведениями Астрид и манипулировала, настраивая принца Луи против Бланки, а заодно и против брата.

В общем, маркиза де Гонди по праву может записать победу сразу над тремя вестонскими принцами на свой счет. И вот сейчас эта знаменитая обольстительница пыталась использовать свои чары на мне.

— Я уже было решила, что вы проигнорируете мое приглашение, — промурлыкала она, при этом указывая на место рядом с ней.

— Я хозяин своему слову, мадмуазель, — сделав вид, что не заметил ее жеста, я устроился напротив нее. — Помимо всего прочего, признаюсь, вы заинтриговали меня.

Мельком я глянул в окошко слева. В дюжине шагов от кареты маркизы, рядом с линией деревьев стояла одна из ближайших фрейлин Бланки и разговаривала с высоким молодым красавцем блондином. Почти два метра ростом. Широкоплечий. Черты лица аристократические и даже на мой взгляд смазливые. Таким, как он, не сложно добиться внимания дам. Вон, как фрейлина щебечет, заглядывая ему в лицо.

Однако сам блондин, абсолютно не замечая болтовни фрейлины, обеспокоенно смотрел в сторону кареты маркизы. Я, кстати, вспомнил этого парня. Он тоже из свиты Гонди. То ли барон, то ли виконт. Только имени уже не помню.

Хм… И причина его обеспокоенности мне тоже ясна. Еще одна жертва маркизы, не иначе. Рука то и дело сжимается на эфесе меча. Ревнует бедняга. Ничего. Потерпи. Я здесь ненадолго. Да и не претендую я на твой объект обожания.

— Всего лишь любопытство? — Бланка мило надула губки. Ее явно удивило мое поведение. Видимо, не ожидала, что чары дадут сбой.

— А разве может быть что-то еще? — мои брови поползли вверх. — Простите, мадмуазель, но вы говорите загадками.

Забавно было наблюдать за ее недоуменным выражением лица. Еще в ее эмоциях проскальзывало разочарование и раздражение. Понимаю, столько лет обработки, а клиент так и не созрел. Она, ведь, не понимает, что магия духов, которая обычно дурманит ее собеседников, на меня не действует.

Наверняка сейчас думает, что поспешила. Интересно, что ей от меня надо? Вернее, ее папаше. Иначе как еще объяснить эту встречу? Вряд ли все те письма, что писала мне Бланка были отправлены без ведома герцога де Гонди. Не удивлюсь, если узнаю, что именно он и приказал дочери испробовать на мне свои приемчики.

Маркиза откинулась на спинку, чуть склонив голову набок. На мгновение в ее взгляде мелькнуло что-то похожее на сомнение, но тут же пропало.

— Значит, нас более ничего не может связывать? — решила она усилить напор. — Выходит, я неправильно распознала тон ваших писем.

Интересно, что происходит? С чего бы это она решила действовать так топорно? Практически напролом. Словно спешит куда-то. А где спешка, там и ошибки.

Изобразить недоумение не составило особого труда.

— Мадмуазель, вы не облегчаете мне задачу. Чем больше слушаю вас, тем меньше понимаю.

В глазах Бланки мелькнула досада. На мгновение маска светской львицы треснула, и свозь эту брешь я увидел сожаление и, кажется, обреченность.

Отвечать она не спешила, и я решил воспользоваться этой паузой.

— Пожалуй, идея вот так встретиться была не совсем удачной, — сказал я без улыбки и коснулся дверной ручки. — И это вполне объяснимо. Ночь была долгой. Усталость дает о себе знать. Нам всем нужно отдохнуть.

Видя, что я намереваюсь уйти, Бланка встрепенулась. Она резко выдохнула, веер сложился с коротким щелчком. Подавшись вперед, маркиза, останавливая меня, положила свою ладонь мне на предплечье.

— Граф, — голос Бланки заметно изменился. Он вдруг стал настоящим что ли. — Останьтесь, прошу вас.

Я, не отпуская ручку, взглянул на девушку. Ходить вокруг да около надоело. Да и дел по горло. Помимо собственных сборов, мне еще когорты Отчаянных принимать. А там ведь несколько сотен человек, прокорм и обеспечение которых Карл наверняка с удовольствием повесит на меня.

— Маркиза, — холодным тоном произнес я. — Предлагаю сэкономить ваше и мое время. Чем раньше вы скажете, что вам, а вернее, вашему отцу понадобилось от меня, тем скорее мы отправимся по своим делам.

Бланка вздрогнула словно от пощечины. Она отдернула свою руку от моего предплечья так, будто оно раскалилось до бела. В ее глазах я прочитал удивление, неверие и, кажется, смятение. Явно не ожидала от меня такой отповеди.

Но в руки себя взяла довольно быстро. И тон сменила.

— Мой отец не знает об этой встрече.

— Вот как? — хмыкнул я. — И вы хотите, чтобы я вам поверил? Насколько мне известно, вы и шагу ступить не можете без его ведома.

Бланка снова вздрогнула. Только теперь ее лицо посуровело. Глаза слегка сузились. Губы сжались.

— Мой отец вступил в сговор с герцогом де Бофремоном, — почти скороговоркой выпалила она. — Я слышала сама, как отец говорил с матерью. Они говорили о Карле, о его смерти, об императоре Оттоне, который захватит Эрувиль. О том, что уже все готово, чтобы открыть ворота его войскам. Они уже поделили всю власть в Вестонии…

Я даже слегка опешил от неожиданности. Нет, я уже знал, что ее отец приезжал один раз во дворец к Бофремону. Об этом мне сообщили первородные, обитавшие в том районе и присматривавшие за домом герцога. О чем был разговор, я не знал. Внутрь дома шпионов я не внедрял. Лютен обязательно учуяла бы их. А спугнуть ее я не хотел.

Впрочем, иллюзий насчет того, на чьей стороне выступит Бофремон, когда запахнет жареным, я не питал. Но то, что Гонди тоже решил поставить все на эту карту, меня не то, что бы удивило, скорее, я не понимал, зачем это ему нужно.

Ведь дураку понятно, что, как прежде, полноправно править югом ему не дадут. Оттон, как победитель, церемониться не будет. Ему таких самостоятельных герцогов не выгодно иметь. Кроме того, не всем дворянам юга придется по душе предательство герцога.

Я молча смотрел на Бланку. Хм… А ведь я, кажется, уже начинаю понимать, кто обеспечит Гонди сохранение контроля над его землями.