Чтение онлайн

Комфортабельный пассажирский лайнер спешно переоборудовался под санитарное судно. Салоны и каюты, рестораны и бары приспосабливались для приема раненых. Команду теплохода укомплектовали высококвалифицированным медицинским персоналом. Даже санитарки имели основательную специальную подготовку, многие из них, как военнообязанные, были призваны со старших курсов медицинских институтов.

В середине апреля «Сванетия» в охранении эскадренных миноносцев «Бдительный» и «Бойкий» в третий раз прибыла из Новороссийска в Севастополь. Ночью санитарный транспорт после разгрузки принял на борт около 1500 человек. Каюты, помещения общего пользования, коридоры, палубы были заполнены тяжелоранеными бойцами и командирами, а также эвакуируемыми жителями города. Много людей взял и эскадренный миноносец «Бдительный», выделенный для сопровождения «Сванетии» до Новороссийска.

В пути на рассвете 17 апреля над конвоем пролетел немецкий самолет-разведчик, а в 11 ч транспорт подвергся атаке «юнкерсов». Одна бомба попала в палубу, но, не разорвавшись, упала за борт.

После полудня на бреющем полете появились 9 торпедоносцев. Две их торпеды прошли близко от борта теплохода. Самолеты развернулись и тройками с левого и правого бортов снова устремились в атаку. Одна из торпед поразила судно. В пробоину хлынула вода, и «Сванетия» начала погружаться с креном на левый борт и дифферентом на нос. Спустя 10 минут вода достигла штурманской рубки. Из имевшихся восемнадцати спасательных шлюпок успели спустить на воду только две. Не уместившиеся в них люди в пробковых поясах, нагрудниках, а то и без всяких спасательных средств бросались за борт.

Командира транспорта и других находившихся на мостике моряков взрывной волной сбросило на шлюпочную палубу. Старпом Г. Кухаренко с помощью рулевого А. Курепкова перенес их на спасательный плот и оттолкнул его от борта. Сам он бросился в штурманскую рубку, схватил со стола боевую карту, выбрался на еще возвышавшийся правый борт и спрыгнул в воду. Комендоры кормового зенитного орудия и пулеметчики [117] продолжали вести огонь. В это время вдруг раздался гудок: это одни из мотористов, выбравшись через трубу, держался за тросик сирены. Обернувшись, Кухаренко увидел, как с высокоподнятой кормы в воду сыпались люди. С непрерывающимся надрывным гудком теплоход «Сванетия» в 13 ч затонул, увлекая за собой в образовавшуюся воронку плававших рядом людей.

На воде оставались две шлюпки и спасательный плот с ранеными бойцами и командирами. Несколько десятков человек держались на плаву, ухватившись за матрасы, чемоданы, доски. Фашистские летчики расстреливали их из пулеметов, сбрасывали на шлюпки небольшие бомбы. Старпома Кухаренко в числе многих уцелевших моряков и пассажиров подняла из воды команда эсминца «Бдительный». Всего она спасла 143 человека. Почти все они от длительного пребывания в холодной воде тяжело заболели. Медикам в госпиталях и санаториях пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить их здоровье и вернуть всех в строй.

Четыре рейса в апреле - мае совершил в Севастополь теплоход «Анатолий Серов» (капитан Д. Руднев). Наиболее тяжелым был четвертый, который начался 18 мая из Новороссийска. Следовало судно в охранении боевых кораблей, имея на борту 3700 т боеприпасов и продовольствия. В Севастополь пришли на рассвете. Теплоход ошвартовался в Корабельной бухте, остававшейся недосягаемой для артиллерии противника. Немедленно приступили к разгрузке. Утром в базе прозвучал сигнал воздушной тревоги. В порту поставили дымовую завесу, но недостаточно плотную. Просматривая через «окна» в дыму транспортные суда, фашистские летчики потопили две баржи и 250-килограммовой бомбой поразили «Анатолия Серова». От ее взрыва в борту второго трюма образовалась пробоина в 42 кв. метра. Судно частично погрузилось носом, но осталось на плаву. Чтобы предотвратить опрокидывание накренившегося транспорта, экипаж с помощью подошедших двух спасательных катеров завел на берег десять добавочных стальных тросов. Разгрузка была продолжена. Груз из затопленной части теплохода извлекали водолазы.

Через 12 дней был изготовлен и подведен к пробоине кессон. Цементными ящиками заделали переборку аварийного трюма. Осушив его, выровняли крен. Затем устранили дифферент, приняв в четвертое грузовое помещение 500 т воды. [118]

7 июня «Анатолий Серов» оставил Севастополь. Шел он с разорванным бортом, через пробоину забортная вода свободно сообщалась с затопленным трюмом. Несмотря на это, теплоход в сопровождении трех тральщиков и под прикрытием с воздуха благополучно дотянул до Новороссийска.

В тот день, когда он отправился в обратный рейс, гитлеровские войска начали третий штурм Севастополя. Несмотря на значительное превосходство в силах, их наступление развивалось медленно. Защитники черноморской твердыни оказывали упорное сопротивление.

В середине июня сражение достигло предельного напряжения. В те дни прорыв транспортов в осажденный с суши и с моря порт стал почти невозможен. Это удавалось лишь отдельным быстроходным судам. И все же морской флот выполнил тогда 11 огненных рейсов. При этом он лишился нескольких судов, но сумел оказать героическому гарнизону, находившемуся в критическом положении, немалую помощь.

За несколько дней до начала штурма следовал в Севастополь танкер «М. Громов» с грузом авиабензина. 2 июня, под утро, на траверзе мыса Ай-Тодор он был атакован группой вражеских торпедоносцев. Его капитан, М. В. Фомин, маневрировал искусно, но при уклонении от последних четырех торпед, устремившихся одновременно к борту с кормовых и носовых курсовых углов, не удалось избежать встречи с одной из них. Танкер мгновенно вспыхнул огромным факелом. Погибли все комендоры носового орудия, пулеметчик и военный лоцман. Оставшиеся в живых успели сесть в спасательный бот. Его тоже окружало пламя сильно полыхавшего на воде бензина. С огромным трудом отошли от борта тонущего танкера и вышли из полосы огня. Спасшихся моряков принял на борт один из кораблей охранения.

Ночью 10 июня в Севастополь прорвался теплоход «Абхазия» (капитан М. И. Белуха), шедший в охранении эскадренного миноносца «Свободный», двух базовых тральщиков и трех сторожевых катеров. Он доставил СОР маршевые подразделения, боеприпасы и продовольствие. Утром у причала Сахарной балки «Абхазия» подверглась нападению бомбардировщиков. В теплоход угодило 9 бомб, и он тут же пошел ко дну.

Вечером следующего дня из Новороссийска в сопровождении боевых кораблей вышел теплоход «Грузия», который за несколько месяцев до этого стал военным санитарным [119] транспортом. Он вез в Севастополь около 4 тыс. бойцов и 1,3 тыс. т боеприпасов. Наступившее утро было безоблачным. Солнечная погода не предвещала ничего хорошего. Так и получилось: с полудня вражеская авиация начала неотступно преследовать конвой. Одна из бомб повредила корму. Вода залила румпельное отделение, судно на некоторое время лишилось хода.

Зенитчики эскадренного миноносца, сторожевых катеров и самой «Грузии» сражались отважно, стремясь надежно прикрыть теплоход от многочисленных атак самолетов. Искусно маневрируя скоростью и курсами, командир транспорта капитан-лейтенант М. И. Фокин вовремя выводил судно из-под бомбовых ударов. Вскоре к конвою подошел крейсер «Молотов», и совместными усилиями им удалось отогнать последние группы фашистских бомбардировщиков. Но все же судно вышло из боя с немалыми повреждениями, потеряв более половины запаса плавучести.

На этом гитлеровцы не успокоились. Вечером последовали атаки торпедоносцев. Они на бреющем полете сбрасывали торпеды и, пролетая над «Грузией», поливали ее пулеметным огнем.

И все же санитарный транспорт снова выстоял. Самолеты ушли ни с чем. Под утро 13 июня теплоход вошел в Южную бухту Севастополя. После столь тяжелого дня люди вздохнули с облегчением. Казалось, самое страшное осталось позади. Но при подходе к Минной пристани вдруг на судно спикировал фашистский самолет. Одна из его бомб разорвалась в кормовом трюме, вызвав детонацию находившихся там боеприпасов. Разломившись пополам, теплоход пошел ко дну. В живых осталось лишь несколько моряков «Грузии». Разорвались не все снаряды, на следующий день их извлекли из трюмов затонувшего теплохода водолазы.