Чтение онлайн

В наиболее напряженную пору новороссийские портовики обрабатывали до 18-20 транспортов в день. За первый год войны порт (начальник А. Н. Федоров - до декабря 1941 г., затем Л. И. Петченко) переработал свыше 1 млн. т грузов, в том числе около 800 тыс. т воинских {92}. Для быстрейшего выполнения заданий военного командования, более четкой организации труда и ускорения обработки судов и вагонов все грузчики и оперативные сотрудники были переведены на казарменное положение.

Противник, сознавая огромное значение Новороссийской военно-морской базы и торгового порта, еще до начала боев за город подвергал его и гавани систематическим бомбардировкам. В налетах участвовало одновременно по нескольку десятков самолетов. Так, утром 2 июля 1942 г. 60 бомбардировщиков нанесли мощный удар по порту, сбросив на военные корабли, транспортные суда и причалы более 600 фугасных бомб. Погибли лидер «Ташкент» и эскадренный миноносец «Бдительный», транспорты «Кубань», «Пролетарий» и «Украина». Получили серьезные повреждения теплоход «Калинин», пароход «Курск», морской буксир «Черномор». Сильно пострадали портовые сооружения, была разбита галерея элеватора, большие разрушения возникли на Каботажном, Импортном и Цементном пирсах. А еще раньше вражеские самолеты подожгли морской вокзал. Бомбы угодили в вагоны с боеприпасами. От сдетонировавших снарядов погибло немало людей, возникли значительные повреждения на портовых объектах.

С началом наступления немецких войск на Новороссийск авиационные налеты стали еще более ожесточенными. Город стал прифронтовым, это вынудило приступить к интенсивной эвакуации его. Оборудование заводов, порта, суда и другие плавсредства направлялись в Батуми. Туда переводились управления объединенного Черно-морско-Азовского сухогрузного пароходства и «Совтанкера», [137] объединенный политотдел, а также средства материально-технического обеспечения и ремонтная база. Значительную часть грузов составляли оборудование и другие материальные ценности, вывезенные из западных районов страны. В те дни в Новороссийске скопилось 985 груженых вагонов, а на перегоне от города до станции Эмен еще 1145. На складах находилось 3200 т грузов тыла Новороссийской военно-морской базы и военно-воздушных сил Черноморского флота.

Небольшому Батумскому порту пришлось принимать небывалое количество судов и технического оборудования. Он стал основной базой транспортного флота Черноморского бассейна. По 300-мильной прибрежной коммуникации Батуми - Новороссийск в сторону фронта шли войска, боевая техника, боеприпасы, а в обратном направлении - эвакуационные грузы. В этих перевозках участвовало 16 транспортов. Привлекались также суда, пострадавшие от вражеских бомб и снарядов, - «Ворошилов», «Советская нефть», «Красный Профинтерн», «Ленинград», «Димитров», «Ленинград», которых буксировали в ближайший порт Теленджик или в Поти и Батуми. Погрузочные работы в Новороссийске велись в условиях интенсивных воздушных бомбардировок, а с 23 августа и под артиллерийским обстрелом. Вскоре остались пригодными лишь Каботажный и Импортный пирсы. Были разрушены многие причальные крапы и подъездные пути.

С началом эвакуации в помощь портовикам было дополнительно направлено 500 человек из состава рабочего батальона. Создавались специальные бригады для восстановления железнодорожных подъездных путей, ведущих к причалам.

Моряки и портовики, выполняя эвакуационные работы, проявили подлинный трудовой и боевой героизм.

Рудовоз «Анатолий Серов» стоял тогда в ремонте. Коллектив судоремонтного завода и экипаж работали круглые сутки, стремясь как можно быстрее вернуть его в строй. 12 августа, когда машина уже была исправлена и судно могло двигаться, начался массированный налет немецкой авиации. Капитан К. К. Третьяков решил выйти из порта, чтобы маневрированием уклоняться от бомб. В течение двух часов самолеты преследовали «Анатолия Серова» на внешнем рейде. Около ста бомб разорвалось вокруг него. Но одна из них все же поразила теплоход. Он начал тонуть.

В этой ситуации капитан действовал энергично и умело. [138] Направив судно к восточному берегу Цемесской бухты, он успел посадить его на отмель.

Командование военно-морской базы решило, чтобы рудовоз не достался врагу, отбуксировать его на глубокое место и затопить. Но капитан, тщательно осмотрев повреждения, пришел к выводу, что силами экипажа можно восстановить живучесть судна, откачать воду и уйти из Новороссийска.

Развернулись спасательные работы. Однако фашистские летчики, заметив, что команда не покинула теплоход, возобновили налеты на него. Тогда экипаж высадился на берег и продолжал трудиться по ночам. Заводили пластырь в трюме, забивали чопами мелкие пробоины, устраняли другие повреждения.

Восемь суток шла борьба за жизнь транспорта. Экипаж сумел подготовить его к подъему с грунта. Вот только откачать воду из трюма судовыми средствами не удавалось. И тут на выручку пришли портовики. Ночью 19 августа буксир «Дельфин» доставил на аварийное судно несколько мотопомп. С их помощью откачали воду. Транспорт снялся с мели и своим ходом ушел в Поти.

В те же дни начался вывод теплоходов «Калинин» и «Ворошилов», которые тоже находились в ремонте. Причем нужно было отбуксировать в тыловые порты не только их, но и плавучие четырехтысячный и шеститысячный доки, поврежденные во время многочисленных воздушных налетов. Они плотно сидели на дне и под тяжестью стоявших на стапель-палубах теплоходов все больше погружались в илистый грунт.

Спасательную операцию, начавшуюся 20 августа, возглавлял начальник морской инспекции Черноморско-Азовского пароходства М. И. Григор. За шесть дней буксирные средства вывели из дока, а затем и из Новороссийска транспорт «Калинин» и сразу же взялись за самое трудное - снятие с мели шеститысячного дока. Пока он находился в таком положении, невозможно было сдвинуть стоявший на его кильблоках теплоход «Ворошилов». Пришлось док стаскивать волоком с грунта. Когда он оказался на достаточной глубине, буксировщики вывели судно, которое также было эвакуировано.

Из доков удалось спасти лишь один, а четырехтысячный из-за серьезных повреждений пришлось оставить в порту. Шеститысячный железобетонный, касавшийся грунта лишь своей оконечностью, был быстро подготовлен к отправке, но в распоряжении капитана дальнего [139] плавания М. И. Григора имелись лишь маломощные буксиры. Для вывода дока оперативная группа управления Черноморско-Азовского бассейна, руководившая эвакуацией порта, выделила ледокол «Торос».

Экипаж ледокола (капитан И. К. Омельянов) в рекордно короткий срок завершил ремонт котла и, приняв в Туапсе войсковую часть, направился в Новороссийск. В Цемесской бухте судно атаковали подряд несколько групп немецких бомбардировщиков. Капитан удачно маневрировал, а зенитчики, ведя огонь из шести орудий, создавали плотную огневую завесу. «Торос» сумел оторваться от преследовавших самолетов, но на подходе к порту он был встречен артиллерийским огнем противника. Удача и на этот раз не изменила ледоколу - 4 сентября он прорвался в порт.

Ночью, когда враг уже подступал со всех сторон к причалам. «Торос», буксирные катера «Юпитер», «Смелый» и «Вежилов» вывели из порта плавучий док и затем отбуксировали его в Сухуми. Все члены экипажа судна (41 человек) за этот героический рейс были награждены орденами и медалями.

Соединения и части Новороссийского оборонительного района непрерывно контратаковали врага, но изменить положение не могли. Гитлеровцы имели двойное превосходство в силах. 6 сентября немецкие танки и автоматчики по Анапскому шоссе прорвались в Новороссийск. Начались уличные бои. Вечером противник вышел на набережную порта. Танки со стороны предместья Мефодиевский подошли к бухте в районе клуба моряков. Защитники города были рассечены. Морская пехота и стрелковые части, сражавшиеся в центре города, оказались изолированными от основных сил.

За два дня до этого в порту грузились последние суда - «Стахановец» и «Тракторист».

Теплоход «Тракторист» (капитан Н. В. Фомичев) утром 1 сентября ошвартовался у Импортного пирса. Разгрузка подкреплений для гарнизона прошла очень быстро. В полдень теплоход уже стоял у Каботажного причала и принимал в свои трюмы морские мины, авиабомбы и снаряды крупного калибра. Грузчиков не хватало - к работе подключилась вся команда.

В городе и порту вспыхивали все новые очаги пожаров. Вражеский огонь все усиливался. Фашистские минометы и орудия били с ближних подступов. Снаряды стали разрываться и на причале. Пришлось погрузку [140] прекратить. Враг засек транспорт и перенес огонь на него. Судно с взрывоопасным грузом в трюмах могло в любую минуту взлететь на воздух. И «Тракторист» вынужден был покинуть порт. Он ушел к Пенайскому маяку и у самого берега стал на якорь. С наступлением темноты поступило распоряжение идти в Туапсе. Не успели развернуться, как подошел торпедный катер. Он передал новый приказ - немедленно следовать в Новороссийск, стать у Каботажного причала, принять на борт летный и обслуживающий состав Новороссийского аэродрома, а также три самолета, в том числе трофейный «мессершмитт».