Чтение онлайн

Совершенствовалась координация деятельности подразделений морского флота в Северном бассейне. С этой целью коллегия Наркомата 27 апреля 1943 г. назначила начальника Северного морского пароходства Н. В. Новикова своим специальным уполномоченным, подчинив ему в оперативном отношении весь флот, порты и судоремонтные предприятия.

В 1943 г. союзники СССР по антигитлеровской коалиции значительно раньше, чем в предыдущем году, прекратили отправку конвоев в советские северные порты (перерыв на этот раз длился целых девять месяцев). Гитлеровский флот, базировавшийся в Северной Норвегии, [178] и в этот период развернул активные действия на арктических коммуникациях.

В том году судоходство по Северному морскому пути было более оживленным. Вывозились уголь из Печоры и Дудинки, лес из Игарки, продукция Норильского горно-металлургического комбината. Перевозились импортные военные грузы. С запада и востока в Арктику доставлялись снабженческие грузы для заводов, рыбных и охотничьих промыслов, полярных портов и станций. В Печорском и Карском морях эксплуатировалось 27 транспортных судов {129}. Их плавание обеспечивали ледоколы и гидрографические суда.

Противник усиливал противодействие этим перевозкам. В арктические воды он направил 13 подводных лодок. Планировалось провести здесь в августе операцию «Вундерланд-2». Продолжались минные постановки (в течение года подводные лодки выставили более 300 неконтактных мин с акустическими и магнитными взрывателями) {130}.

В Карском море заранее были созданы тайные базы, опорные и наблюдательные пункты. Еще осенью 1942 г. на Вардропере - пустынном острове шхер Минина, центральном участке оживленной морской коммуникации между портом Диксон и проливом Вилькицкого, гитлеровцы установили радиостанцию для наведения подлодок на цели. В другом важном районе - в заливе Волчий, на подходах к архипелагу Нордепшельда, они создали пункт отстоя подводных лодок. Для этого ими использовалось также безлюдное, пустынное северо-восточное побережье Новой Земли.

Командование Северного флота со своей стороны приняло ряд мер по усилению защиты коммуникаций в Печорском и Карском морях.(Была расширена сеть постов наблюдения и связи, укреплена береговая оборона Новоземельских проливов, губы Белушья, порта Диксон и некоторых островов, установлены новые артиллерийские батареи. Штаб Северного отряда кораблей, отвечавший за безопасность коммуникаций в Карском море, передислоцировался на Диксон, расположенный посредине этих сообщений. Усилилось непосредственное охранение судов на переходе морем. [179]

Тщательно готовилось к открытию арктической навигации 1943 г. Главное управление Северного морского пути. В Москве формировался Центральный штаб морских операций в Арктике, возглавляемый начальником «Главсевморпути» И. Д. Папраниным. Он должен был координировать деятельность западного и восточного штабов.

Арктический институт в Ленинграде получил задачу готовить научно обоснованные прогнозы ледовой обстановки на всей трассе Северного морского пути. Особую роль в этой работе играла полярная авиация. Один из лучших ее экипажей (летчик И. И. Черепичный, штурман В. П. Падалко) впервые осуществил зимнюю стратегическую ледовую разведку. В течение полутора месяцев он обследовал льды западного и восточного секторов Севморпути. Весной авиаторы обследовали гигантскую акваторию арктических морей и нанесли на карту возможные проходы во льдах. Было установлено, что ледовая обстановка в Печорском и Карском морях довольно благоприятная. Почти не было льда в Новоземельских проливах, ожидалось раннее вскрытие пролива Вилькицкого. Даже западная и средняя части моря Лаптевых были покрыты слабым льдом.

Все это позволило планировать начало морских операций в западном районе Арктики на сверхранние сроки. Вывод судов в Карском море намечалось осуществить в последние дни июня, а их проход через пролив Вилькицкого - в двадцатых числах июля.

В конце июня 1943 г. неожиданно для противника первый отряд ледоколов и ледокольных судов («А. Микоян», «Красин» и «Ф. Литке») во главе с опытным полярным капитаном, заместителем начальника Главсевморпути М. П. Белоусовым в охранении пяти эскадренных миноносцев и шести самолетов совершил переход в порт Диксон. Второй конвой отправился к Карским Воротам 26 июня. Уже с первых дней июля началось регулярное движение грузовых судов на трассе Северного морского пути. В восточном секторе успешно осуществлял проводку транспортов линейный ледокол «И. Сталин» (капитан В. И. Воронин). Сложным было положение к западном секторе. Во время нападения тяжелого крейсера «Адмирал Шеер» в конце августа 1942 г. на порт Диксон от его артиллерийского огня загорелись угольные склады на острове Конус. Часть топливных запасов была утрачена. К тому же из-за напряженной боевой [180] обстановки и позднего времени не удалось завезти необходимое количество угля из Норильска. Практически бункеровочная база этого сектора арктической коммуникации осталась без топлива. Штаб морских операций западного района (начальник морских операций А. И. Минеев, начальник штаба И. А. Стоянов) принял необходимые моры, чтобы поправить дело. Было решено, не ожидая вскрытия устья Енисея, направить в Дудинку за углем караван судов. 1 июля ледорез «Ф. Литке» и ледокольный пароход «Таймыр» с лихтером на буксире отправились в путь. Преодолев тяжелый лед в устье реки, они через три дня пробились в Дудинку. Благополучно прошел и обратный рейс. Подошедшие вскоре транспорты из Баренцева моря получили уголь и проследовали дальше.

Тем временем вслед за первыми конвоями из Архангельска вышли на восток ледокольный пароход «Г. Седов», транспорты «Диксон», «А. Марти» и другие суда. С Диксона в море Лаптевых, в бухту Кожевникова, направился ледокол «Монткальм».

Противник, стремясь сорвать навигацию в Баренцевом и Карском морях, усиливал боевую активность. Его подводным лодкам удалось потопить суда «Академик Шокальский», «Диксон», «Архангельск», «Сергеи Киров». На минах подорвался пароход «Тбилиси», погиб мотобот «Маяковский».

Экспедиционное судно «Академик Шокальский», прибывшее 22 июля с научными сотрудниками Арктического института в порт Диксон, должно было отправиться в пролив Вилькицкого для проведения гидрологических работ под руководством начальника экспедиции В. С. Большакова. Но в это время заболел начальник полярной станции, расположенной на северо-восточном побережье Новой Земли, в заливе Благополучия. Штабу морских операций пришлось направить туда судно с заданием доставить нового начальника станции и снять больного. 27 июля в районе мыса Спорый Наволок «Академик Шокальский», обойдя с севера полосы мелкобитого льда, вышел на чистую воду и лег на курс, ведущий к заливу Благополучия. Через час со стороны берега внезапно появилась фашистская подводная лодка и открыла артиллерийский огонь. Невооруженное судно устремилось к ледовому полю, по приказанию капитана И. С. Снисаренко радист Н. Г. Корнеев послал в эфир открытым текстом радиограмму о нападении врага, но в ней не было [181] указано место судна (вахтенный штурман погиб, не успев определить координаты).

Подводная лодка (это была «U-255»), превосходившая судно в скорости, быстро приближалась, не прекращая огня. От прямого попадания нескольких снарядов на судне вспыхнул пожар. Оно успело войти в лед, но там заклинило руль. Гитлеровцы расстреливали его с расстояния 2-3 кабельтовых. Когда образовалась пробоина ниже ватерлинии, «Академик Шокальский» стал погружаться в воду. Спустили шлюпку (другую сбросило в море взрывной волной). Оставшиеся в живых успели высадиться на лед, но фашистские пираты начали поливать их свинцом из пулеметов. Еще трое моряков были убиты, а остальные спаслись в ледяной воде, в которой находились, ныряя под пулями, более двух часов. Подводная лодка перед уходом протаранила шлюпку.

Из 27 членов экипажа и экспедиции уцелели 19. Они починили шлюпку и отправились к берегу. До него было 10 миль. Добрались до мыса Спорый Наволок. Отсюда до полярной станции Благополучия предстояло пройти по пересеченной местности и ледникам более 100 километров. 29 июля двинулись в путь двумя группами: одна на шлюпке, другая по берегу. К концу дня снова появилась подводная лодка; сойдя с яла, люди укрылись в горах. Но шлюпку с продуктами гитлеровцы увели.

Шесть суток голодные, полураздетые, промокшие до нитки шли моряки по пустынному берегу северной части Новой Земли. Тем временем их разыскивал мотобот «Полярник», посланный из губы Белушья штабом Новоземельской военно-морской базы, как только была принята радиограмма с «Академика Шокальского». Но неизвестность координат встречи с подлодкой сильно затрудняла поиск. Лишь в начале августа были обнаружены обе группы людей с погибшего судна. Они потеряли еще трех товарищей, теперь уже от голода и холода.

Как выяснилось впоследствии, на северо-восточном побережье Новой Земли враг оборудовал пункт для отстоя подводных лодок, контролировавших плавание советских судов в этом районе.

В западном секторе Арктики фашистские подводники потопили также транспорт «Диксон» (капитан О. З. Филатов). 27 августа в него попали две их торпеды, но не взорвались. На следующий день юго-восточнее островов Мона он снова подвергся торпедной атаке и погиб, но корабли охранения успели снасти экипаж. [182]