Чтение онлайн

– И последнее, милый. Начальство просмотрело бумаги, которые ты украл, и пришло в полный восторг. «Альфатайн» далеко опередил нас в исследованиях. Документы, раздобытые тобой, поставят нас вровень с ними… а то и выше, если это единственные копии, которые у них были. Поэтому начальство сочло, что твой гонорар полностью оправдан, а также поручило мне угостить тебя в пабе шампанским.

Я был удивлен. Мне казалось, она будет сердиться за то, что я предъявляю дополнительные требования, и выкручиваться, чтобы не заплатить мне все пять тысяч.

– Очень хорошо. Я возьму деньги с собой в бар…

– Нет, – резко перебила она. – Не будем привлекать к себе внимания. Тут много людей, которые тебя знают. Они начнут расспрашивать. Оставь лучше тут.

– Машина не запирается, – напомнил я.

– Знаю, но здесь ведь никого нет. Никто не подумает к тебе залезть. Все будет в порядке.

Она положила конверт под ноги пассажирского сиденья и похлопала меня по щеке.

– Тебе как, нравится шампанское?

Я буркнул:

– Обошелся бы и лагером.

–Очень хорошо. А я буду виски с сидром,– сказала она, открывая дверь и вывешивая в нее свои изящные ножки. Мне стало не по себе. Было что-то настораживающее в поведении Клэр – она казалась слишком счастливой. Я не смог бы без сожалений отдать пять кусков. А она смогла.

– Иди ты первый, – сказала она. – Мы же не хотим, чтобы нас увидели вместе.

– Не хотим? – переспросил я, гадая почему. Но подчинился – так же неохотно, как не подчинился знакам «Частная территория» и «Въезд запрещен». Я вошел в людный паб.

Мне вспомнилась та чушь, которую несла мама про Дженни, – она, мол, только и мечтает, чтобы вернуться ко мне. Я поискал Дженни в ее обычном углу, но не увидел ни саму, ни ее жениха в плотной толпе.

Напитки мне пришлось подождать; пятеро барменов за стойкой крутились как белки в колесе. Я поискал глазами Клэр – ей удалось втиснуться за угловой столик. Она читала ту же утреннюю газету, что попалась мне за обедом. Клэр подняла на меня взгляд, исполненный той же теплоты, что у ведерка со льдом на барной стойке.

– Ты сказал, что заткнешь рот той женщине-полицейской из Ньюкасла, что стала свидетельницей ограбления. Похоже, ты заткнул ее навсегда.

– Я тут ни при чем, – возразил я.

– Значит, совпадение? – спросила Клэр, всем видом показывая, что не верит. Потом посмотрела мне в глаза. – Ты попросил пять тысяч сверху, чтобы откупиться от полицейской. Но предпочел сэкономить, убить ее и оставить пять тысяч себе. Моя компания не захочет связываться с убийством.

Я начинал терять терпение.

– Вы уже связались с ограблением, – напомнил я. – Промышленный шпионаж принесет твоей компании миллионы, ты сама говорила. Пять тысяч для вас – пустяк. Потому твои боссы и согласились на мои условия.

Она что-то прикинула в уме.

– Так и было. Но еще их волновало, не вернешься ли ты за добавкой.

– Не вернусь.

– Это ты сейчас так говоришь…

– Не вернусь, – повторил я.

Она еще подумала и наконец сказала:

– Ладно. Поверю тебе на слово.

Одним глотком она допила бренди с сидром, встала и вышла за дверь со всей элегантностью, какая допустима в толпе.

Я двинулся за ней следом. Мелкий Фредди знаком пригласил меня выпить, но я потряс головой. Время на выпивку у нас еще будет.

Мне надо было переехать через реку к дому мистера Брауна и внести плату за казнь Джека Грейторикса.

Прошлым вечером, уезжая, я был взволнован. Сейчас же сказал себе: «Начнется настоящий ад, если убьют второго копа за два дня».

«Но это будет несчастный случай», – ответил у меня в голове Браун. Прошлым вечером он захлопнул дверь до того, как я успел спросить: «И как же вы это сделаете?» Я сказал себе то же, что сказали бы он и Алин: «Лучше тебе не знать».

Я ожидал прочитать о происшествии в завтрашней газете. Стоя на крыльце паба, я ощущал невероятную усталость. Из оцепенения меня вырвал грохот взрыва. Звук и вспышка света за ним исходили с заднего двора. Что это – моя машина? Не может быть…

Персонал с кухни начал выбегать на парковку, обсуждая какую-то бомбу. Из бара выходили посетители, обеспокоенные шумом. Некоторым было любопытно, некоторые испугались, некоторые разволновались настолько, что спешно отгоняли свои тачки с парковки.

Самые храбрые собрались на углу паба – оттуда неслись возгласы изумления и шока. Девушка закричала; молодой мужчина с длинными волосами медленно вышел на дорогу из-за угла и направился к крыльцу, где стоял я, опасаясь худшего. Это был Фредди, и он едва не сбил меня с ног.

– Тони, дружище Тони, – всхлипывал он. – С тобой все в порядке?

– А почему нет?

– Потому что твоя машина взорвалась на заднем дворе. От водительского места ничего не осталось, мягкую крышу порвало в клочья. Сиди ты там, тебя по кускам собирали бы до самого Ньюкасла.

Первое, что мне пришло в голову, – деньги. Я обежал паб и увидел свой «MG», слабо дымившийся и вонявший паленым. Бак не загорелся от искры, ничего подобного, но зевакам, столпившимся вокруг, это казалось наилучшим объяснением. Я подскочил к пассажирской дверце и глянул под ноги. Там ничего не было – ни конверта с наличными, ни хотя бы горки пепла от него.

Я отошел в сторонку, и тут меня сзади схватили за шею – так коала вцепляется в ветку эвкалипта.

– Тони, ты живой! – воскликнул девичий голос, и я почувствовал влагу слез у себя на шее.

На пару секунд я забыл о деньгах, пытаясь понять, что происходит. Отступил на безопасное расстояние, таща на себе коалу, отказывавшуюся отцепляться. Взял ее лицо в ладони и посмотрел на девушку в слезах и саже.

– Привет, Дженни. Конечно, я живой. Не знал, что тебе не наплевать.

Она разжала руки и выпустила меня.

– Еще как наплевать, придурок. Но я любила эту машину. Ты говорил, что телочки слетаются на нее, как мотыльки на свет, и я была одной из них. Потому и расстроилась, когда ты, придурок, меня бросил. Думала, больше никогда не буду ее водить. – В ее глазах над потеками туши была искренняя боль. Куда более сильная, чем может вызвать кончина старой тачки. – И вот теперь я правда больше никогда не буду ее водить, ты… ты…