Чтение онлайн

Минут пятнадцать спустя они снова появились; она выглядела аккуратнее, как будто заходила только переодеть форму. Она перешла дорогу и остановилась возле гаражных ворот, он поплелся за ней. Они явно собирались зайти в гараж. Я достаточно времени потерял, прячась в кладовой и на заднем дворе. Пора было выбираться.

К моменту, когда она добежит до патрульных в пятидесяти метрах вверх по улице, я давно скроюсь. И даже если приятель-актер решит ее подвезти на своей старой телеге, все равно будет поздно.

Я поспешил в мастерскую и сказал Джимми, что собираюсь уезжать.

– Да, мистер Браун. Все готово.

– Тогда поднимай ставню, – сказал я, с трудом сдерживая нетерпение.

Я запрыгнул на водительское сиденье и повернул ключ в зажигании. Когда я тронулся с места, ставня еще поднималась. Увидев за ней женщину-констебля и ее дружка-актера всего в паре шагов от моего капота, я вдавил газ в пол и осыпал их гравием из-под колес. Она отчаянно замахала руками, но я промчался мимо и вырулил на дорогу. Единственная опасность, что меня будут преследовать, исходила от патрульных, но в зеркале заднего вида я их не заметил – видимо, они мной не заинтересовались. В конце Тауэр-роуд все было свободно, и я свернул к центру горда, мосту и моей базе.

Теперь я мог расслабиться и насладиться вождением. «Остин 35» я водил с удовольствием, но «Кортина» оказалась еще лучше. Поток на дороге был редким, и хотя какая-то маленькая машинка свернула за мной на Ньюкасл-роуд, я не обратил на нее внимания. У женщины-констебля машины все равно не было.

Я загнал «Кортину» к себе в гараж и начал собирать все необходимое для путешествия. Одежду (включая маскировочную), запасы еды и питья для долгих часов слежки и, конечно, арсенал оружия.

Я прошел в дом и проверил, чтобы все газовые приборы были отключены. Было бы безответственно с моей стороны оставлять дом в таком опасном состоянии, ведь мои соседи могли погибнуть от взрыва. Уверен, в этот момент вам захотелось пошутить, напомнив, что за такую массовую бойню мне бы не заплатили. В действительности меня беспокоило, что взрыв привлек бы к моему дому внимание и за ним последовали бы официальное расследование и вмешательство страховой – подлинное проклятие для меня и моего бизнеса.

Свет в нескольких комнатах включался с помощью таймеров, чтобы случайный грабитель не решил попытать удачу при виде темных окон. Предосторожность не лишняя с учетом того, сколько по земле бродит бандитов.

Загрузив «Кортину», я нажал на кнопку, открывающую дверь гаража.

По природе я не слишком тревожный и не склонен чересчур сильно реагировать в неожиданных ситуациях. Но когда дверь открылась и я увидел, что находится за ней, должен признаться, я испытал шок.

На моей подъездной дорожке стоял мой старый «Остин 35». Я узнал его, несмотря на отсутствие номеров. Дверца «Остина» медленно открылась, и та самая женщина-констебль вылезла из-за руля.

Я среагировал мгновенно: бросился в заднюю часть гаража, открыл багажник «Кортины» и выхватил заряженный пистолет. Вернулся на подъездную дорожку и вежливо сказал:

– Мне кажется, вы перегораживаете выезд.

– А мне кажется, ты гребаный убийца, – ответила она. Можете считать меня старомодным, но ругательства из женских уст кажутся мне отвратительными. Правда, ей я указывать на это не стал.

– Если уберете машину, никаких неприятных последствий не будет, – сказал я. Конечно же, я лгал. Как только она уберет «Остин», я ее застрелю.

Она сделала шаг, становясь перед капотом машины в паре метров от меня. Оперлась о капот ягодицами. Похоже, этим констебль показывала, что в ближайшее время никуда сдвигаться не собирается.

Я поднял пистолет.

– Мистер Браун, на вашем пистолете нет глушителя. Звук выстрела на такой тихой улице привлечет повышенное внимание. Прежде чем избавиться от моего тела, вам придется поискать, где я спрятала ключи. А ведь я могла бросить их в канализационный люк или подвесить на дереве. Или опустить в соседский почтовый ящик.

Считайте меня странным, но я даже обрадовался встрече с офицером полиции, составляющим мне достойную конкуренцию. Это был шах – но еще не мат. Я сделал следующий ход.

– Я могу снять машину с ручника и вытолкать на дорогу.

Она мрачно улыбнулась.

– Конечно, можете. Но сначала придется меня застрелить. Потом спрятать труп, и уж потом заниматься тачкой, – сказала она, похлопав по капоту, – и за это время на выстрел сбегутся зеваки.

Шах.

– Тогда я попрошу вас сесть за руль и откатить машину с подъездной дорожки.

– С какой стати мне подчиняться?

Я остолбенел.

– С такой, что я вас застрелю, если вы этого не сделаете.

Она кивнула с умудренным видом царя Соломона в женском обличье.

– Боюсь, для меня это не угроза, мистер Браун. У меня нет никаких причин, чтобы жить. И это ваша вина. Вы убили самого дорогого для меня человека, столкнув Хелен с лестницы у нас дома. Жить мне незачем. Застрелите меня сейчас, и сядете в тюрьму до конца дней. Это будет возмездием за то, что вы сделали с Хелен.

– Я знаю, что в вашем доме убита полицейская. Но у меня не было резона ее убивать. Зачем мне это?

– Вы хотели убить не Хелен. Вы хотели убить меня. Но в темноте перепутали одну девушку в полицейской форме с другой.

– Я никогда не совершил бы столь элементарной ошибки! – возмутился я.

– Вы совершили ошибки, когда показались на набережной до и после убийства Дельмонта, – напомнила она.

– А вот и нет, – ответил я. – Будь это так, меня бы уже арестовали. Подозреваю, вы не стали докладывать о своих открытиях начальству.

– Начальству – нет. Другу.

Я едва не расхохотался.

– Старая присказка из детективов. «О, убийца, ты ничего мне не сделаешь, потому что я оставил у адвоката письмо, которое тебя изобличит, если я умру». Я на такое не покупаюсь. Я застрелю вас, затолкаю в «Остин» и увезу отсюда. Свидетели запомнят маленький серый автомобиль, а не меня и мою «Кортину».

– У вас нет ключей, – напомнила она.

– Машина старая, зажигание примитивное, и соединить провода напрямую не составит труда, – усмехнулся я. – Но прежде чем я вас застрелю, позвольте внести ясность: я не имею отношения к смерти вашей подруги. Никакого. Я весь вечер был в гараже, трудился над моей новой машиной. Джимми подтвердил бы это, но ему не придется, потому что меня никто не заподозрит. Я просто хочу, чтобы вы знали – вы собираетесь пожертвовать жизнью впустую. Вы умрете, а настоящий убийца останется на свободе.

В свете ламп из гаража я заметил на ее лице первые признаки колебаний.

– Я вам не верю.

– Верить или не верить – ваше дело. Если не отгоните «Остин», вы умрете и никогда не узнаете наверняка. Уберите его, или я стреляю.

И тут последовал второй для меня шок за этот вечер. Между моим и соседским гаражом пролегала неосвещенная тропинка. И оттуда, с этой тропинки, мужской голос неожиданно произнес:

– Выстрелишь, и я разнесу тебе башку.

Боковым зрением я увидел руку, выступающую из темноты, а в ней пистолет. И опустил ствол.