Чтение онлайн

– Вы меня не знаете, – начала Джейн Теннант. – Зато я все знаю о вас.

Его взору предстала девушка лет двадцати восьми – двадцати девяти. Она была очень привлекательна, хотя и не красавица; немного крупновата, но с прекрасной фигурой; спокойная, однако по натуре общительная. Подобное сочетание трудно описать, хотя и не так трудно проанализировать.

Ее главным достоинством была отличная фигура, но она, похоже, никак не стремилась это подчеркнуть. Глаза у нее тоже были хороши – серые, с точками черных зрачков. Темно-каштановые, коротко подстриженные волосы, крупный рот. Впрочем, в твидовом костюме, коричневых чулках и туфлях на плоской подошве она смотрелась не особенно выигрышно. А дышала так, словно бежала всю дорогу.

Опираясь на трость с загнутой рукоятью, доктор Фелл ринулся приветствовать ее, едва не опрокинув пишущую машинку, свои заметки и пиво. Он с величайшей торжественностью устроил свою гостью в кресле. Потому что ему понравилась Джейн Теннант. Он почувствовал в ней живой ум и способность от души повеселиться, хотя сейчас ей, похоже, было не до веселья.

– Какая радость! – Доктор приветливо улыбался, мысленно все еще в своих заметках. – Радость… Э… не хотите ли кружечку пива?

Он удивился и пришел в восторг, когда она согласилась.

– Доктор Фелл, – произнесла она просто, – с вами случалось такое, чтобы совершенно незнакомый человек пришел и поведал вам свои горести?

Доктор, с присвистом дыша, вернулся к своему креслу.

– И не раз, – ответил он в высшей степени серьезно.

Джейн торопливо заговорила, уставившись в пол:

– Прежде всего, надо сказать, что я знакома с Марджори Уиллс, теперь она Марджори Эллиот. Вы вытащили ее из жуткой истории в деле об отравлении в Содбери-Кросс, и она от вас без ума. А вчера вечером Конни Айртон (это дочка судьи) упомянула, что вы остановились неподалеку и она познакомилась с вами в летнем домике своего отца.

– И что же?

– Так вот, – продолжала девушка, чуть улыбаясь, – вы не против, чтобы совершенно незнакомый вам человек… сделал это прямо сейчас?

Вместо ответа доктор Фелл собрал свои бумаги, перетасовал их и запер в ящике стола. Заодно попытался накрыть пишущую машинку чехлом. Задача попросту неосуществимая, если у кого-то руки-крюки, и даже богохульства здесь редко помогают, и потому все получилось, только когда Джейн Теннант забрала у него чехол и проворными ловкими пальцами защелкнула на нужных местах.

– В один прекрасный день, – пообещал доктор Фелл, – я отлуплю эту скотину и надену ей намордник с первого раза. А пока что я весь внимание.

Но девушка лишь беспомощно смотрела на него, пока секунды складывались в минуты.

– Я не знаю, как начать. Не могу об этом вслух!

– Почему же?

– О, я не совершала преступления, ничего подобного. Речь идет просто о долге. Однако заговорить об этом… боюсь, тут требуется некий душевный стриптиз.

– Попробуйте, – предложил доктор Фелл, – преподнести все как гипотетический случай. Так вам будет легче.

Повисла пауза.

– Хорошо, – кивнула Джейн, глядя в пол. – Некая женщина, назовем ее Икс, влюблена… – Она подняла голову, и в ее взгляде отразилось желание как-то защититься. – Подозреваю, все это звучит глупо и по-детски?

– Нет, ничего подобного, разрази меня гром! – отвечал доктор Фелл с такой неподдельной искренностью, что она вдохнула полной грудью и сделала еще одну попытку.

– Некая женщина, которую мы будем называть Икс, влюблена в адвоката, нет, скажем, просто в мужчину…

– Скажем, в адвоката. Так мы сможем обойтись без алгебры, сохранив при этом анонимность.

И снова он ощутил под ее внешней сдержанностью скрытую искру веселости. Однако она лишь кивнула:

– Как пожелаете. Адвокат, которого мы будем звать Игрек. Но Игрек по уши влюблен – или думает, что по уши влюблен, – в другую, пусть она будет Зет. Зет очень хорошенькая, Икс – нет. Зет очень юная, Икс уже под тридцать. Зет милая, Икс – нет. – Тень пробежала по ее лицу. – Тут ничего страшного. Проблема возникает, когда Зет влюбляется и собирается замуж за человека, которого мы просто обозначим Казанова.

Доктор Фелл с серьезным видом склонил голову.

– В этом и беда. Теперь Икс уверена, что Игрек вовсе не влюблен в маленькую блондиночку, и никогда не был. Ему не нужна такая девушка. Икс убеждена и готова поклясться, что если маленькая блондинка выйдет за Казанову, то Игрек забудет о ней через месяц. Она выпадет из его жизни. И гипноз рассеется. Тогда, возможно, Игрек увидит…

– Я понял, – заверил доктор Фелл.

– Спасибо. – Ей было физически больно рассказывать эту историю; теперь же напряжение, казалось, отпустило ее. – Следовательно, Икс должна всячески приветствовать этот брак. Она должна с нетерпением ждать, когда же счастливая пара отправится уже под венец и на брачное ложе. Разве не так?

– Так.

– Так. И тогда Фре… тогда Игрек увидит наконец, что есть кто-то еще, кто очень любит его. Даже обожает. Кто будет счастлив просто сидеть рядом и слушать его. Кто… ладно, достаточно!

И снова доктор Фелл склонил голову набок.

– К несчастью, – продолжала Джейн, – Икс кое-что известно о человеке по имени Казанова. Так получилось, она знает, что он грязный негодяй, которого необходимо вывести на чистую воду. Так получилось, она знает, что он низкий жиголо, замешанный в безобразном скандале в Райгете пять лет назад. Ей все это достоверно известно, потому что она знакома с делом изнутри, с фактами, не всплывшими на суде, которые заставят любую девушку, пусть даже совсем потерявшую голову от любви, открыть глаза.

Человек габаритов доктора Фелла едва ли способен вздрогнуть так, чтобы толчок не зафиксировали сейсмографы. Однако же ему это почти удалось, когда он услышал о Райгетском деле. Его лицо раскраснелось сильнее, и он так засопел в свои разбойничьи усы, что затрепетала черная лента пенсне.

Но Джейн не смотрела на него.

– Боюсь, я больше не могу притворяться со всей этой алгеброй, – произнесла она. – Вы не были бы Гидеоном Феллом, если бы не догадались, что Икс – это я, Игрек – Фред Барлоу, Зет – Конни Айртон, а Казанова – это Антонио Морелли, он же Энтони Морелл.

Последовало долгое молчание, нарушаемое лишь сиплым дыханием доктора Фелла.

– Вопрос в том, – пробормотала Джейн, – как я должна поступить? Я знаю, что мужчины считают всех женщин хищницами из джунглей. Вы уверены, что каждая из нас так и ждет момента, чтобы разорвать соперницу в клочья. Но это неправда. Я люблю Конни. Очень люблю. И если я позволю ей выйти за этого… этого…

Но, предположим, я расскажу ей правду и приведу Синтию Ли, чтобы та все подтвердила? Не важно, поверит мне Конни или нет, но она наверняка возненавидит меня. И Фред Барлоу, скорее всего, возненавидит тоже. И из одной лишь жалости сблизится с ней. Я, разумеется, могу рассказать все по секрету судье, но тогда это будет чистейшей воды донос, и у Фреда он вызовет все то же отторжение. С того момента, как они приехали ко мне в гости в прошлую среду и я узнала «Тони Морелла», я ломаю голову в попытке найти выход. Мне не хочется использовать вас как департамент тетушки Эстер для помощи безнадежно влюбленным, однако что еще остается?