Чтение онлайн

– Так и есть. И что тут такого странного?

– Ну…

– Почему же это странно, мистер Эпплби? Кажется, три тысячи фунтов можно считать вполне щедрым подарком?

– Да я и не спорю. Я только… Ладно, оставим это! – Поверенный отмахнулся и рукой в перчатке стряхнул с пальто несуществующую соринку.

– Больше он ничего не сказал?

– Ничего. А теперь могу я задать вопрос в интересах моего покойного клиента? Есть у вас соображения, кто его убил? Что именно здесь произошло? Мне кажется, я имею право это знать.

Инспектор Грэм внимательно поглядел на него:

– Ну, сэр, мы надеялись, вы сможете помочь нам с этим.

– Я? Каким образом?

– Но вы же были хорошо знакомы с убитым, и все такое. Вы ведь действительно, насколько я понимаю, знали его довольно близко?

– Да, в каком-то смысле.

– Он не был ограблен, – подчеркнул Грэм. – Это точно, если уж неточно все остальное. Не было ли у него, к примеру, врагов?

Эпплби замялся:

– Да, были. Я ничего не могу сказать вам о его личной жизни. Но у него имелась пара недоброжелателей в бизнесе. – Как ни удивительно, Эпплби, похоже, решил заострить внимание на этом моменте. Извинившись, он положил свой портфель и шляпу-котелок на шахматный столик и запустил руки в карманы пальто.

– Надо сказать, что в характере бедняги причудливо сплетались противоречивые черты, – продолжал он. – Он умел быть весьма щедрым. Достаточно взглянуть на эти деньги. Но если ему казалось, что кто-то отнесся к нему с пренебрежением, чем-то оскорбил его, он принимался вынашивать самые что ни на есть замысловатые, поистине макиавеллиевские планы, чтобы поквитаться. – Эпплби бросил взгляд на судью. – Вам, конечно же, такое знакомо, сэр.

– Почему это мне должно быть такое знакомо?

Эпплби рассмеялся:

– Не поймите меня неправильно. Ничего личного! В конце концов, подобный подарок для мисс Айртон вряд ли похож на оскорбление. – Он поглядел многозначительно. – Нет, я имею в виду, вы же понимаете подобный образ мысли, ведь у вас богатейший судебный опыт.

– Возможно.

– К тому же в делах он был напорист. А лет пять назад он пережил крайне неудачный роман…

– Вы имеете в виду случай, – прервал инспектор Грэм, – когда он пытался шантажировать молодую леди и она стреляла в него?

Эпплби, кажется, был ошеломлен. Но отвечал мягко:

– В защиту молодого джентльмена тоже было что сказать, между прочим.

– Этого я не слышал, – отчеканил Грэм. – Вы же не думаете, что молодая леди до сих пор зла на него?

– Мне почти ничего не известно о том деле. Это уж по вашей части, инспектор.

– А что с этими враждебно настроенными конкурентами мистера Морелла?

– Вы должны простить мое нежелание на кого-либо доносить, – решительно проговорил Эпплби. – Если вы просмотрите его деловые бумаги, а вы, вероятно, просмотрите их, то найдете имена и факты, которые сможете толковать по своему усмотрению. Это все, что я могу вам сказать.

Грэм волновался все сильнее и сильнее, словно каждый новый участник этого дела, каждая новая ситуация превращались в очередного обмазанного жиром поросенка у него в руках, которого он никак не может удержать.

– Вам было известно, что он едет сюда сегодня вечером, сэр. Вы не знаете, говорил он об этом кому-нибудь еще?

– Не могу знать. Вполне возможно, что и говорил. Мистер Морелл был не из скрытных, если только не задумывал какой-нибудь подвох.

– Прошу, напрягите память, сэр. Может, вам известно что-нибудь еще, что угодно, способное нам помочь?

Эпплби принял задумчивый вид:

– Нет, сомневаюсь. Когда он уходил из моей конторы, я сказал: «Если мы оба должны быть там вечером, почему бы сразу не поехать вместе? Давайте я подвезу вас на своем автомобиле». Он ответил: «Нет. Я хочу повидаться с мистером Айртоном до того, как появитесь вы. Я поеду поездом в шестнадцать ноль пять, и тогда в Тонише буду ровно в восемь. Может, даже встречу судью прямо в поезде. Он говорил, что собирается сегодня в Лондон». Это может быть вам полезно?

Грэм развернулся к судье:

– Вот как? Вы были сегодня в Лондоне, сэр?

– Да.

– Могу я узнать, чем вы там занимались?

Тень усталого раздражения пробежала по широкому гладкому лбу судьи Айртона.

– Обычно я бываю в Лондоне каждую субботу, инспектор.

– Да, сэр, но…

– Да будь оно неладно! Я сделал кое-какие покупки и заглянул в свой клуб. Однако не имел удовольствия видеть мистера Морелла в поезде. Мой старый друг сэр Чарльз Хоули пригласил меня на ранний ланч. После чего я сел на поезд до Тониша в четырнадцать пятнадцать, а затем доехал до дома от станции на такси.

Глубоко вздохнув, Грэм снова сосредоточил внимание на поверенном Морелла:

– Всего одно уточнение, мистер Эпплби. Этот револьвер на столе, рядом с вашим портфелем, – вам когда-нибудь доводилось видеть его раньше? Да, можете взять в руки, если угодно.

Эпплби отнесся к этому вопросу со своей обычной дотошностью. Он взял оружие руками в перчатках, встал прямо под люстрой и повертел револьвер из стороны в сторону.

– Нет, не могу утверждать наверняка. Но ведь подобные штуковины похожи друг на друга. – Он присмотрелся. – Номер, как я вижу, спилен. Судя по всему, довольно давно.

– Да, сэр, – сухо подтвердил Грэм. – Мы тоже это заметили. Но могло оружие принадлежать мистеру Мореллу?

Эпплби как будто встревожился:

– Что за странная мысль! Конечно, я не знаю точно, но сомневаюсь. Он терпеть не мог огнестрельное оружие. Он…

– Стойте, сэр! – резко прервал его Грэм.

Стряпчий, темная оправа которого сверкала под люстрой на четыре рожка, вздрогнул и застыл, вздернув одно плечо выше другого. На его лице отразилось изумление, за которым крылась какая-то иная эмоция.

Но в тоне Грэма не было ничего угрожающего. Когда «Ив-Гран» 32-го калибра оказался на свету, взгляд Грэма упал на что-то, чего он не замечал раньше. Инспектор взял оружие из рук Эпплби и внимательно осмотрел. Сбоку, прямо под барабаном для патронов, кто-то нацарапал на стали маленький значок, похожий на крест: горизонтальная перекладина покороче, вертикальная – подлиннее.

– Похоже на распятие, – решил он. – Может нам пригодиться.

– Или, – безмятежно вставил судья Айртон, – не пригодиться.