Чтение онлайн

– Нет, спасибо, – ответила Агата, чувствуя себя по-дурацки. Откуда она могла знать, что Симпсонам не нравятся гномы?

Она зашла в чайную, которая находилась сбоку от основного зала, и обнаружила, что миссис Блоксби помогает миссис Мейсон.

– С возвращением, – закричала миссис Блоксби. – Что вам подать?

– Я не обедала, – сказала Агата. – Поэтому возьму парочку корнуоллских пирожков и чашку чая. Вы, вероятно, пекли всю ночь.

– О, это не все я. Когда у нас проводится такое большое мероприятие, мы все разделяем обязанности. Мы печем, затем складываем выпечку в морозильник. Вон он там стоит. В день мероприятия мы просто размораживаем все в микроволновке.

Агата, взяв тарелку с выпечкой и чашку чая, уселась за один из длинных столов. Фермер Джимми Пейдж присоединился к ней и представил свою жену. Подходили разные люди. Вскоре Агату уже окружала целая группа, и все что-то говорили.

– В любом случае вы все равно вскоре об этом узнаете. Я выставляю свой дом на продажу, – объявила Агата.

– Как жаль, – сказал мистер Пейдж. – Снова переедете в Лондон?

– Да. Собираюсь опять запустить бизнес.

– Думаю, у нас здесь все по-другому и непривычно для вас, миссис Рейзин, – заметила его жена. – Один раз я туда ездила и чувствовала себя такой одинокой. В больших городах люди сами по себе. Но у вас все иначе. Наверное, у вас там много друзей.

– Да, – соврала Агата, грустно подумав о том, что ее единственный друг – Рой, да и он им стал только после того, как она перебралась в Котсуолдс.

Все еще стояла жара. Агате было лень думать о том, что делать дальше, и поэтому она как-то незаметно для себя приняла приглашение Джимми Пейджа поехать к нему на ферму вместе с группой других соседей. Ферма стояла на возвышенности над деревней. Оказавшись там, они все устроились на улице, пили сидр и лениво болтали о том, какая стоит жаркая погода, вспоминали годы, когда лето было таким же жарким, как это. Разговоры продолжались до тех пор, пока солнце не начало клониться к закату. Кто-то предложил перебраться в паб «Рыжий лев», и они так и сделали.

Позднее, возвращаясь домой пешком, слегка пьяная Агата отбросила одолевавшие ее сомнения о продаже дома. После наступления зимы все в Карсли будет выглядеть по-другому – унылая деревенька, отрезанная от мира. Она все сделала правильно. Но Джимми Пейдж сказал, что ее дом был построен в семнадцатом веке, и это настоящая старина, если не считать пристройку. Никакой фальсификации!

Дома Агата сбросила обувь и потянула руку к выключателю. В это мгновение зажглись яркие, даже ослепительные лампы перед домом. Агата замерла на месте. Послышались тихие шаги, словно кто-то украдкой отходил от входа. Ей требовалось только резко распахнуть дверь и посмотреть, кто это был. Но Агата не могла пошевелиться. Она чувствовала, что там снаружи находится что-то мрачное и зловещее. Это не могли быть дети. Юное поколение в Карсли ложилось спать как в старые добрые времена, даже в выходные и праздники.

Агата опустилась на пол и сидела, прислонившись к стене и напряженно прислушиваясь. Вскоре сигнальные огни выключились, и дом опять погрузился во тьму.

Она долго сидела на полу, затем медленно поднялась, зажгла свет во всем доме – переходила из комнаты в комнату, пока не включила все лампы, как делала раньше, когда пугалась.

Агата задумалась, не позвонить ли ей миссис Блоксби. Вероятно, к ее дому прокрался кто-то из подростков, живущих в деревне, или один из соседей выгуливал собаку. Постепенно страх ушел, но когда Агата отправилась спать, она оставила свет включенным во всем доме.

Утром она почувствовала воодушевление и оптимизм при виде огромного грузового фургона перед «Нью-Дели» и грузчиков за работой. Очевидно, миссис Барр не волновало, в какой день переезжать, можно и в священный день отдохновения. Сама Агата задумалась, идти ей в церковь или нет, но тут зазвонил телефон. Это был Рой.

– У меня есть для вас сюрприз, дорогая.

Агата почувствовала внезапный прилив надежды.

– Ты решил уйти из «Педманс»?

– Нет, я купил машину, «Моррис-Майнор». Очень дешево взял. Я хотел бы приехать к вам вместе с девушкой.

– С девушкой? У тебя же нет никакой девушки!

– Теперь есть. Мы можем приехать?

– Конечно. Как ее зовут?

– Трейси Баттеруорт.

– Чем она занимается?

– Одна из машинисток в машинописном бюро в «Педманс».

– Когда вы сюда приедете?

– Выезжаем прямо сейчас. Где-то через полтора часа, если не будет пробок. Может, два.

Повесив трубку, Агата заглянула в холодильник. У нее даже молока не было. Она отправилась в супермаркет в Стоу-он-Уолд, который работал и по воскресеньям, купила молоко, листья салата и помидоры, а также фарш и картофель для пастушьей запеканки, репчатый лук и морковь, горох, замороженный яблочный пирог и мороженое.

После ее возвращения никакой уборки не требовалось. Дорис заходила, пока Агата находилась в Лондоне, и дом был в безупречном состоянии. Когда она въезжала назад в Карсли, грузовой фургон проехал мимо, за ним следовала миссис Барр на своей машине. Агата подумала, что погрузка, похоже, шла с шести утра, и отметила про себя название фирмы, занимающейся грузоперевозками.

Добравшись до дома, она выложила все покупки, нашла ножницы, пробралась сквозь живую изгородь в сад позади дома миссис Барр и обрезала несколько цветов, чтобы украсить свои комнаты.

Агата расставила цветы и начала готовить пастушью запеканку, думая о том, что нужно что-то сделать с садом. Если она посадит много луковиц, то сад преобразится весной, но, конечно, ее в Карсли весной уже не будет.

Она все еще не имела большого кулинарного опыта, поэтому приготовление даже простой пастушьей запеканки заняло довольно много времени, и Агата только ставила ее в духовку, когда услышала, как подъехала машина.

Трейси Баттеруорт оказалась именно такой, как ожидала Агата: худой и бледной, с ослабленными каштановыми волосами. Она была одета в белый хлопчатобумажный костюм и розовую блузку с оборочками, белые туфли на очень высоком каблуке. Девушка вяло пожала руку Агате и сказала робким шепотом:

– Рада познакомиться с вами. – После этого она преданно посмотрела на Роя.

– Я увидел грузовой фургон перед домом этой ужасной женщины, – сообщил Рой.

– Что?! – воскликнула Агата, бросая страдальческий взгляд на вазы с цветами. – Я думала, что она уже уехала.

– Расслабьтесь. Кто-то въезжает в дом, а не уезжает из него. Скажи что-нибудь, Трейси. Она тебя не съест.

– У вас очень милый дом, – выдала Трейси и промокнула лоб маленьким носовым платочком, обшитым по краям кружевами.

– Сейчас слишком жарко, чтобы надевать костюм, – заметила Агата. Трейси поморщилась, и Агата по-доброму добавила: – Вы одеты очень модно и красиво и прекрасно выглядите. Но чувствуйте себя как дома. Сбросьте обувь, снимите пиджак.

Трейси нервно посмотрела на Роя.

– Делай, как она говорит, – приказал он.

У Трейси были очень длинные тонкие ступни, которыми она начала смущенно шевелить после того, как сняла туфли. «Бедная девочка, – подумала Агата. – Он женится на ней и превратит ее в бессловесную домохозяйку где-нибудь в Эссексе. У них родятся двое детей, Николас и Дафна, их отправят в самую дешевую частную среднюю школу, они купят дом в каком-нибудь шикарном закрытом микрорайоне под названием “Плодородный уголок” или что-то в этом роде. Подставки под столовые приборы из Коста-Бравы, занавески с рюшами, джакузи, огромный телевизор, скука, выход по субботам в какой-нибудь придорожный ресторан, чтобы съесть запеченную курицу, запивая ее божоле-нуво, и взять на десерт торт “Черный лес”. Да, это будет Эссекс, а не Котсуолдс. Рою захочется быть с подобными ему людьми. Он изменится, начнет заниматься тяжелой атлетикой и сквошем, будет гулять, приложив к уху портативный телефон, и громко разговаривать по нему в ресторанах».