Чтение онлайн

– У меня сломался телефон, куда обратиться?

– На телефонный узел, - приветливо, ответила служащая.

– Не знаю, какой у меня...

– Назовите первые три цифры.

– 151.

Девушка помолчала и сообщила:

– Записывайте.

Обрадовавшись, что начальная часть операции прошла успешно, я, потратив почти целый час, дозвонилась до телефонного узла, узнала адрес и отправилась в Москву.

Прикинувшись злостной должницей, в которой проснулась совесть, я уточнила, где находится отдел расчетов, и поднялась на третий этаж. Довольно пожилая женщина, одетая в простую кофту из марлевки, устало спросила:

– В чем проблема?

В комнате стояла дикая духота, и я почувствовала, как по спине потекла струйка пота.

– Понимаете, я разыскиваю одного человека, знаю его телефон, а адрес нет.

– Ну и при чем тут я?
– вздохнула служащая.

– У вас есть адреса абонентов?

– Ступайте в Мосгорсправку.

– Так он Иванов Николай Петрович...

– Идите в милицию!

– Меня оттуда уже выгнали, - грустно сказала я.

– Ничем помочь не могу, - отрезала женщина, - тут не адресное бюро, и потом, я не имею права давать такую информацию. Представляете, что начнется, если каждый сотрудник телефонного узла...

Я повернулась к двери и пробормотала:

– Все, теперь только из окна осталось прыгнуть!

– Подождите, - испугалась телефонистка, - что случилось?

Старательно удерживая на лице выражение измученного кролика, я начала сочинять историю.

Познакомилась с мужчиной в метро, то да се, возник роман. Целых два месяца не расставались, а вчера любовник прибежал ко мне на работу и попросил до вечера шестьдесят тысяч рублей, я сижу на кассе в ГУМе. Ну я и дала ему, что просил, а он к концу смены не явился. Спасибо, заведующая, добрая тетка, не стала поднимать шума. Недостачу покрыли всем коллективом, просто сложились, но я должна до понедельника вернуть деньги. Любимый мужчина как в воду канул, наверное, попал под машину или заболел... Адреса я не знаю, только телефон, встречались мы всегда исключительно на моей территории... Последняя надежда была у меня на телефонный узел, ну попробуйте найти в Москве Иванова Николая Петровича без информации о годе рождения и примерном месте проживания? Дадут список из двухсот человек, жизни не хватит всех объехать!

Честно говоря, история хромала на обе ноги и была не слишком логична, но служащая тяжело вздохнула и включила компьютер.

– Дуры мы, бабы, - пробормотала она, открывая нужный файл.
– Учит нас, учит жизнь, а все зря! Шестьдесят тысяч! Зарплата-то у тебя сколько?

– Две с половиной!

– Охо-хо, - вздохнула тетка, - ну пиши: "Ратниковский проезд, д. 24, кв. 129". Только, сдается, твоя любовь немного правды рассказала. Телефончик-то зарегистрирован на владелицу квартиры Комарову Маргариту Семеновну, 1970 года рождения. Уж извини, коли расстроила.

– Спасибо, большое спасибо, - бормотала я, пятясь в коридор, - мне бы только денежки назад получить, а потом выгоню гада взашей.

– Правильно мыслишы, - отозвалась служащая.
– Да в другой раз соображение имей, на улице не знакомься.

– Не буду, - пообещала я и, перепрыгивая через ступеньки, понеслась вниз.

Ратниковский проезд оказался в двух шагах, надо было лишь пересечь большую площадь, на которой вольготно раскинулсяоптовый рынок.

Проходя между рядами, я с тоской оглядывала горы продуктов, лежащих на самом солнцепеке. К сожалению, я не принадлежу к самым обеспеченным слоям общества. Я - так называемый российский средний класс, то есть человек, живущий в месяц на фиксированную сумму и собирающий деньги на отдых и ремонт квартиры. Вроде бы для таких людей и созданы оптушки, дающие возможность купить продукты на пару рублей дешевле.

Но сколько раз я сталкивалась с обманом! Килограмм сыра, купленный у бойкой хохлушки, всегда весил восемьсот граммов, свеженькие, приятно пахнущие сосисочки угрожающе зеленели, лишь только я вытаскивала их на кухонный стол, в пачке чая обнаруживалась мелкая коричневая труха, менее всего напоминавшая благородный лист, а собачий корм неаппетитной кучкой лежал в мисках. Животные не люди и есть пакость никогда не станут. Поэтому теперь я делаю покупки только в супермаркетах и, хотя переплачиваю за товар, все равно оказываюсь в выигрыше.

Но людей, посещающих огпушку, много, и я пробиралась сквозь густую толпу, старательно отворачиваясь от рыбных палаток, издававших нестерпимую вонь.

Дом 24 стоял последним - большая кирпичная башня с огромными лоджиями. Здание резко выделялось на фоне других: серых, блочных, унылых.

Подъезд щетинился домофоном. Я набрала сначала 29, потом 029, затем 129, но никакого ответа не последовало. По счастью, дверь вдруг открылась, и из нее вышел приятный молодой человек. Обрадовавшись, я проскользнула внутрь и налетела на лифтершу.

– Минуточку, - грозно рявкнула она, - вы к кому?

– В 129-ю.

– И кто нужен?

– Комарова Маргарита Семеновна,

– Адрес где взяли?

– Послушай, - вышла я из себя, - тебе анализ крови не нужен? Не стесняйся, проси. Схожу в поликлинику и принесу.

– Я выполняю постановление общего собрания жильцов, - рявкнула консьержка, - никто не хочет, чтобы по этажам бомжи шлялись и коробейники!

– Интересное дело, я же сказала, в 129-ю, к Комаровой!

– Рита вместе с мужем уже два месяца как уехали на работу в Африку, спокойно объяснила дежурная, - муж у нее шофером при посольстве служит, а она медсестрой. Квартиру сдали иностранцам, супружеской паре из Германии, очень приятные, аккуратные люди, но по-нашему ни бельмеса. Я им "Здравствуйте", а они мне "Гутен морген", вот и весь разговор. Так что опоздала ты, милая, в гости!

– Надо же, - пробормотала я, - давно не созванивались, а тут шла мимо, дай, думаю, загляну.

– Придется тебе идти дальше, - заявила вредная бабка и, увидев, что в подъезд проникает группа парней, сразу потеряла ко мне интерес.

– Эй, эй, вы куда?

Я вышла на улицу и в растерянности села на скамейку. Все. Конец.

ГЛАВА 29

На дачу я приехала полубольная, даже фруктов не купила детям. Никогда еще до сих пор в моей жизни не было такой сокрушительной неудачи. Сейчас быстро приму душ, смою с себя городскую пыль, лягу в гамак, который Кирюшка предусмотрительно повесил в приятной тени, и попробую слегка раскинуть мозгами.

– Ну, - пробормотала я, входя на террасу, - что произошло? Отчего все дома с кислыми лицами?

– У нас несчастье, - вздохнул Кирюшка.

– Жуткая беда, - всхлипнула Лизавета.

– Катастрофа, катастрофа, - словно хорист, сопровождающий постановку греческой трагедии, запричитал Костик, - катастрофа, катастрофа...

Я окинула компанию быстрым взглядом. Дети странный народ. Упадут с велосипеда, собьют ноги до костей и весело пьют чай, оставляя на полу кровавые капли, но потеря фантика от жвачки может заставить их прорыдать больше часа.

– И что же случилось?

– Там, - всхлипнул Костя, - в коробке из-под ботинок, в углу.

Ничего не понимая, я сняла крышку и ахнула:

– Господи, как это вышло?

На розовом посудном полотенце лежал кролик Яшка, вернее то, что осталось от несчастного грызуна.

Генерал Рябов не слишком-то любит домашних животных, поэтому у его детей никогда не было собак, кошек, черепашек или хомячков. Но несколько лет тому назад кто-то подарил Костику белого ангорского кролика, хорошенького и умильного. И тут с бравым воякой что-то приключилось. Стоило один раз услышать, как он, шинкуя капусту на кухне, ругается: "Ну купили кочан! Жесткий и совсем не сочный, Яшеньке не понравится. Нет, из этой капусты пусть Татьяна Ивановна нам щи сварит, а я кролику лучше киви дам", - и становилось понятно: Яша занял в сердце старика то место, которое не удалось заполнить ни сыну, ни невестке, ни внуку. К слову сказать, кролик был очень умненький, ходил по даче, как кошка, и на ночь забирался в свою клетку.