Чтение онлайн

Он явно очень любит свою сестру и её ещё нерождённого ребёнка. Любит по-настоящему — мягко и трогательно, несмотря на весь свой суровый вид.

У Мужчины-волка внутри всё-таки есть нежная сердцевина.

Я наблюдаю, как Джакс переходит в следующий ряд, берёт коробку, понимает, что это молокоотсос, и поспешно ставит её обратно на полку. Заметив, что я смотрю на него поверх ряда плюшевых слонов, он смущённо пожимает плечами.

— Наверное, не самый подходящий подарок от брата для сестры?

— Скорее всего, нет.

Он начинает разглядывать кремы для сосков, вкладыши для кормления и пакеты для грудного молока.

— Я и не представлял, что для рождения ребёнка нужно столько… всего. У меня уже голова кругом от того, сколько нового я узнал за этот день.

— Мы только начали, Грейнджер.

Он тихо присвистывает, проходя дальше по ряду. Я всё ещё смотрю на его широкую, мускулистую спину и улыбаюсь, когда вдруг вокруг меня раздаётся пронзительный гнусавый голос.

— О боже мой. Неужели это Холли Грин!

Я резко оборачиваюсь и вижу, как ко мне несётся призрак школьных злых девчонок прошлого, раскинув руки так, будто собирается вцепиться в меня когтями.

— Сабрина Вилер, — выдыхаю я жалобно, словно олень, ослеплённый фарами.

Она останавливается прямо передо мной — идеальные рыжевато-каштановые локоны, идеальный маникюр, идеальный макияж.

— Макферсон, вообще-то, — отвечает она с притворной скромностью. — Да, мы с Грантом женаты.

Я смотрю на неё, не сразу понимая.

— Грант Макферсон. Наш основной квотербек.

Она произносит «наш» так, словно нам всё ещё по семнадцать, и она всё ещё чирлидерша, кокетливо хлопающая ресницами перед спортсменами за лучшим столиком в школьной столовой.

— Точно, — слабо говорю я, внезапно чувствуя, будто время не прошло и я всё ещё та тихая серенькая девочка, которая читает книгу в углу во время обеда. Скромная фиалка рядом с пышным букетом роз — королевой выпускного бала Сабриной.

Она явно неправильно понимает мой взгляд, полный воспоминаний, и похлопывает себя по круглому животу.

— Двое детей, — сообщает она беспечно. — Третий на подходе.

— Поздравляю.

— А ты? Кто тот счастливчик? — она хватает мою левую руку и тянет её к себе, будто я марионетка. — Кольца нет? Ты разведена? — она понижает голос, словно слово «разведена» — неприличное ругательство, и её глаза становятся узкими и цепкими.

Сабрина Вилер, похоже, ни капли не изменилась со школьных времён — к счастью, это был последний раз, когда я её видела. Тогда она была высокомерной и злой. Похоже, такой же осталась и сейчас.

— Нет-нет, не разведена. Просто старая добрая незамужняя, — легко отвечаю я, неловко оглядываясь.

Джакс стоит в конце соседнего ряда и рассматривает трёхколёсный велосипед. Я молюсь, чтобы он не слышал нашего разговора.

— Правда? — голубые глаза Сабрины становятся огромными, когда она отпускает мою руку и снова кладёт ладони на живот. — Так ты… в положении? Без мужа?

На слове «муж» её голос подскакивает на целую октаву — надо признать, диапазон у неё впечатляющий. Я стараюсь не морщиться от её старомодного выражения «в положении» вместо нормального «беременна».

— Нет, я покупаю подарок для подруги.

— А-а.

Сабрина выглядит искренне разочарованной тем, что я не беременна вне брака. Видимо, это была бы отличная история для её группового чата с бывшими школьными «звёздами», которые до сих пор живут воспоминаниями о былой славе.

— Всё равно не могу поверить. Холли Грин собственной персоной. Всё та же Холли Грин, — она смеётся своим гнусавым смехом, от которого у неё даже свистят ноздри. — Какой у тебя был титул в выпускном альбоме? «Та, от которой меньше всего ждут чего-нибудь интересного в жизни»?

Либо у этой женщины память как у слона, либо она до сих пор перечитывает наш школьный альбом ради развлечения. Я бы поставила деньги на второе.

— Эм… что-то вроде того.

— С ума сойти! — почти визжит она. — Забавно, как всё меняется. Потому что я вот совсем не ожидала, что ты будешь одинокой и бездетной, а я окажусь той скучной, осевшей домохозяйкой.

Ещё забавнее, как некоторые люди никогда не меняются…

Я только собираюсь придумать, что ответить, когда вдруг чувствую тёплое давление у себя на спине. Руку, обвивающую мои плечи и притягивающую меня ближе. Моё удивление только возрастает, когда губы касаются макушки.

Что за…

— Не знаю, как ты, а я уже порядком устал от шопинга.

Этот глубокий, знакомый голос, который я уже так хорошо знаю — и который спасал меня уже не один, а целых три раза, — мгновенно успокаивает мои расшатанные нервы.

— Думаю, возьмём вот эти пелёнки и ту деревянную головоломку «Melissa & Doug» с фермерскими животными, а потом зайдём за сырной тарелкой и бутылкой кьянти в тот милый итальянский ресторанчик за… о, привет.

Джакс вдруг обращается к Сабрине так, будто только что её заметил. Я замечаю в его голосе фальшивую, нарочито бархатную сладость.

— Прости, милая. Я не понял, что ты разговариваешь. Не хотел прерывать.

Я стою с открытым ртом и смотрю на Джакса, который в этот момент смотрит на меня так, будто я подвесила луну на небо.

— Я… э-э…

— Я Джакс, — он протягивает Сабрине руку с широкой улыбкой.

— Сабрина, — отвечает она томно, глядя на него сияющими глазами и поправляя волосы свободной рукой.

— Это Джакс, — тупо повторяю я, пытаясь понять, что вообще происходит. — Мы с Сабриной вместе учились в школе. А Джакс — мой др…

— Её парень, — быстро перебивает меня Джакс.

Затем закатывает глаза в сторону Сабрины так, словно они лучшие подруги, которые любят посплетничать, заплетая друг другу косички.

— Что бы я ни делал, никак не могу заставить её назвать наши отношения как-нибудь определённо. А я всего лишь хочу жениться на ней и завести с ней ребёнка, а она всё: нет, я не готова, мне ещё столько нужно успеть в жизни, столько приключений впереди.

Сабрина энергично кивает, будто зачарована его совершенно абсурдной «музыкой».