Спорим?
Шрифт:
– Света – охотница до денег и статуса. – чеканит зло Сергей, от него начинает исходить неприятный холодок. – И из тебя она делает марионетку. Сначала замуж за Мотю, потом в любовницы к старому депутату. Вот, что тебя ждёт. Лично мне даром не сдался кошелёк Сохновых. Наше предприятие работает и без него прекрасно.
– А как же продвижение папы по карьерной лестнице? – От моего «папы» у Сергея начинает дёргаться глаз.
– Переигрываешь. – отмечает он. – Я просто не хочу, чтобы тебя под кого-то подкладывали. Можешь не переживать, я обеспечу тебя всем необходимым, оплачу жильё и университет. Тебе не придётся зависеть от матери.
Я опускаю комментарий, что могу обеспечить себя сама всем необходимым. Мне не нужно шмотьё, украшения, роскошь и богатство. Я минималист. Тем более, мне не нужно помогать в деньгах на обучение и жильё. Могу заработать своей головой, руками и ногами. Пусть, может не в лучшем вузе и не в престижном районе… зато не содержанка. Вместо этого лукаво интересуюсь:
– А что взамен, Серёжа? Сосать не Мотин член, а твой? Он как-то лучше? Красивее? Вкуснее?
Сводный покрывается багровыми пятнами. Открывает рот и тут же захлопывает с диким стуком. Я даже пугаюсь, что у него выпадут зубы после такого столкновения челюстей. Он напоминает волчару, которому прищемили хвост капканом.
– Попробуешь на вкус, узнаешь. – его голос меняется до неузнаваемости. Он флиртует? Со мной? Сергей?
– Не могу, это будет инцест. – надуваю сладко губки и томно вздыхаю. Врываюсь в игру, не отдавая отчёт последствиям. Хочу унизить его, отыграться за все годы.
– Между нами нет кровной связи. – хрипло повторяет он и мне кажется, что он облизывает губы. – Я не брат тебе, ты мне не сестра.
– Но я же считаю тебя братиком и всегда считала. – наматываю волосы на палец и наклоняю немного голову. Сергей как гипнотизированный следит за моими движениями. – Ты большой и сильный братик, готовый всегда защитить меня.
Тяжёлое дыхание сводного брата говорит само за себя. Он уже фантазирует обо мне, так и видит, как я раздвину перед ним ноги. Совсем поплыл после бала в честь назначения отчима.
Мы бы так и продолжили игру, если бы мой телефон не зазвонил. Ярослав настойчиво хотел меня слышать, может быть чувствует Гад, что я тут другого соблазняю?
Я бы не подняла, если бы не хотелось позлить Сергея – великого покровителя сводных сестёр.
– Да. – отвечаю ему холодно, максимально сухо.
– Как ты? – максимально мягко, в противовес моему грубому тону спрашивает Годзилла. На задней фоне у Ярослава играла музыка. Он был скорее всего в своём баре.
– Прекрасно. Вот разбираю с Сергеем, чей член вкуснее: его или Мотин. – прикусываю нижнюю губу от смеха. Клянусь, волосы сводного начали отдавать серебряным цветом. Он седел на глазах.
Пауза. Вздох. И тихое рычание:
– Я оторву обоим их детородные органы и засуну в глотки, если они хотя бы подумают достать их при тебе. А тебя, Ва-си-ли-сА-А, я отшлёпаю за неприличные игры. – Злорадная улыбка на моём лицо постепенно меняется на нервную. Начинаю грызть губу, представляя, как Годзилла кастрирует моих неудачливых ухажёров. Этот может.
– Ага. – мямлю в трубку, не поднимая глаз. Почему-то смущаюсь такой реакции. Вспоминаю поцелуй с Мотей и мне становится стыдно перед ним.
– Этот гандон всё ещё в твоей комнате? – рявкает Яр, и чтобы не оглохнуть, убираю телефон от уха.
– Не твоё дело. Пока. – сбрасываю вызов и выключаю на телефоне звук. Лицо пылает как ворох углей в камине.
– А говоришь, между Вами ничего нет. – заключает Сергей, цокая языком. – Кого попало не шлёпают по заднице.
– Думайте что хотите. – огрызаюсь и выпроваживаю Сводного из комнаты. Устроили тут проходной двор. – Моя личная жизнь никого не касается!
Да что же такое. Нужно позвонить Мишель. Мне срочно нужно с ней поговорить.
Телефон разрывается от звонков Ярослава, я сбрасываю его и забрасываю контакт в чёрный список. Не хочу говорить с ним, а главное, почему-то не могу. Каждое его слово вызывает во мне странную истому и животных страх. Годзилла умудряется пробивать мою броню и задевать за живое.
Мишель не отвечает на мой вызов, лишь сбрасывает сообщение: «Завтра буду у тебя. Целую. Мишель.»
ХХХ
На следующее утро я помчала в аэропорт встречать Мишель. Мне не удалось и глаза сомкнуть за ночь, я бесконечно прокручивала в голове произошедшее. У меня никогда не было парня, а тут уже трое хотели залезть мне под юбку. Это нервировало меня, я должна была срочно обсудить всё с подругой.
– Миша! – закричала я на всё Шереметьево, когда увидела подругу и наставницу. Моя дорогая Мишель в узких джинсах и топе вышагивала от бедра, сводя с ума всех мужчин в округе. Миша умела соблазнять. Она была роковой красавицей и обольстительницей.
Мы крепко обнялись при встрече, сжимая друг друга и не зная счастья. Родственные души, так я считала. Нашли друг друга в нужный момент, чтобы спасти от окружающего нас ада.
– Я должна срочно тебе всё рассказать иначе сойду с ума! – трясу её за плечи и прямо без приветствия начинаю выливать на неё события вчерашнего дня. Я, итак, всю ночь не могла ни с кем поделиться. – Ты представляешь! Так и сказал! Заявляю свои права!
– Тот самый Ярослав? – подруга улыбается, смотрит на меня немного наклонив голову в бок.
– Что значит тот самый? Он же может пустить всё под откос! – издаю стон, кутаясь в бомбер. – Не думала, что когда-нибудь это скажу, но все мужики одинаковые. Я никогда не была ему интересна как женщина, ничего не предвещало беды. А теперь ему видите ли сиськи мои не дают прохода.
Миша смеётся, запрокидывая голову. Так смеяться умела только она. Вибрация мелодичного смеха была способна растопить даже самый толстый лёд.
– Ма шери, милая, ну не сгущай краски. С твоих слов мужчина что надо. Отдайся ему и не долби мозги ни ему, ни себе. – Я ожидала поддержки, а не вот этого, поперхнулась слюной от её заявления. – Что ты смотришь так меня, Лиса? Он красив, сексуален и ты от него без ума. Прыгай скорее на член своего самца, пока другая не присела твоё место.
Парни стоящие рядом с нами и явно хорошо понимающие французский вытаращили глаза.
– Что смотрите? – оскалилась я, изливая на них своё настроение. – Идите, куда шли!
– Послушайте подругу, она дело говорит. – выдавливает один из них. Я замахиваюсь сумкой, и они ретируются. Миша шипит на меня, напоминая, что девушки никого не бьют по голове. Я покорно киваю, мысленно повторяя, что я не без ума от Ярослава и он не мой. Все вокруг с ума посходили.
Мне удалось уговорить маму разрешить Мише пожить у нас. Родители были против постороннего человека в доме, но я уверила их, что моё преображение полностью её заслуга, что было самой настоящей правдой. Всем хотелось посмотреть на ту, кто превратила Васю в Василису.