Чтение онлайн

— Да, здравствуйте, товарищ Нарком. Эту информацию я получил от капитана Неустроева, помните, мы с моим комбатом рассказывали о нем на совещании в Ставке.

— А как же вы с ним связывайтесь, разве это возможно?

— Я даже не знаю, товарищ Нарком. Некоторое время назад он дважды останавливал меня, когда я чуть не проговорился по важному вопросу. Вы знаете, я его не слышу, я имею в виду ушами, его голос просто возникает у меня в голове, а я ему отвечаю, просто думая, ничего не произнося. А сегодня, когда я пытался разрешить эту задачу и понял, что мне с ней не справиться, просто взмолился, обращаюсь к нему за помощью, и он немедленно ответил. И я ему все рассказал, и он начал действовать, как он сказал, с помощью своего Искусственного Интеллекта. Вот и все, товарищ Нарком.

— Вы ему верите, доверяете, товарищ Исаев?

— Да, конечно, как можно не верить — ведь именно он со своим отрядом спас Москву.

— Хорошо, теперь повторите все данные про поезд и словесный портрет агента, мне нужно записать. Ждите информацию, не отлучайтесь, — сказал нарком, записав, и отключился.

— «Ну и пострел, этот Исаев», — подумал Иван Антонович, — «везде поспел, и с Наркомом и с Верховным знаком, и на совещании в Ставке успел побывать. Не дай бог, с ним что случится, он молодой, горячий, с меня голову снимут».

Иван Антонович с Николаем некоторое время посидели, молча, а потом начали обсуждать — сколько же времени им придется ждать, и пришли к выводу, что никак не менее трех-четырех часов.

Но ждать пришлось совсем недолго, и когда прозвенел звонок, они недоуменно переглянулись и Иван Антонович поднял трубку. — Снова тебя, — пробормотал он, передавая трубку, — теперь Верховный.

— Здравствуйте, товарищ Исаев, — услышал Николай знакомый глуховатый голос.

— Здравствуйте, товарищ Сталин.

— Вы отдаете себе отчет, вы уверены в том, что сообщили наркому?

— Да, товарищ Сталин уверен.

— Хорошо, но я все-таки решил вам позвонить, и окончательно убедиться, так как нам нужно провести полномасштабную операцию по задержанию шпиона. Вы пока не отключайтесь, подождите, я сейчас распоряжусь, чтобы срочно начинали операцию, а нам с вами нужно еще будет переговорить.

Николай слышал, как Верховный поговорил по другому телефону, а потом продолжил разговор. — Скажите, пожалуйста, товарищ Исаев, обсуждали ли вы с товарищем Неустроевым — каким образом произошла утечка информации, в чем мы недорабатываем? Или, может быть, вы сами обдумывали этот вопрос?

— Да, я сам обдумывал, но не до чего не додумался, и с товарищем капитаном тоже обсуждали, в последний раз я спросил его об этом несколько минут назад, но он ответил, что очень занят, и мы обговорим это в другой раз. Да, еще до этого он намекнул, что мы сами виноваты, что плохо храним секреты и еще добавил, что в этом вопросе немаловажную вещь играет социалистический реализм в жанре журналистики, но я этого тогда не понял.

— Хорошо, тогда у меня к вам будет просьба — если вы сами до чего додумаетесь, или будете обсуждать это с капитаном, прошу вас немедленно позвонить мне в любое время. Договорились? А насчет социалистического реализма мы тоже сами подумаем.

— Да как же я вам позвоню, товарищ Сталин? Ведь даже с наркомом мы связываемся по паролю, а с вами ни за что не соединят.

— Да, конечно, запомните мой пароль, не записывайте, запомните, — и Верховный назвал свой пароль.

— Да, я запомнил, у меня память хорошая.

— Может быть, вы бы хотели еще что-нибудь обсудить, товарищ Исаев?

— Да, товарищ Сталин. Иван Антонович Соколов, который сейчас замещает начальника КБ, как-то в разговоре высказал такую мысль, что наше новое Изделие стоит сделать многофункциональным, придав ему дополнительные функции. Например, осколочную, фугасную и даже, может быть, зажигательную. Разумеется, противотанковая функция должна быть основной, с включением в состав боекомплекта гранат другого действия. Он еще сказал, что такая вещь может быть очень полезной, например, в бою в населенном пункте, когда невозможно быстро подтянуть артиллерию. Например, забросить гранату в окно опорного пункта противника с расстояния 100-200 метров, чего противник не ожидает.

— Это очень разумная мысль, и я ее поддерживаю. Передайте мою благодарность автору идеи и приступайте к работе. До свидания!

— До свидания, товарищ Сталин!

— Ну, все, труба дело, — схватился за голову Иван Антонович, — вопрос на контроле у самого Верховного, и не дай бог, что-нибудь пойдет не так, полетят головушки. Десять лет без права переписки — это минимум, а тебе, как любимчику — пятерочку, так что радуйся.

— Да не расстраивайтесь вы, Иван Антонович, все будет нормально, ведь это же Искусственный Интеллект, он не может ошибиться или задуматься.

— Это точно? Ты действительно так думаешь?

— Да точнее и быть не может.

Рабочее время между тем незаметно подошло к окончанию, и работники КБ начали посматривать в их сторону, так как согласно инструкции они должны были покинуть помещение. Иван Антонович это заметил, и, открыв дверь, сказал, чтобы все расходились, а им нужно остаться.

— А знаете что, Иван Антонович, — предложил Николай, — чем просто так сидеть в ожидании, давайте обсудим вопросы многофункциональности нашего Изделия.

— А почему бы и нет, давайте, — согласился успокоившийся Иван Антонович, и они с жаром принялись обсуждать, предлагая и отвергая различные варианты.

В это время открылась дверь, и вошел особист-секретчик. — Вы что же это себе позволяете, товарищи? — заявил он прямо с порога. — Вы нарушаете Инструкцию! Прошу вас немедленно покинуть помещение, я его осмотрю и сдам под охрану.

— Вы, товарищ, не горячитесь, а садитесь… пока, — ответил Иван Антонович.

— Да что это за намеки, я на вас подам жалобу?!

— Ну, не хотите садиться, не садитесь, дело ваше, просто боюсь, как бы вы не упали, когда я сообщу — по какой причине мы здесь находимся.

— Ну, и по какой же?

— Дело в том, товарищ, что произошла утечка информации вот из этого помещения, — Иван Антонович сделал жест рукой. — И в настоящее время проводится операция по задержанию шпиона под руководством самого Верховного, и он поручил нам оставаться здесь до окончания операции. Ну, а потом спросят с виновных, и в первую очередь именно с вас, товарищ.

Особист побледнел и ухватился за спинку стула, чтобы не упасть. — Это же невозможно, — и он бросился к входной двери, осмотрел ее, проверил замок, а потом осмотрел решетки на окнах, отчего Николай чуть не расхохотался. — Нет, товарищи, утечка невозможна, — заявил особист.

— Как же невозможна, если Сам руководит задержанием, — продолжил нагнетать обстановку Иван Антонович. — Вы хотите сказать, что он неправ?

— Нет, нет, конечно, Он всегда прав.

— То-то же!

Особист некоторое время помолчал, а потом осторожно спросил: — Вы не будете возражать товарищи, если я вместе с вами буду дожидаться окончания операции?