Чтение онлайн

Его мысли прервал голос старшего похитителя: — Мы почти у цели, вон там, за кустиками граница, Китай, провинция Хэй-Лун Цзян, а дым — нам сигнал, ориентируемся на него.

И теперь им пришлось двигаться по снегу, благо он был не очень глубоким.

И тут Николай вспомнил, он наконец-то, вспомнил, вспомнил, что ему нужно сделать. — Товарищ капитан, — взмолился он, не разжимая губ, — спасите ради Бога!!! Несут меня за темные леса…

— Не дрейфь, Исаев! — тотчас же послышался ответ капитана Неустроева в его голове. — Все будет нормально, ты пока беги, постарайся, не упади, а я сейчас кое-что сконцентрирую. Что ж, ты, дурашка, меня раньше не вызвал?

— Никак не мог вспомнить, товарищ капитан…

До спасительных кустиков оставалось метров сто пятьдесят, и похитители Николая уже воспрянули духом в полной уверенности, что они в безопасности. В этот момент в морозной тишине, нарушаемой лишь их тяжелым дыханием, послышался властный и громкий голос, усиленный рупором: — Внимание! Стоять на месте, оружие на землю! Руки вверх! А из кустиков поднялись пять или шесть вооруженных фигур в маскхалатах.

— Прорываемся, вперед! — скомандовал старший похититель. — Васька, дай мне карабин, ты плохо стреляешь, а случае чего ты — этого, и он кивнул на Николая. А тот, как в замедленной съемке наблюдал, как старший целится в человека с рупором, а Василий поднимает пистолет, прицеливаясь в Николая.

— «Ну, все, это конец, сейчас выстрелит», — мелькнула мысль, но никаких выстрелов не прозвучало, а вместо них раздались крики тяжелораненых людей.

И Николай заметил, как оружие похитителей мгновенно приобрело красный, а потом и белый цвет, и металл оружия ручейками стек в снег, делая в нем ямки, из которых поднимался пар. Руки похитителей почернели от контакта с расплавленным металлом, и они, с криками боли, погружали их снег, не помышляя о сопротивлении.

Похитители не понимали, что же произошло и переглядывались между собой. А старший пробормотал себе под нос: — Еще одно новое оружие, а эти узкоглазые о нем и не догадываются.

— «Мощнейший электромагнитный импульс», — решил физик Николай.

— Это вы, Исаев? — спросил его человек с рупором, и Николай согласно кивнул головой, и для убедительности ткнул себя пальцем в грудь.

— Я командир специальной группы захвата, капитан Сапугольцев, — представился человек, — а вы, что — не можете говорить?

И Николай снова кивнул.

А капитан, между тем, достал ракетницу и сделал три выстрела: зеленая — красная — зеленая. — Сигнал группе сопровождения, — пояснил он, — что все в порядке, а то мы опасались, что не успеем, заняли исходную позицию буквально пять минут назад.

— Это ваша работа, товарищ конструктор? — спросил он, показав на обгоревший приклад карабина и дырки в снегу. — Какое прекрасное оружие, а эти гады пытались его умыкнуть, но у нас такие штуки не проходят. Скорее бы и нам такое выдали, товарищ конструктор, но Николай лишь неопределенно пожал плечами.

— Понятно, секретность, — согласился капитан. — Нам нужно выходить на дорогу, вы сможете дойти? — и получил в ответ очередной кивок.

— Тогда пошли первыми, по вашим следам, — но на этот раз Николай показал жестом, чтобы впереди повели его задержанных похитителей.

— Да не волнуйтесь, никуда они не денутся, пошли, — но Николай продолжал настаивать, и капитан распорядился вести задержанных впереди них.

И они пошли по своим следам, а Николай по ходу движения размышлял своим, все еще затуманенным разумом — каким же образом эта группа захвата оказалось прямо на их пути, но никакого объяснения найти не мог. То, каким образом было уничтожено оружие, было понятно и ему командиру группы, но по-разному. Он внимательно наблюдал за задержанными похитителями, прекрасно понимая, что их кажущаяся покорность является только ширмой. И он не ошибся.

Когда они достигли небольшой выемки, где был довольно глубокий снег, все трое, по команде старшего, бросились в разные стороны, но их быстро настигли, наградив затрещинами.

Алексей, который делал уколы, сделав вид, что запнулся, долго возился в снегу, показывая, что никак не может встать. Эти его телодвижения не ускользнули от Николая, который уже ощущал себя не каким-то там зайцем, а, по крайней мере, хитрым лисенком. И, как только беглецов свели вместе, и надели на них наручники, он, к удивлению командира группы, опустился на снег в том месте, где возился Алексей и обнаружил там, припорошенный снегом, стерилизатор, который тотчас убрал за пазуху.

На дороге появились двое всадников и вслед за ними — лошадь, запряженная в кошёвку.

— Всадники, это начальник погранзаставы с помощником, а в кошёвке — представитель Генштаба Красной Армии и военврач, — пояснил капитан Сапугольцев.

Первым к ним подбежал, соскочивший из кошёвки, еще на ходу, человек. — А где же Исаев? — воскликнул он.

— Да вот же, товарищ майор! Вот он! Только он не может говорить, — и в подошедшем человеке Николай узнал… узнал. Да это же его бывший комбат!, капитан Верховцев!

— Это они тебя так разукрасили и принарядили, что не узнать? — спросил комбат, показав на задержанных, и Николай согласно кивнул. — Дай-ка, я тебе хоть усы…

— Подождите, товарищи! — перебил его второй седок из кошёвки, — дайте мне разобраться с пострадавшим. — Как вы себя чувствуете? — спросил он, и Николай показал большим пальцем вниз.

— Понятно. А вы можете сказать, чем вас травили? Порошки, пилюли или…

Николай достал спрятанный стерилизатор и передал его врачу, который стал рассматривать содержимое. — Так, шприц, иголки, и… о, ампула! Вот это удача!!! Мы на такое и не рассчитывали. Надписей на ампуле нет, но это неважно — анализы покажут содержимое. Как же вам удалось захватить эту, можно сказать, бесценную вещь, и кто колол?

Николай указал на своего мучителя, и врач подошел к нему. — Что в ампуле? — потребовал он.

— Клянусь, не знаю, японцы дали, велели делать инъекции строго через 8 часов, рассчитали точное количество, а эта осталась, так как не было времени сделать последний укол. И мне был приказ, под страхом смерти, уничтожить остаток, если такой образуется.

— А он и пытался уничтожить, — сообщил капитан Сапугольцев, — они устроили целую комедию, имитировали побег, а этот гусь закопал коробку в снег, да так, что мы не заметили, не было Инструкции касательно каких-либо предметов, но товарищ конструктор его раскусил, и коробку раскопал.

— Молодец, Исаев, — заключил Верховцев, — я в тебе не сомневался, — и приобнял своего бывшего красноармейца за плечи, что, конечно же, не предусмотрено никакими Инструкциями РККА, но бывают же Исключения…

— Доктор, если вы все выяснили, — продолжил Верховцев, — то едем на погранзаставу, и на самолет, в Москву.

— Пожалуй, все. У меня с собой есть различные антидоты, но применять их, не зная препарата, которым травили — нельзя. На заставе перед полетом сделаем общеукрепляющую капельницу, так что можно ехать.