Чтение онлайн

— Этот подход был испробован на протяжении всей человеческой истории. Умиротворение имеет печальную привычку делать агрессора все более и более голодным.

— Я… Хотел бы я, чтобы мы могли что-нибудь сделать. Лэнг прав. Плохие парни намного превосходят нас численностью. Если помощь не придет вовремя, мы не сможем их сдержать.

— Даже с двумя Боло?

— Даже с ними, — и особенно если им не позволят драться по-своему, подумал он, но не произнес этих слов вслух.

Халид вздохнул.

— Мы высоко ценим мир на этой планете, лейтенант. Двести лет назад Изра'ильский консорциум нанял людей с Каутара, чтобы они прибыли сюда и начали новую жизнь, работая на иридиевых и дуриллиумных рудниках. Большинство из них исповедовали бхаи, веру жить во имя мира и взаимопонимания… или реформированный ислам.

— Они впервые увидели этот мир ледяным адом. Они назвали его в честь Ангела Смерти, парящего над мирами, одной ногой стоящего на Седьмом небе, а другой — на мосту между Адом и Раем. Он ведет учет всего человечества. Когда человек умирает, Изра'ил отделяет его душу от тела через сорок дней. Они поклялись превратить Ад в Рай. Конечно, Изра'ил — это не рай. Мы, внуки тех первых колонистов, знаем это. Но это наш дом, и дом для наших детей. Мы не можем просто так… бросить его. Только не по прихоти человека, назначенного военными Конкордата защищать нас!

— Мне жаль, — с несчастным видом произнес Мартин. — Я ничего не могу с этим поделать. Он мой командир, и…

— А неподчинение его приказам означает тюрьму, увольнение или бесчестие. Я понимаю. Но… Я слышал кое что о Боло. Автономные боевые машины, которые мыслят как люди. Которых невозможно победить. А ты командующий офицер Боло, не так ли?

Мартин с несчастным видом кивнул.

— Да. Это я. Но я все равно не могу приказать им делать то, чего он не позволит. Что касается того, что их невозможно побить… — он пожал плечами. — Ни одна машина не является неуязвимой. Боло можно победить, если противник значительном превосходит их численностью. Или если с ними плохо обращаются и используют.

— Ты боишься за этих двоих, Хэнка и Эндрю.

— Да. Они зажаты стенами долины и двумя горными перевалами. Нет пространства для маневра. Что еще хуже, они не могут использовать свою скорость, мобильность и оружие в полной мере, чтобы получить тактическое преимущество.

— Боло NDR вызывает командование, — произнес голос в его наушнике. Он было глубоким и содержательным. — Враг сейчас продвигается вверх по Долине Смоук. Я сбил три беспилотных летательных аппарата и подозреваю, что они пытаются переместить какую-то тяжелую технику вверх по восточному склону, используя складки местности для укрытия.

— Боло HNK вызывает командование, — произнес второй голос. Он был немного выше по тону, чем предыдущий, отличаясь интонациями и размером. — Пока никаких признаков противника на перевале Бурудж. Поток беженцев по-прежнему интенсивен, и я не могу применить основное вооружение, не причинив неприемлемого сопутствующего ущерба и больших потерь среди гражданского населения. Прошу разрешения продвинуться на десять километров вперед, чтобы беспрепятственно вступить в бой с противником.

— Боло HNK, — сказал Мартин в переговорное устройство. — Оставайтесь на месте, как приказано. Вы можете прицелиться во врага из своего "Хеллбора"?

— Подтверждаю, — был ли в этом односложном ответе намек на горечь? Гнев? Или ему показалось? Последовало долгое колебание. — Командование, я вынужден отказаться от приказа открыть огонь из моего "Хеллбора" в данный момент. Запрашиваю разрешение продвинуться на десять километров вперед, где я не буду нести ответственности за большие потери среди гражданского населения.

Мартин моргнул, резко втянул воздух, затем снова медленно выдохнул.

— Ответ отрицательный. Оставайтесь на месте, — он снова изучил показания QDC. — Черт возьми…

— В чем дело, друг мой?

— Я не совсем уверен, — сказал он, нахмурившись. И Хэнк, и Эндрю работали на значительно более высоком уровне мышления, чем можно было ожидать от Марк XXIV. — Судя по тому, как они разговаривают, я могу поклясться, что это Марк XXX, как минимум.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… у нас нет времени на диссертацию об эволюции Боло. Говоря предельно простым языком, Боло наделили самосознанием и интеллектом, примерно эквивалентным человеческому, с появлением Марк XX и психотронных схем в конце 2700-х годов. Последующие Марки в течение следующих нескольких столетий становились более разумными, более человечными в своих рассуждениях и, что немаловажно, в своей речи, хотя их способности были ограничены программным обеспечением, направленным на предотвращение нападения непослушного Боло на своих владельцев. Пока все понятно?

Халид кивнул.

— Я понимаю. Ранние модели ничего не могли делать без прямого приказа своих командиров-людей.

— Верно. Так вот, Марк XXIV, как и Хэнк и Эндрю, были первыми по-настоящему автономными машинами с самосознанием. Последние модели, такие как Марк XXX… Ну, если вы поговорите с ним по коммуникатору, то единственный способ определить, что он не человек, это то, что его речь, как правило, немного более формальная, немного более эрудированная, чем у людей. Они полностью соответствуют требованиям к тесту Тьюринга [21] .

— Тьюринга?

— Это старый кибертехнический термин. Это означает что не догадаешься, что они машины. В любом случае, я работаю с Боло уже восемь лет, и у меня была возможность пообщаться со многими из них. Острый слух может определить поколение неизвестного Боло, просто прислушавшись к тому, как он составляет предложения. Более низкие Марки, как правило, звучат немного кровожадно и узколобо, они не думают ни о чем, у них очень узкие программные ограничения. Более высокие Марки звучат как чрезвычайно умные люди и могут говорить практически о чем угодно.

— А-а. И вы считаете, что двое ваших друзей умнее, чем они должны быть?

— В двух словах, да. Язык, в частности, способность поддерживать длительную беседу на различные темы, отражает общий уровень интеллекта. Это именно то, о чем я думаю. А еще мне интересно… почему?

— Что "почему"?

— Полковник прав. Эти два Боло — всего лишь машины. Это очень, очень умные машины, но они умны потому, что кто-то написал для них необычайно сложные программы искусственного интеллекта, которые обрабатываются с помощью психотронных схем, предназначенных для обеспечения определенного уровня гибкости, скорости и даже, в ограниченной степени, самосознания. Они не могут выйти за рамки своих собственных программ, не могут мыслить нестандартно.

— Так как же они могут мыслить, как Марк XXX-ые?

— Возможно, они нашли способ перепрограммировать себя.

— У них нет такой возможности. Самопрограммирование… это означало бы, что они могли бы каким-то образом выйти за рамки привычного и решить для себя, что они собираются делать, именно то, что люди пытались предотвратить в Боло с тех пор, как эти штуки были изобретены.

— Тот, который "Хэнк", продолжает отказываться выполнять твой приказ стрелять из "Хеллбора".

— Да. Я знаю. И это отчасти меня беспокоит. Конечно, у него есть определенный уровень тактической осмотрительности. И когда они перейдут в полный режим боевого рефлекса, они будут полностью предоставлены сами себе. Но я никогда не слышал, чтобы Марк XXIV говорил мне, что он не может подчиниться приказу открыть огонь, потому что это может привести к жертвам среди гражданского населения.