Чтение онлайн

Вдобавок ко всему Крайслерами я недоволен. Сколько бы я с ними ни сталкивался, к хорошему это редко приводило. Попытки убить меня, попытки манипулировать мной и угрожать моим родным, убийство учителя. Единственным (относительно нормальным) человеком из Дома я считаю Квейта. И тут Крайслеры мне тоже подгадили — не сомневаюсь, что из-за выданных мне бумаг у Квейта сейчас проблемы.

Однако… Однако я вижу шанс уладить конфликт с Крайслерами. Пусть и не совсем так, как это видит Фаэр.

— Знаете, уважаемый Фаэр, — медленно говорю я. — Было бы весьма странно, согласись я на ваше предложение сразу и не раздумывая.

— Я понимаю, — кивает Крайслер. — После того, как вы столь явно демонстрировали мне свое неудовольствие, я и не ожидал, что вы кинетесь соглашаться. Но шанс есть?

— Думаю, есть. Но в первую очередь я хочу узнать, что за задачу вы мне дадите. Странно было бы соглашаться, а потом отступать и смущенно улыбаться, если она вдруг окажется мне не по силам, так что спрошу сразу: в каком таком эксперименте требуется моя помощь?

— У нас варится одно интересное зелье, в которое мы очень сильно вложились. И вот в чем дело — оно варится уже два месяца, то есть начали варку мы незадолго до того, как узнали о том, что Гуань-ди пробуждается, и к нам движется гигантская волна духовных тварей. Оно должно вариться еще два месяца, но это слишком долго. Вам нужно ускорить реакции. Изменить вторую часть рецепта, чтобы ускорить процесс. Понимаю, что это повлияет на конечный результат — не может не повлиять. Но определенный процент потери качества нас устроит, потому что мы не можем себе позволить ждать еще два месяца.

А потом опустил передо мной подготовленную папку с бумагами. Отдам должное Фаэру — не было «мне нужно подготовить документы» и прочего затягивания времени. То есть, на случай моего согласия у него все готово.

Возможно, на случай моего отказа что-то подготовлено тоже.

Бумаги рассказали мне о составе и направленности этого зелья — все то, что Крайслер стыдливо обошел.

В общем, зелье состоит не столько из ингредиентов, сколько из чистых эссенций, стоимость которых исчисляется десятками тысяч золотых. Преобладают Жизнь, Молодость, Здоровье и Сила — много силы в самых разных вариациях. Подливать воды в это зелье нельзя, как и останавливать процесс варки — из котла на тысячу литров, стоящего на монструозной алхимической печи, уже выпарилось (наверное) две трети. Уже сейчас рюмка недоваренного зелья сможет превратить обычного старика в пышущего здоровьем юношу, который сможет руками подковы гнуть, даже если раньше и не мог.

Для практика второго-третьего ранга нужна будет не рюмка, а целая трехлитровая бутыль, но и ему здоровья добавит. И мне нужно довести процесс до конца, усилив действие зелья в разы.

Как я понимаю, ускорение процесса варки требуется, чтобы во время большой Волны духовных зверей местный цех мог целиком и полностью сосредоточиться на обеспечении нужд армии. Как я в пещере, только в куда больших масштабах. Потому что нужно будет действительно напрячься.

— Хорошее дело, — киваю я. — Во время волны Крайслерам придется сосредоточиться на обеспечении армии, так что…

— Там не будет волны, — спокойствие практика впервые за разговор дало трещину, позволив прорваться настоящим эмоциям — во-первых, Фаэр перебил меня, а во-вторых, заговорил быстро и нервно. — Будет целый Шторм! И бороться с ним должны Вальтеры, как Дом, ответственный за армию. Сюда уже направляются войска всего королевства, вот они пусть и сдерживают орду.

Не понял.

— А где тогда будете вы?

На этот вопрос Фаэр не ответил, что само по себе многое мне сказало.

— Если вы останетесь, будет больше шансов выстоять, — озвучил я очевидное. Ну, или очевидное только для меня.

— Мы уже сделали все, что от нас зависит, — отмахнулся Крайслер. — Запасники Крепости забиты различными зельями, в том числе и высшими. Все дело в нашем экспериментальном зелье — если… когда доварим его, нас ничто здесь держать не будет. Так что, вы, Китт, думаете о нашем предложении?

Он так и сказал «нас». То есть, не только Фаэр уйдет в отпуск куда-нибудь как можно дальше от Заставного, но и (возможно) все, кто в его подчинении. Может, кто и останется, чтобы глава филиала в ответ на обвинения мог ткнуть в них пальцем и сказать, что именно их оставил за старших, но вряд ли среди них будет кто-то из высшего эшелона.

— Мне все равно кажется, что куча опытных зельеваров будет полезнее в Заставном, — покачал я головой. — И становиться Крайслером, чтобы видеть, как твой Дом бежит от битвы… Не знаю. Вас самого-то такая ситуация не коробит?

Вместо ответа Фаэр молча поднялся из-за стола и вышел из кабинета.

Не понял. Он так свою обиду показывает? Или вдруг резко захотел в туалет, и ушел, забыв об этом предупредить? И что мне теперь делать — сидеть, ждать его, или сопровождающего? Или можно уйти?

Я решил подождать пять минут. Встал из-за стола, обошел его и остановился у окна, в которое поглядывал Фаэр, когда я зашел в кабинет.

За окном — Заставный. Не самое лучшее зрелище, если честно. Скорее даже угнетающее. Так уж сложилось в процессе эволюции, что человека радует зелененькое: любит человек цветущие сады, травку. Наши предки выживали в первую очередь собирательством, и шли туда, где было больше зелени, и за счет этого выживали. А в Заставном зелени, как таковой, нету. На весь город десятка два тополей, травка выполота и вытоптана, все вокруг заковано в камень. Видно только серые черепичные крыши, да темные мостовые. Даже вокруг города растительности маловато — ради безопасности сжигают, чтобы никакая тварь к стенам незамеченной не подкралась.

Если бы я проводил кучу времени в местных кабинетах, откуда любоваться можно вот этими жизнелюбивыми пейзажами, сам бы рвался как можно оперативнее уйти в отпуск.

Шучу. Сбегать от битвы, особенно подводя своим побегом товарищей — последнее дело.

Фаэр вернулся в кабинет спустя десять минут, с небольшим деревянным футляром в руке. Практик молча подошел ко мне, стоявшему у окна, протянул футляр.

Внутри, на мягком черном бархате, лежал амулет из темного нефрита, испещренного тончайшими серебряными прожилками.

— Я не смогу убедить вас словами. Убедись сам. Этот артефакт называют «Оком». Он хранит в себе одно-единственное воспоминание. В нашем случае — зрелище, которое узрели наши разведчики. Подай в него свою Ци, и ты увидишь, чему предстоит противостоять.

Нефрит был на удивление холодным. Я взял амулет в ладонь, изучил. Угрозой от него не веяло, так что я колебался недолго — пару минут спустя подал в него струйку своей Ци.

Мир передо мной поплыл, распался на куски и исчез. Ощущение тела оставалось, я чувствовал, что в любой момент могу вернуться, но кабинет, Фаэр, серый пейзаж за окном — все растворилось, пропало.

Я парил высоко в небе. Передо мной простиралась бескрайняя равнина, по которой полз вал из плоти, чешуи и хитина. Это даже не волна, а стена из сотен тысяч тварей. Они катились валом, как приливная волна апокалипсиса.

Вон там — тысячи громадных волков, там — прожорливые исполинские пауки, чьи тела покрыты костяными пластинами, там — тысячи змееподобных тварей. Они даже не бежали. Они ползли по головам и спинам друг друга, более сильные и крупные давили и на ходу пожирали более мелких. А в километре от переднего края вала из плоти, подобно живым горам, двигались исполины. Ходячий дуб с щупальцами вместо ветвей. Гигантский слизень, оставляющий за собой борозду расплавленного камня. Я видел и других чудовищ, но разглядеть их не мог. Зато мог представить, как орет, визжит и рычит будущая Волна.