Чтение онлайн

— Мастер Фаэр, полагаю, это и есть тот многообещающий молодой человек, ради которого мы сегодня собрались? — надтреснутым голосом спросил пожилой практик, имени которого я не собирался спрашивать и тем более — запоминать.

— Верно, — сидящий во главе стола Фаэр кивнул мне. — Приветствую, Китт.

— Добрый день. Еще раз прошу прощения.

— Ничего, — снова пожилой практик. — Как говорится, на ошибках учатся.

— Прошу прощения, господа. Времени не так много, все мы занятые люди, и у многих сегодня еще запланированы дела. Можете дать клятвы на алтаре, — Фаэр указал пальцем на плиту из черного камня, лежащую на столе перед собой, — подписать документы, окропить кровью кольцо и на этом закончить.

— Точно, — кивнул я. — Совсем забыл. Прошу прощения, что трачу ваше время, ага.

Я дошел до плиты. Один из собравшихся с готовностью отодвинул стул, пропуская меня к алтарю. Только вот я остановился, не спеша класть на камень ладонь.

— Знаете, какое-то время я думал, что мне с Крайслерами не по пути, — сказал я чистую правду. Люди не выглядели удивленными, обескураженными или хоть сколько-то заинтригованными — похоже, знали об этой моей черте. — Мне не хватало в вас какой-то… лояльности к людям, что ли. Вы же представители одного из четырех сильнейших Домов, а сидите на знаниях, как собака на сене. И сам не гам, и другому не дам. Я бы на вашем месте школы открывал, людей зельеварению учил, а вы за подобное в тюрьму сажаете, либо через суды вешаете конский долг.

— Мы люди простые, нам такое объяснять не надо. Вам с такими предложениями лучше в центр, в столицу, — раздраженно сказал Фаэр. — Столь масштабные изменения в политике Дома может принять только глава.

— Боюсь, у главы в последующее время будет много других проблем. Думаю, остальные Дома начнут охоту на ведьм, и Крайслеры… в общем, нам будет сложно.

— Вы это о чем? — Фаэр аж встал.

То есть, вставать начал.

Если еще точнее — оперся рукой о стол, побагровел, а потом завалился лицом в столешницу.

— Что-то мне… Нехорошо…

Вслед за главой филиала начали заваливаться и остальные.

Что чувствовали те, кто сместил Цезаря? Чувствовали ли вину за грядущий заговор, чувствовали ли себя подлецами, которые стреляют в затылок ничего не подозревающему человеку, или наоборот, их воодушевляли выстраиваемые планы? Хотели ли они сделать мир лучше, или делали это в угоду кошельку?

Что чувствовал каждый человек, планирующий революцию, смену руководства компании или банальный рейдерский захват?

Вообще, было ли у них право менять власть ужасными способами, к которым они прибегали?

Я считаю, что было. Пусть не во всех случаях, но точно в тех, когда верхи гнобят низы. Потому что наверху не должна сидеть себялюбивая мразь.

Да, малость анархично. Ни за что не поверил бы, что этот мир сломает о колено мои прежние идеалы, но я прежний никогда и не поднялся бы до нынешних высот и не помог бы всем, кому смог помочь.

— За трусливое поведение в военное время вас ждало бы как минимум порицание, — от волнения голос сорвался. Несмотря на мою веру, что мой поступок — во благо обществу, я волновался и чувствовал себя погано.

Тем не менее, я откашлялся и продолжил увереннее и громче.

— Но вы решили не просто сбежать, бросив войска, которые рассчитывают на вашу помощь. Вы совершили настоящее предательство, решив бросить войска без обеспечения. Забрать с собой наваренные за года эликсиры? Серьезно? В ваших головах хотя бы возникла мысль, что есть что-то кроме золота? Да и не сможете вы разбогатеть на продажах эликсиров, если Крепость падет.

Практики стонали, скрежетали зубами. Пытались что-то сказать, но могли только скулить — меняющаяся глотка была не в состоянии выдать членораздельную речь.

Следующий этап начался спустя несколько секунд. Под кожей каждого из Крайслеров перекатывались и нарастали мускулы, заставляя трещать по швам одежду. В их глазах человек уступал место зверю.

Я телепортировал прочь отработавшую свое котомку с газообразными зельями и призвал лед, облачаясь в доспехи. И создал ледяное копье.

Когда я закончил, ледяные доспехи покрылись трещинами и следами когтей — не все Крайслеры умирали покорно, кто-то даже посреди трансформации успевал сориентироваться и ударить. Били не сильно — со спазмированными, рвущимися мышцами они были способны максимум — отмахнуться, но трансформация давала сил.

По льду стекала кровь. Некоторые капли застывали, замерзали, делая доспех еще более жутким. В правой руке я сжимал ледяное копье, чье острие из укрепленного льда потрескалось от ударов о кости.

После содеянного от меня разило свежей кровью. Я выглядел и чувствовал себя отвратительно, несмотря на то, что решение было… оптимальным. Теперь Дому точно будет не до меня и не до грызни за власть — главе придется убеждать, что никаких недзуми в филиале не было, несмотря на факты. И убеждать он будет тех людей, которые будут заинтересованы не верить главе, и явно это демонстрировать, чтобы выбить какие-то кабальные соглашения, договоры и прочее.

Я хотел культивировать без насилия, правда хотел. Я не пытаюсь всюду решать проблемы техникой или кулаком, но в этом случае вряд ли можно было разрешить вопрос бескровно.

Был ли другой выход?

Наверное, был. Можно было действительно стать Крайслером, а потом взять себе в подчинение цех. Но я не успел бы организовать его работу, это — во-первых. Во-вторых, теперь повозки, груженые высококачественными эликсирами, позволят крепости простоять еще неделю. А то и не одну.

Где вообще проходит грань между допустимым и недопустимым? Не знаю. Но, глядя на трупы Крайслеров, я был уверен, что не перешел ее. И если бы время сделало кульбит и я оказался в той же ситуации, сделал бы все то же самое.

Очень просто быть чистеньким. Не мараться в крови, не обманывать и не убивать, но делать остальное из возможного, а когда усилий не хватит для достижения цели, развести руками и сказать: «я сделал все, что мог». Хотя, на самом деле, сделал не все. Не окунул руку по плечо в нечистоты, чтобы достать оттуда то, что сделало бы шансы на победу менее призрачными.

Как по мне, жизни Крайслеров — тот ресурс, который стоит потратить ради победы. Если королевству грозит уничтожение, — а оно действительно грозит, я видел ту волну, — то я действительно сделаю ВСЕ, чтобы Крепость осталась стоять.

Кабинет походил на филиал какой-то бойни. Правда, комната, где растерзали кучу человек, по-другому выглядеть и не может. Единственное, что было не залито кровью — листы бумаг с присвоением мне статуса члена Дома Крайслеров. Хотя несколько брызг на страницы все-таки попали.

Со стола я беру не только страницы, но и кольцо, подтверждающее мой статус члена Дома. Провожу острием копья по кончику пальца, надрезая подушечку, касаюсь окровавленным пальцем артефакта и надеваю его на средний палец левой руки. Чувствую, как артефакт оплетает палец, врастает в него десятками крохотных духовных отростков.