Чтение онлайн

Сбившись, жрицы замолчали в растерянности. Лишь Килия пыталась бороться, но вскоре и её голос был заглушён песней противницы.

Люди на площади заворожённо смотрели, как девушка, казавшаяся обычной горожанкой, начинает светиться. В заканчивающихся сумерках это было особенно хорошо видно. Постепенно волосы девушки стали похожи на жёлтое золото — будто само солнце жило в них. Перед удивлёнными наблюдателями свет окутал Иону и одел её в сияющие одежды.

На секунду спутникам принцессы показалось, что в них оделись и мар с маро, но это видение пропало так же быстро, как и появилось.

Песня становилась всё громче, а затем оборвалась, но в центре так и продолжало стоять воплощение Богини Диру.

Тишина, воцарившаяся на площади, была нарушена словами Верховной:

— Нарушившие договор понесут наказание! Несущая Свет Диру больше не охраняет этот храм! Духи Клиро, стражи Клиро, я возвращаю вам власть над этой землёй!

— Мы услышали Несущую Свет! — в унисон крикнули Кортик с Мимом.

Стражи вышли вперёд и встали по обе стороны от Ионы.

Мужчины одновременно топнули, и по земле пошла рябь. Женщины, ещё недавно пытавшиеся сопротивляться, упали, не удержавшись на ногах, и тут же оказались утянуты в землю по пояс. Белые, еле видные руки, держали жриц.

Молодые служительницы Диру заплакали от ужаса.

­— Стражи Клиро требуют тишины! — воскликнул Мим.

На площади воцарилось молчание. Никто не мог противиться воле стражей.

— Стражи Клиро приказывают всем, кто не знает ничего об изменении песен, уйти в трапезную, а всем, кто знал, прийти на площадь! — крикнул Кортик и мужчины снова топнули.

Рябь прошла по территории храма, и волна людей потянулась направо, а навстречу ей шла другая.

Иона всё лучше и лучше начала видеть духов, их тянущиеся из земли руки, то, как они вселяются в тела жрецов и ведут их. К призрачным служительницам духи Клиро не могли прикоснуться, поэтому они потянулись к деревьям. Боясь, что вместилища призрачных жриц попытаются перенести в центр вместо них самих, она сказала:

— Стражи Клиро, могу ли я позвать дир-ан лея?

— Стражи Клиро дают разрешение.

Верховная благодарно кивнула и пропела всего лишь одну ноту. Души жриц вылетели из деревьев, притянутые словно магнитом.

Словно от боли, Иона закрыла глаза и произнесла:

— Лау!

Голос принцессы разнёсся по площади и всех, кто стоял на ней, окружила гигантская сфера, состоящая из тонких переливающихся нитей.

— Моя власть — ваша власть! — проговорила принцесса и передала одну из паутинок от кокона Миму, а другую Кортику.

Стражи поклонились, но не взяли их.

— Судить тех, кто решил остаться, может только Несущая Свет.

— Спасибо, — еле слышно произнесла девушка, и нити исчезли.

Мим сел на землю, его друг последовал его примеру.

— Кто надоумил вас использовать другие слова, канна? — начал допрос страж.

— Я не… — попыталась сказать Килия, но у неё отнялся язык.

— Канна, вы должны знать, что врать стражу бессмысленно. Ответьте на мой вопрос.

— Жрицы из лей научили нас.

— Сказали ли они, к каким последствиям это приведёт?

— Да.

— Что они сказали?

— Что благодаря этому увеличится количество прихожан.

Женщина начала дрожать. Сейчас она походила на обычную старуху, а не на всесильную старшую жрицу.

— Для чего вам нужны жрицы? Кому в голову пришла идея удерживать тех, кто не хочет служить?

— Без жриц песни не имеют силы. Нам нужны жрицы. Это я решила удерживать их.

— Но разве у вас не хватает жриц?

Килия сглотнула и призналась:

— Многие угасают и теряют свою силу. В последние несколько лет новых жриц было очень мало.

— Вы сказали, что все жрицы — настоящие.

— Все жрицы — истинные. Их силы просто уменьшились.

— Знали ли вы, что из-за ваших служб к городу притягивается скверна?

— Что? Нет!

— Знали ли вы, что ваши песни усиливают волнение среди людей и это приводит к унынию и болезням?

В глазах старшей жрицы отразился ужас.

— Нет!

— Знали ли вы об этом, дир-ан лея? — обратился к призрачным жрицам Мим.

— Да… — голоса их шелестели словно листья.

— Верховная, допрашивать служительниц лучше Вам.

— Благодарю, — приняла эстафету Лея.

Она собралась с мыслями и задала вопрос:

— Почему вы это сделали?

— Мы устали…

— Это не ответ. Каждая лея может уйти, когда она захочет, если попросит жриц. Некоторые могут уйти самостоятельно.

— Мы не можем уйти, — ответила женщина в возрасте.

— Что это значит? — нахмурилась Верховная.

— Мы не знаем, почему, но мы прикованы к этому храму.

— Вы говорили об этом жрецам?

— Пытались, но мы не смогли вымолвить и слова. Что-то мешает нам, — взгляд жрицы затуманился. — Годы, сотни лет смотреть, как живут и умирают люди. Не иметь силы помочь. Это больно…

— Но для чего вы надоумили этих жриц изменить песни?

— Мы надеялись, что они поймут, что что-то не так. Что попробуют исправить…

— Она врёт, — слова Лема легли камнем на душу Ионы.

Благообразное лицо женщины искривилось, и она выплюнула:

— Да, вру! Я знала, к чему это приведёт! Я хотела этого! А что ты сделаешь мне, девчонка?! Я и так хочу уйти! Я хочу умереть!

Верховная холодно посмотрела на неё, а затем обратилась к остальным:

— Есть ли среди вас те, кто может рассказать о причинах?

— Да… — раздался шелест.

Принцесса посмотрела на жрицу в возрасте, затем склонила голову, закрыла глаза, но переборола себя и вновь встретилась взглядом с женщиной.

— Рануа имеет свои законы, договор, что был заключён, — нарушен. Ваше преступление состоит не только в том, что вы изменили тексты. Вы причастны к волне болезней, что были порождены ими. Диру-а призвана лечить, а не калечить. Я чувствую, что вы не жалеете ни об одной из смертей, что произошла по вашей вине. Вы радуетесь им. Каковы бы ни были причины поступков, они были совершены и не уменьшат вашей вины. Никто из прихожан не мучил вас, а люди, что умерли от перемещения скверны, скорее всего, даже не были в этом храме. Я передаю вас на суд Клиро.

Призрачная жрица побледнела.

— Духи принимают новую сестру, — раздался рокот тысячи голосов, и женщина исчезла.

В дальнем углу площади дерево рядом со скамейкой внезапно упало, словно выдернутое из земли ураганом. Звук рвущейся плоти земли и удар о брусчатку заставили всех, кроме Ионы и маро, вздрогнуть. Лея стремительно высыхала.

Иона закрыла глаза, подавляя эмоции, рвущиеся наружу. Через несколько секунд она совладала с собой и спросила:

— Кто может объяснить причину?