Чтение онлайн

— Но ещё нет и пяти! — удивлённо воскликнул Кортик.

— Наш храм, должен признаться, немного отличается от других.

— Но с чем это связано?

— Стыдно сознаваться, но я никогда не интересовался этим. Он определённо доставляет мне неприятности, но храм — это лишь маленькая часть того, чем я занимаюсь ежедневно. Мастера, о которых я упоминал, доставляют мне намного больше забот.

— Понимаю, кан. Но когда мы всё же сможем наведаться в храм? — вернул его к теме разговора Мим.

— Ох, простите!.. Если вы хотите сделать всё как можно скорее, то мы можем отправиться туда ещё до рассвета. Они открывают ворота очень рано, чтобы впустить помощников.

— Тогда давайте договоримся о встрече перед ратушей в пять утра.

— Я подготовлю мою стражу для сопровождения.

— Прекрасно.

— Спасибо за сотрудничество, кан Майс.

Встреча закончилась. Пора было готовиться к завтрашнему дню.

Иона стояла на улице в окружении своих друзей и смотрела на небо. Новолуние. В лесу, в окружении деревьев, она любила его, но почему-то в городе ей становилось одиноко в такие дни. Возможно, это было следствием того, что даже в безлунную ночь в большом городе часто было видно свет из окон и граница света и тьмы ощущалась более ярко. Человек на улице был словно оторван от приветливого огонька, горящего внутри.

Принцесса вздохнула — некогда было предаваться праздным мыслям, скоро должен был прийти глава со своей охраной.

Кортик и Мим возглавляли группу. Рядом с ними стояли испуганно сжавшиеся и пристыженные стражники.

Майс подбежал буквально через пару минут и очень извинялся за то, что опоздал.

Процессия двинулась в сторону храма.

Когда они пришли к нему, то ворота уже действительно были открыты, и в них, словно ручейки, стекались помощники. Увидев большую группу приближающуюся ко входу, одна из девушек хотела окликнуть их, но увидела главу и решила, что не стоит этого делать.

Лея со спутниками прошли внутрь и остановились на площади, на которой она вчера общалась с призрачной жрицей.

— О, Алани, — окликнул одну из молоденьких девушек глава, — позови старшую жрицу. Уважаемые господа хотят поговорить с ней.

— Доброе утро, дядя. Ты что здесь делаешь в такую рань?

— Потом всё расскажу, приведи Килию, — раздражённо сказал он.

— Хорошо-хорошо, — нахмурилась племянница и убежала.

Прошло не больше десяти минут, и старшая жрица появилась перед группой.

— Что ты себе позволяешь, Майс? — возмущённо спросила она.

— Это что ты себе позволяешь! Тебя прошлый раз ничему не научил?

— О чём ты?

— О том, что ты снова пытаешься насильно оставить в храме новую жрицу!

Женщина скрестила руки на груди.

— Любая жрица, услышавшая зов, принадлежит этому храму, и ты сам об этом знаешь.

— Позвольте узнать, канна, когда появилось подобное правило? — вмешался Мим.

— О, — удивлённо приподняла бровь Килия, — ты привёл с собой поддержку? Испугался старой женщины?

— Ты такая же старая женщина, как я — юный мастеровой!

— Кан Майс, — мягко прервал мужчину страж, — давайте отложим вашу личную неприязнь к канне Килии на другой день.

Глава побледнел и дрожащим голосом сказал:

— Конечно-конечно, простите за эту сцену.

— И кто же вы такие, что Майс пресмыкается перед вами? — колко спросила женщина.

Вокруг начала собираться толпа.

— Стражи Клиро, канна, — спокойно сказал Мим.

Кровь отлила от лица женщины, но лишь на секунду — вскоре она взяла себя в руки и, стараясь не менять тона, заявила:

— Стражи не имеют власти на земле храма, согласно древнему договору.

— Мы знаем это, канна. Может быть, вы всё-таки ответите на мой вопрос? С каких пор жрицам Диру позволено похищать людей? Ни в одном уложении я не видел упоминания «права» храма на слышащих зов.

В сумерках жёсткое лицо Килии казалось более неприятным, нежели обычно, а волосы вместо серебристых казались грязно-серыми. Женщина перебросила тяжёлую косу назад.

— В нашем оно есть, — жрица явно хотела настоять на своём.

— Покажите его.

— Уложение нашего храма передаётся из уст в уста.

— Как удобно! — вмешался Кортик. — А главное, можно придумать любое правило! Неужели вы думаете, что стражи не изучали своды и договоры между духами и служительницами Диру? Уложение строго указывает на недопустимость принуждения.

— Вы сами просто придумываете это! — сузив глаза, прошипела Килия.

— Вы можете верить в это, если хотите, канна. Но ведь проблема не только в этом. Где настоящие жрицы?

— О чём вы? Все жрицы, что есть в храме, — настоящие!

— Лем? — спросил Кортик.

— Она говорит правду.

— Тогда, как вы, жрица Килия, обладая истинной силой, можете петь прощальную песнь вместо приветственной?

— О чём говорят стражи, старшая жрица Килия? — нахмурившись, спросила племянница главы.

— Я не представляю о чём они говорят, девочка.

— Врёт, — жёстко сказал Лем.

Женщина неприязненно посмотрела на врача.

— Кто этот мальчик?

— Этот молодой человек был тронут Светом Диру, канна. Зачем вы используете слова прощальной песни, но поёте мелодию приветственной?

— Я отказываюсь отвечать! Лира, за меня!

Килия подала какой-то сигнал и её тут же окружили жрицы. Они начали петь. Все на площади замерли, не в силах пошевелиться. Лишь Верховная и её верные охранники могли двигаться. «Я надеялась, что до подобного не дойдёт», — прошептала Иона и вышла из-под защиты друзей. Мар внезапно словно материализовались из воздуха, из-за чего жрицы, стоявшие рядом с Килией, чуть не сбились.

Принцесса сняла капюшон, затем плащ, сковывавший движения, и передала его Альне. Мар, поклонившись, приняла его.

Жрицы с ужасом наблюдали за странной четвёркой, на которую не действовала сила Диру.

Лея закрыла глаза, вдохнула и тоже запела. Её голос разнёсся по всему храму, отражаясь от стен и звеня колокольчиками в каждом уголке. Казалось, что воздух стал чистым и звонким, словно в морозное утро, но при этом не было присущего морозному утру холода.

Вначале мелодия Ионы гармонично сплеталась с песней жриц, но вскоре она начала меняться, и женщины начали подстраиваться под изменение мелодии, которое вносила Верховная. Они были словно неумелый хорист, который повторяет за альтами, будучи сопрано.