Стихотворения и поэмы
Шрифт:
33
Текут за днем другие дни Чредою постоянной, И кроют будущность они Завесою туманной. Плывет луна, проходит год. «Оскар не возвратится»,— И реже старец слезы льет, И менее крушится. 34
Оскара нет — Аллан при нем: Он дней его опора; И тайным пламенным огнем К нему пылает Мора. Подобный брату красотой И дев очарованье, Привлек он Моры молодой Летучее вниманье. 35
«Оскара нет, Оскар убит, И ждать его напрасно,— Стыдливо дева говорит, Сгорая негой страстной.— Когда ж он жив, то, может быть, Я — жертвою обмана; Люблю его, клянусь любить Прелестного Аллана». 36
«Аллан и Мора! Год один,— Им старец отвечает,— Продлите год: погибший сын Мне сердце сокрушает! Чрез год и ваши, и мои Исполнятся желанья: Я сам назначу день любви И бракосочетанья…» 37
Проходит год. Ночная тень Туманит лес и горы; И вот настал желанный день Для юноши и Моры. Пышнее на небе блестит Светило золотое; Быстрей во взорах их горит Веселие живое. 38
Я слышу рокоты рогов И свадебные клики, И сонмы старцев и певцов Ликуют вкруг владыки; Летают персты по струнам, Пылает дуб столетний, И ходит быстро по рукам Стакан отцов заветный. 39
В одеждах пышных и цветных Герои собралися, И в Альве песни дев младых И цитры раздалися. Забыта горесть прежних дней; Все пьют блаженства сладость, И средь торжественных огней Таит невеста радость. 40
Но кто сей муж? Невольный страх Черты его вселяют; Вражда и месть в его очах Как молнии сверкают. Незнаем он, не Альвы сын, Свирепый и угрюмый, И сел от всех вдали один, Исполнен тяжкой думы. 41
Окрест рамен его обвит Плащ черный и широкий; Перо багровое сенит Шелом его высокий. Слова его — как гул вдали, Как гром перед грозою; Едва касается земли Он легкою стопою. 42
Уж полночь. Гости за столом, Живее арфы звуки, И кубок с дедовским вином Из рук летает в руки. Желают счастья молодым, Поют во славу Моры; Стремятся радостные к ним Приветствия и взоры. 43
И вдруг, как бурная волна, Воспрянул неизвестный, И воцарилась тишина И трепет повсеместный. Умолк веселый шум речей И свадебные клики, И страх проник в сердца гостей, И Моры, и владыки. 44
«Старик, — сказал он, — вкруг тебя, Как звезды вкруг тумана, Пируют верные друзья И славят брак Аллана. Я пил за здравие сего Счастливого супруга, Пей ты за здравье моего Товарища и друга! 45
Скажи мне, старец, для чего Оскар не разделяет Веселья брата своего? Зачем не поминает Никто при вас о сем ловце? Где Альвы украшенье? Зачем не здесь он, при отце? Реши мое сомненье!» 46
«Оскар где? — Ангус отвечал, И сердце в нем забилось, И в золотой его бокал Слеза из глаз скатилась.— Давно, мой друг, Оскара нет: Где он — никто не знает; Лишь он один на склоне лет Меня не утешает». 47
«Лишь он один тебя забыл…— С улыбкою ужасной Свирепый воин возразил.— А, может быть, напрасно Ты плачешь каждый день об нем, И нам бы о герое Беседовать как о живом В пиру, при шумном рое. 48
Наполни кубок свой вином, И пусть он переходит Из рук в другие за столом: Оскара он приводит На память любящим его. Я всем провозглашаю: За здравье друга моего Оскара — выпиваю!..» 48
«Я пью, — ответствовал старик,— За здравие Оскара!» И загремел всеобщий крик: «За здравие Оскара!» — «Оскар в душе моей живет,— Сказал старик, — как прежде, И если жив он, то придет: Я верю сей надежде». 50
«Придет иль нет, но что ж Аллан Не пьет вина со мною И держит полный свой стакан Дрожащею рукою? Зачем, скажи, Оскаров брат, Зачем сие смущенье? Иль ты не можешь и не рад Исполнить предложенье? 51
Какой тебя волнует страх? Мы пили — не робели!» И быстро розы на щеках Аллана помертвели, Течет с лица холодный пот, На всех взор дикий мещет, К устам подносит — и не пьет, И в ужасе трепещет. 52
«Не пьешь, Аллан! Прекрасно, так! Любви весьма нелестной Ты показал нам явный знак! — Воскликнул неизвестный.— Я вижу: хочешь честь воздать Геройскому ты праху, Но на челе твоем печать Не радости, а страху». 53
Аллан неверною рукой Пред воином грозящим Подносит кубок круговой К устам своим дрожащим… «Я пью, — сказал, — за моего Любезного Оскара…» И кубок пал из рук его, Как будто от удара! 54
«Я слышу голос: это он — Братоубийца злобный!» — Раздался вдруг протяжный стон И вопль громоподобный. «Убийца мой!» — отозвалось По всем концам собранья, И с страшным гулом потряслось Стремительно всё зданье… Поделиться с друзьями: