Стихотворения и поэмы
Шрифт:
7
Он встает… Какая встреча! Если б яростная сеча Их неистово свела, Если б лаврами обвитых Двух героев знаменитых На погибель обрекла,— О, тогда и гром и бури Засверкали б на лазури Их убийственных мечей И сразились бы стихии, А не воины лихие Пред мильонами очей. Но теперь — один, великий, Без покрова и друзей, У могущего владыки Необузданных мужей Ищет с гордостью свободной Или жизни благородной, Или смерти, как злодей. Кориолан Аттий! Рок меня коварный Справедливо погубил — Слишком Рим неблагодарный, Слишком много я любил! Он изгнал меня… я снова У старинного врага; Для услуг его готова Беспощадная рука, Для вражды непримиримой — Голова моя и кровь! Ах, без родины любимой В сердце месть, а не любовь!.. Глава четвертая
ГРАЖДАНКА
1
Светило дня роскошно и светло По небесам безоблачным текло И озаряло Рим унылый, Когда в виду его граждан, Военачальник чуждой силы, Как бранный дух, предстал Кориолан. Уже не славу, но оковы, Не щит, а гибельный булат Принес в деснице он суровой Для казни Ромуловых чад. Смотри, тиран народов вероломный, Любимец счастья и богов, На этот сонм, могучий и огромный, Твоих завистливых врагов! Дерзнешь ли ты, как прежде, горделивый, Рассеять их несметные толпы? Падут ли в прах с потупленною выей Перед тобой мятежные рабы? Увы!.. Одни высокие твердыни, Одни бойницы — твой покров, И превратил огонь в печальные пустыни Богатство сел твоих, и нив, и городов! К тебе как гений разрушенья Притек неистовый герой — Обмыть в крови на поле мщенья Позор обиды роковой!.. 2
Кто видел бурные потоки, Когда с вершин утесов и холмов Они бегут и роют путь широкий Среди степей, среди лесов И рушат всё стремительною лавой,— Так и отважные сыны Свободы дикой и войны Текли на подвиг величавый. И смерть и кровь по их следам — И исполин, доселе знаменитый, Везде рассеянный, разбитый, Спешит в отчаянье к стенам. И вопли жен осиротелых, И укоризны матерей, И ропот старцев, поседелых На поле славы прежних дней, Встречают с грустью безнадежной Остатки робких беглецов; И стыд неволи неизбежной, И звук торжественных оков Над ними носится незримо, но мятежно, Как молния во мраке облаков… Нередко, погружен в мучительные думы, Когда во тьме ночей дремал покойный стан, На город мрачный и угрюмый С невольною тоской взирал Кориолан. В каком печальном униженье Стоял, как призрак, перед ним Тот самый гордый, сильный Рим, Краса могучих поколений, Который, страшен и велик, Был некогда грозой народов и владык; Тот Рим, отечество героев, Который он на поле боев Прославил гибельным мечом И наконец карал без сожаленья, Как жертву праведного мщенья, В безумстве жалком и слепом! 3
Как гражданин страны несчастной, О ней он втайне тосковал; Он часто к родине прекрасной Мечтой высокой улетал, Но приговор несправедливый, Но голос чести и стыда В его душе самолюбивой Таились яростно всегда; И он презрел, неумолимый, Права, законы, самый рок — И славный град вражде непримиримой И разрушению обрек. Увы, священная свобода! Ни представители народа, [103] Ни жрец верховный, ни сенат В зловещий день не охранят Тебя надежною эгидой От непреклонного врага! Кто движим местью и обидой, Кого свирепая тоска Казнит и мучит самовластно, Кто утонул в пучине зла, Тому раскаянье ужасно, Тому отрада немила; Тот увлечен ожесточеньем Безумной воли и страстей И дышит весь уничтоженьем, Как недруг неба и людей… Таков Кориолан!.. Народ самодержавный, Тебе он произнес печальные слова: «Я гражданин изгнанный и бесславный, — Огонь и меч — мои единые права! Я их внесу рукой окровавленной В чертог тиранов и судей — И не спасет гордыни униженной Ни стон, ни вопль, ни святость алтарей!..» 103
Здесь говорится о безуспешном посольстве к Кориолану римского сената и жрецов.
4
Где раздались протяжно и сурово Глухие звуки этих слов? Под сводом неба, средь шатров, Где всё шумит, где всё готово Восстать и тучей громовой Лететь за славою на бой… Совершилось!.. Благодатный Луч надежды изменил! Ополчись на подвиг ратный, Гений Рима — воин сил! Где вы, праотцы и деды Погибающих сынов? О, покиньте для победы Сени мрачные гробов! Пронеситесь над главами Устрашенных беглецов, И рассеются пред вами Сонмы лютые врагов! Но нет! Блистают копья, брони. Стучат железные щиты; Покрыли воины и кони Луга, долины, высоты; Тревога, грохот, гул и клики, Земля и стонет и гудит — И горе, горе, Рим великий, Твой час, последний час пробит!.. 5
Кто этот муж иноплеменный, Всегда и всюду впереди? За ним волною разъяренной Текут народы и вожди; Его десницы мановенье, Единый взор его очей Приводят в трепет и волненье Толпы воинственных мужей… Уже он близок; из колчана Выходят стрелы, миг один — И, может быть, к стопам Кориолана Падет покорный гражданин!.. 6
Но что за дивное явленье, Откуда страх между бойцов? Кто мог остановить внезапно ополченье Перед лицом бледнеющих врагов? Вся рать безмолвна, недвижима. Навстречу ей, торжественно, из Рима Идет не грозный легион, Предвестник битвы кроволитной, Но сонм унылый, беззащитный Младых гражданок, славных жен… С другим оружием — с слезами И распушенными власами На обнаженных раменах, С словами мира на устах, С мольбой, ничем не отразимой,— Они идут тебя сразить И пламень мести потушить В твоей груди, герой непобедимый!.. 7
Кого с растерзанной душой, С челом суровым и холодным, Кого ты зришь перед собой? Кто гласом грустным, но свободным К тебе воззвал: «Кориолан! Кого я заключу в горячие объятья: Тебя ли — своего отечества тиран, Навлекший на главу позорную проклятья, Или тебя — несчастный сын? Кто ты? Изгнанный гражданин Или надменный повелитель? Когда и меч, и смерть, и плен Ты вносишь в недра этих стен,— Зачем же медлишь, победитель, Своих детей, жену и мать Цепями рабства оковать? Карай меня всей тяжестию мщенья! Я Рим повергла в море зла И недостойна сожаленья — Я жизнь преступнику дала!..» Поделиться с друзьями: