Чтение онлайн

Мы спросили у него, где комиссар. Двое журналистов, сказали мы, хотят видеть его. Он выслушал нас, прищурившись, и ответил:

– - Господина комиссара нет. Он уехал, -- и показал рукой в сторону реки. А потом снова опустил голову, как бы давая понять, что разговор окончен. Двери виллы были закрыты, окна тоже. Может, комиссар был в Марагуа, а может, следил за нами Впрочем, это ничего не меняло. Он не желал разговаривать с нами -- вот и все. Мы ушли.

Несколько нищих полуголых ребятишек с непомерно раздутыми животами появились неизвестно откуда и окружили нас, ничего однако не говоря и не решаясь попросить милостыню. Дег раздал им жевательные резинки и мелочь. Они убежали.

– - Напишите об этом, Мартин, -- сказал Дег, глядя им вслед, -напишите, что здесь, в Марагуа, дети никогда не кричат и не смеются.

– - Пойдем в гостиницу, Дег, -- предложил я, -- тут столько всего, о чем можно было бы написать. Но мы приехали сюда из-за Онакторниса, не забывай об этом.

Мы вернулись в гостиницу, и день этот, проведенный в ожидании вертолета, тянулся невероятно долго. Оказавшись среди этих туземцев, таких изнуренных и несчастных, таких непробиваемо равнодушных ко всему окружающему, мы почувствовали себя за пределами цивилизации: беспомощные люди перед страшным живым океаном джунглей и жалким форпостом рода человеческого, Бог весть какими силами поддерживающим свое существование. На что мы могли рассчитывать?

На заходе солнца, когда мы попытались купить что-нибудь на рынке, еще более молчаливом, чем прежде, мы встретили старика -- того, которого комиссар, напугав, выгнал из гостиницы. Он быстро шел куда-то через площадь, но, увидев нас, внезапно остановился. Бросив в нашу сторону тревожный взгляд, он рысцой пустился по улочке, терявшейся среди хижин. Он уже готов был завернуть за угол и исчезнуть, когда мы окликнули его:

– - Эй, дружище!

Он остановился, вздрогнув, словно в спину ему вонзилась стрела, и замер в такой позе. Когда же мы подошли, он, едва повернув голову, спросил шепотом:

– - Почему вы так зовете меня?

– - А что? Разве вы нам не друг?

Он повернул к нам свое иссушенное лицо и с такой горечью посмотрел на меня, что я невольно содрогнулся.

– - Друг, -- повторил он и сразу же отрывисто спросил: -- Что вам надо от меня?

– - Ничего, мы хотели только поприветствовать вас. Вчера вечером вы так поспешно скрылись... Он стиснул зубы, пожал плечами:

– - Мне надо идти, -- сказал он и хотел удалиться, но я удержал его за руку.

Я почувствовал, как он дрожит, увидел, с каким страхом он смотрит на меня. Этот человек был унижен, запуган, избит и доведен до такого состояния, что боялся даже поднятой руки. Мне стало невероятно жаль его.

– - Вы что же, боитесь меня?
– - спросил я.

Он не ответил.

Тогда Дег, пытаясь улыбнуться, произнес:

– - Мы хотим быть вашими друзьями.

– - Друзьями!
– - сурово воскликнул старик и покачал головой.
– - Нет, друзей тут нет. Впрочем, -- добавил он, помолчав, -- если вы угостите меня

– - Конечно. Пойдем выпьем.

Старик с удовлетворением усмехнулся:

– - В Марагуа часто испытываешь жажду, -- он сделал несколько шагов и вдруг остановился.
– - Нет, -- воскликнул он, -- не могу, господа... Я забыл, что должен завершить одну работу очень срочную...

– - Но мы только по стаканчику

– - Не могу, не могу, -- волнуясь, повторил он и протянул дрожащую руку, словно отстраняя нас или умоляя не удерживать его. Мне показалось, старик хотел что-то сказать, но он резко повернулся и убежал. Дег, бросившийся было вслед за ним, сделал несколько шагов, остановился и покачал головой:

– - Господи, да что с ним случилось?

– - Обычная история -- страх перед комиссаром.

Больше мы ни о чем не говорили и вернулись в гостиницу. Дег занялся фотоаппаратами, а я принялся за свои заметки. Хозяин гостиницы притворился, будто не видел нас, так же вели себя и слуги. Я избил человека, нанятого комиссаром, и поэтому причинил им немалое неудобство. Но они не решались выгнать меня

.

Мы оставались в нашей комнате уже часа два, как вдруг кто-то легонько и осторожно постучал в дверь.

– - Можно войти?
– - услышали мы голос старика. Дверь приоткрылась, и мы увидели его иссушенное лицо. Он натянуто улыбался.

– - Господа я был весьма невежлив утром... Хотя и хотел принять ваше приглашение... Теперь же я закончил работу, которую должен был сделать и... И вот я пришел.

– - Входите, входите, -- пригласил я.
– - У нас есть шотландское виски.

Он проворно вошел в комнату.

– - Вы сказали -- шотландское виски?
– - переспросил старик, глаза его заблестели, и он протянул руки. Я утвердительно кивнул, достал бутылку и передал ему.

– - Судите сами.

Он взял бутылку, приподнял, посмотрел на просвет и, задрожав, пробормотал:

– - Шотландское виски О да... да... Именно такого цвета...
– - Он вынул пробку и принялся нюхать, глубоко вдыхая и закрывая глаза, словно в трансе: -- Да, шотландское виски, конечно... Этот запах -- Он наполнил до краев бумажный стакан, который протянул ему Дег, и поднес ко рту. Одним глотком опустошил его и на какое-то мгновение замер с остановившимся взглядом, потом закашлялся и, схватившись за живот, согнулся пополам: -- Настоящее, настоящее шотландское виски!
– - повторил он, поднимая на нас глаза, в которых стояли слезы.
– - Вот уже девять лет, как я не пил его!
– - Он отер губы тыльной стороной руки.
– - Меня зовут Савиль, -- сказал он взволнованно.
– - Самюэль Савиль, диплом парижского университета Сорбонна. Врач-хирург, да, да... Хороший хирург, думаю... А можно еще немного этого вашего шотландского виски, друг?

Я протянул ему бутылку.

– - Меня зовут Купер, для вас -- Мартин. А это Альдо Даггертон.

– - Зовите меня Дет, -- с улыбкой предложил фотограф.

Старик, не обращая на нас внимания, налил себе второй стакан:

– - О, конечно, очень приятно -- Он так же одним духом выпил еще и затем, глядя на бутылку, сказал: -- Действительно хорошее виски, а? Удивительно. до чего благотворно оно действует, не правда ли удивительно?

Пожалуй, этого уже было достаточно.

– - Что вы пришли сообщить нам, Савиль?
– - - поинтересовался я.

– - Что... вы сказали?
– - спросил он.

– - Ну, да. Вас послал комиссар, не так ли? Вы хотели что-то нам сообщить или должны были что-то выведать у нас?

Он поднял голову с таким видом, словно решился на невероятно отважный поступок. Мне показалось, что в глазах его вспыхнула давно уже забытая гордость. Но длилось это лишь мгновение. Он опять опустил голову и потерянно пробормотал:

– - Да, это комиссар прислал меня сюда. Как вы догадались?

– - Не так уж это и трудно. А отчего этот комиссар или шеф, как вы его величаете, так интересуется нами?

– - Мы рассчитывали на ваше сотрудничество!
– - с сожалением добавил Дег.

Старик стоял, опустив голову на грудь, и молчал.

– - Он приказал избить нас, вы же знаете это, Савиль?
– - спросил я.
– На пароходе он велел осмотреть мои вещи. Теперь хочет узнать, зачем мы приехали сюда... Но мы...

– - А все- таки зачем вы явились сюда?
– - спросил он, впиваясь в меня цепким взглядом.
– - Можете сказать правду, Мартин, -- добавил он, -- я здесь и в самом деле, чтобы шпионить за вами, но я ничего передам, если не захотите. Поверьте мне.