Чтение онлайн

– Откуда ты такой прыткий взялся, парень?

– Приехал с ранчо <Клин Крик>!
– четко и честно отрапортовала Оливия.

– Сколько тебе лет?
– продолжал допрос владелец лавки.

– Завтра исполнится восемнадцать, мистер.

– У тебя есть опекун, малыш?

– О, да. Его зовут Берни Дуглас, он укротитель мустангов, мистер.

– Берни? Дуглас?

– Именно. Да вы не волнуйтесь, у меня дома уже есть такой карабин, но мне придется возвращаться одному, а в городе только и слышны разговоры о какой-то банде… Мне очень нужен карабин!

– Не указывай, волноваться мне или нет. Все равно я не смогу продать тебе карабин, юноша.

– Почему? Разве у меня какие-то совершенно неправильные деньги?

– У тебя правильные деньги, молодой человек. Совершенно правильные американские доллары, но продать оружие не могу! Тебе нет двадцати одного года.

– Если мне нет двадцати одного года, то я не имею права на защиту своей жизни от диких зверей или бандитов? Тогда продайте мне индейский лук и две дюжины стрел.
– Оливии порядком надоело пререкаться с продавцом и выслушивать его нудные слова, и она раздраженно рявкнула: - Я не собираюсь никого убивать, мистер Мэтью Остин, но защищать свою жизнь во время нападения - это мое священное право!

– Согласен, парень!
– тупо кивнул владелец лавки.
– А если ты кого-то убьешь без надобности?

– Не убью, мистер Мэтью Остин. Сколько можно пережевывать одно и то же? А если убью, то отвечать за меня будет мой опекун Берни Дуглас, в конце концов!
– заорала совершенно разозленная Оливия.
– Понятно?!

– Чего ты орешь, парень? Все понятно… Как тебя зовут, кстати?
– продолжал тянуть владелец магазинчика.
– Слишком уж ты горяч.

– Меня зовут Оливер Гибсон.
– Оливия удивлялась, как у нее все-таки хватает терпения разговаривать с этим тупым занудой.
– А если на меня нападут хищные звери?

– Когда ты собираешься возвращаться на ранчо, Оливер Гибсон?

– Я выехал бы прямо сейчас, если бы вы продали мне карабин, мистер.

– Поедешь верхом?

– Верхом, на моей кобылке Лили. Мне кажется, что беседа с вами отняла у меня не меньше часа времени. Берни Дуглас растерзает вас, если меня разорвут хищные звери.

– Возможно, - вяло и тупо согласился Мэтью Остин.

– То есть, вам все равно?

– Хорошо!
– наконец-то решился мужчина.
– Возьму на себя ответственность и оформлю на твоего опекуна этот карабин и две дюжины патронов. Согласен, парень?

– Благодарю. Вы спасли мне жизнь, и мой опекун этого не забудет.

Оливия рассовала по карманам куртки блестящие патроны и радостно схватила карабин. Отсчитав необходимую сумму, она вдруг сообразила, что в карманах у нее остается всего три доллара с небольшим. А впрочем, мысли о предстоящей дороге отбили у нее желание слоняться дальше по магазинам и торговым рядам.

Закинув карабин на плечо и придерживая его за ремень, Олив зашагала по улице в сторону коновязи. Время шло к вечеру, и солнце уже склонялось к западу.

– Эй, парень!
– окликнул ее грубый голос.

Оливия оглянулась, с недоумением обнаружив на другой стороне улице двух мужчин неприветливого вида.
– Ты слышишь, к тебе обращаются джентльмены.

– Ко мне? Джентльмены?! А где они?
– очень удивилась девушка. Однако сердце екнуло, как тогда, когда раздался выстрел, и вороной жеребец в каньоне вскинулся на дыбы в последнем желании сохранить свою жизнь.
– Что вам нужно от меня, джентльмены?

– Ты говорят, парень, с ранчо <Клин Крик>?

– Да! А с кем я говорю?
– пыталась хорохориться Оливия. Они подошли ближе, и один из них схватил Оливию за локоть. Второй попытался сдернуть с ее плеча карабин, но девушка изо всех сил старалась удержать при себе оружие.

– Уберите, пожалуйста, руки!
– Оливия беспомощно озиралась и пыталась отстраниться от молодых людей. Прохожие шли по мостовой, не спеша, и никому не было дела до нее. Все, наверное, считали, что серьезные джентльмены поймали воришку или насолившего им сорванца-хулигана, поэтому предпочитали не вмешиваться в происходящее.
– Я позову полицию, джентльмены! Уберите свои руки, - снова попыталась вырваться Оливия.
– Я к вам, обращаюсь, джентльмены!

Один из мужчин лишь довольно оскалился:

– Мы слышали, что ты с ранчо <Клин Крик>, гаденыш. А я ищу свою жену - Мэган Матайес. Ты ведь тоже валялся с ней на ранчо под одним одеялом, щенок? Она очень горячая штучка, верно?
– и он вновь попытался схватить ее карабин.

Оливия сообразила, что этот неприветливый <джентльмен> и есть муж Мэган, продавший ее в публичный дом. Неприятный тип, право слово! Мэган была права, что называла его ублюдком.

– Не знаю я никакой Мэган, тем более Матайес!
– Оливия хотела выругаться в адрес проститутки, подставившей ее, но сдержалась и, как только молодой человек ослабил хватку, рванулась вперед.

На ходу Оливия соображала, как быстрее добраться до Лили, стоящей возле коновязи. Патроны оттягивали карманы и колотили по бедрам. К тому же на пути Оливии часто оказывались леди с длинными шуршащими юбками, их тянущиеся по земле подолы все время попадали ей под ноги и мешали бежать. Да и эти господа оказались не промах. Прохожие расступались перед бегущим подростком и сочувственно подбадривали криками:

– Парень, поддай-ка жару! Подстегни коней, малыш!

Длинные ноги Оливии не знали усталости и покрывали пространство длинными прыжками. Девушка понимала лишь одно: похоже, эти подонки не знают дороги на ранчо. Это немного утешало и радовало, но значило так же и то, что они постараются не упустить ее из вида и отправятся в погоню. А она не имеет права привести их с собой. Там никто ничего не знает об агрессивно настроенном муже Мэган, который прибыл с партнером по подлости.

Наконец впереди показалось место, где были расположены коновязь и поилка для лошадей. Лили приветливо вытянула шею ей навстречу и фыркнула.

– Парень, твоя кобыла, похоже, вот-вот потеряет подкову. Кузница за углом!
– крикнул ей вслед сторож на коновязи, охотно принимая последние три доллара. Девушка торопливо отвязала повод, почти не обратив внимания на слова конюха.

Оливия немного опережала своих преследователей. Она быстро вскинула на спину кобылы вьючные сумки с покупками, вскочила в седло и помчалась прочь из города, с места пришпорив Лили. Не сбавляя хода, Лили выскочила за окраину городка и помчалась по дороге в горы.

Солнце скатилось совсем низко. Теперь оно словно зависло над снеговыми вершинами хребта Элберта. Дорогу Оливия хорошо запомнила, еще когда ехали первый раз с караваном. У нее была замечательная память, она даже мысленно представляла каждый поворот и каждую развилку, поэтому совершенно не боялась заблудиться.

Но внезапно Лили оступилась и захромала. Преследователи быстро теперь приближались к ней, и уже был слышен их довольный хохот:

– Никуда не убежишь теперь, ублюдок. Чего ты бросился бежать, парень? Как видно, ты валялся с Мэган! Ну, и как тебе показалась моя венчанная жена, парень? Ты мой должник теперь!