Чтение онлайн

– Возьмем их с собой или сдадим шерифу сэру Питеру Хиддингсу? Тут совсем недалеко до Смоки-Хилл.

– Сэр Хиддингс давненько мечтает встретиться с Фрэнки Смиттом. Именно с этим Фрэнком Смитом, а вовсе не твоим отцом… - постепенно Мэган приходила в себя, хотя все еще ощущала неловкость и скованность.
– Вроде бы, не принято сдавать полиции своего венчанного мужа и его друзей, но, может быть, стоит нарушить это негласное правило?..
– она задумчиво посмотрела на Сэма: - Как ты считаешь, дорогой Сэмми?

– Пожалуй, стоит перевязать твоему мужу рану, Мэган, - Оливия тоже начала успокаиваться.
– Этот Фрэнки - криворукий и жадный. Не мог даже сделать хорошую перевязку - пожалел рубашку!.. Прости, что прострелила Сэму ногу. Иначе их невозможно было остановить. Но зла на них я не держу, и… наверно, нам придется взять их с собой на ранчо!
– неожиданно великодушно простила Оливия своих преследователей.
– Сэму стоит подлечиться и немного утихомириться.

– Мы не будем сдавать вас полиции, джентльмены!
– Берни Дуглас был так же в благодушном настроении. Он с любовью смотрел на живую и невредимую Оливию и не понимал, отчего так весел и доволен. Совсем недавно он собирался задать Оливии примерную трепку, а теперь не мог выдавить из себя ни одного бранного слова. И только глупо улыбался, глядя на девушку. Он должен был сознаться, что его злость пропала, как только он услышал ее язвительный голосок, переругивающийся с Сэмом и Фрэнки.
– А за это вы поможете отогнать наш табун до Райфла. Согласны?

– Вы погоните их в армию?
– поинтересовался Сэм, сообразивший, что никто не собирается чинить над ним и Фрэнком расправы. Ему стало легче после того, как Мэгги сделала надрез, извлекла пулю и туго перевязала ногу, остановив кровотечение. Он понял, что в создавшемся положении многое сейчас зависит от его жены, и потому жалобно заныл: - Мэган, прости меня. Прости меня, дорогая! Ты же знаешь, что я очень люблю тебя. Ты - самое дорогое, что есть в моей жизни… - и он принялся нервно целовать руки Мэган, испачканные его кровью.

– Уже на днях приезжают еще четверо погонщиков, так что скоро мы отправляемся.

Оливия с удивлением смотрела на Берни Дугласа, способного в такой ситуации обсуждать свои дела. Девушка сейчас с огромным удовольствием отвесила бы Берни приличную оплеуху. Плюнув со злости, она отвернулась от внезапно опостылевшей ей компании.

Брат подвел ей незнакомого жеребчика, и Оливия поспешила забраться в седло.

До ранчо всадники добирались почти два часа. Фрэнк Смитт боязливо озирался от каждого шороха в кустах или стука случайного камешка, скатившегося с отвесного склона. Сэм и Мэган отстали от остальной компании: стоило Мэган пришпорить свою кобылку, как за ней торопливо устремлялся его жеребец, а Сэмми сразу же начинал ныть и причитать:

– Мэган, ты меня не жалеешь и совершенно не бережешь.

Замолчать его заставили лишь полная темнота, сгустившаяся над горами, и отчаянный крик голодной пумы, вышедшей на охоту.

Чета Мартинов, Эндрю Гилмер и Пабло Гомес встретили всадников стоя на крыльце. Оливия и Рони появились первыми. Миссис Мартин кинулась с распростертыми объятиями прямо к девушке:

– Малышка, как твои дела?
– она радостно улыбалась.
– Судя по виду, ты в полном порядке?

– Но мне пришлось подстрелить мужа Мэган!
– гордо сообщила Оливия.

– Мы остановили тебя, чтобы только спросить про Мэган, а ты кинулась бежать!
– обиженно заявил Фрэнк Смитт, рассматривая дом.

– Чтобы просто спросить, не надо было отбирать у меня карабин, - возмутилась Оливия.
– И хватать за руки…

– Прости, мы решили, что ты парень. И думали, что поговорим по-свойски…

– По-свойски - это как?
– Оливия иронично глядела на прибывшего Сэма, которого Мэган и Рони бережно поддерживали под руки. Нога у него, и правда, распухла и была похожа на хорошее бревно.

– Надо все время прикладывать тряпку, смоченную уксусом, и утром от опухоли не останется следа, а если уксуса нет, то можно прикладывать свежие листья капусты или свеклы. У нас есть на огороде и то и другое, - добродушно посоветовала Оливия.
– Так всегда делала бабушка, когда я в детстве набивала шишки и ссадины.

Вины за рану Сэма она совершенно не чувствовала. Она предупредила этих вонючих хорьков, что стреляет, как Робин Гуд, а они не поверили и пытались добраться до нее. Оливия и сейчас не верила тихому Фрэнку и ворчащему Сэму.

– Этот подонок Сэмми, дорогая миссис Лиззи, так оскорблял Мэган, а она уговаривает его, точно любящая матушка капризного ребенка, и твердит, что очень любит. А он продолжает поносить ее всякими бранными словами… Разве так можно?
– недоумевала и возмущалась Оливия.

– В жизни бывает еще и не такое, милая Оливия!
– миссис Мартин замешивала в квашне тесто, а Оливия сидела на табуретке, рассказывая, что с ней приключилось.
– Брак Сэма и Мэган освещен церковью и законом!

– Церковь, может, и благословила такой брак, миссис Лиззи, но сам Господь, Творец наш Милосердный, такой брак не может благословлять. Это кощунство, миссис Лизи. Если какой-то пастор скажет мне, что это не так, то он и не священник вовсе.

– В тебе еще бьет через край детская наивность, Оливия. Но жизнь слишком сложна, чтобы раскладывать ее по полочкам… Я так рада, что ты вернулась, и представить нельзя. Не то Берни Дуглас сжил бы меня со свету.

– Он бранился на вас, миссис Лизи?

– Еще как, детка!

– За что?

– За то, что я отпустила тебя в Смоки-Хилл.

– Я уехала сама, по сути дела, просто поставив вас в известность. Вы так бы и сказали ему…

На кухню, мягко ступая, вошел Берни Дуглас:

– Все возмущаешься, Оливия? Своим поведением ты ставишь в тупик не только миссис Мартин.

– А кого еще, Берни Дуглас?
– Оливия посмотрела в глаза опекуну своими честными синими глазищами.

– Похоже, ты готова к серьезному разговору, Оливия?

– Иди, переоденься, детка!
– миссис Мартин с пониманием взгялнула на Дугласа и подтолкнула Оливию в спину.
– Иди, надень свое синее платье, малышка.

Оливия зашла в темную комнату. Нашарила на подоконнике спички. Затеплила огонь в лампе, надела стекло и поставила светильник на подзеркальник. В небольшом зеркале увидела свое отражение. Глаза испуганные, щеки бледные, впалые… Пальцы у Оливии отчего-то дрожали, когда она снимала платье с вешалки. Сбросив мужскую одежду, девушка надела тонкое белье и платье и тихо выглянула из комнаты.

Все уже давно разбрелись по своим углам. Только на кухне мерно вымешивала тесто миссис Мартин, да в комнате Мэган похрапывал Сэм. Берни Дуглас дал ему выпить немного виски, и Матайес погрузился в крепкий сон. Рони ушел с Пабло и Эндрю в летний дом, уступив место рядом с Мэган ее законному мужу.

Берни стоял настороже рядом с дверью в ее комнату. Оливия повернулась к нему спиной, показывая, что надо застегнуть пуговицы. Он быстро пробежал немного неуклюжими, вздрагивающими пальцами по застежкам. Шелковистая ткань цеплялась за шершавую кожу и слабо потрескивала.