Чтение онлайн

– Ринат, не думаю, что он лично ненавидит тебя. Мне кажется, ему понравилось твое хладнокровие, да я и сам стал замечать, что ты уже не так вспыхиваешь, когда тебя достают. Спокойно выслушиваешь очередную выволочку и отправляешься отжиматься по сто раз в три подхода.

– Пожалуй, ты прав, я уже не боюсь его ненавистного голоса. А лишний раз побегать или подтянуться на перекладине – для меня не проблема. Ушел мой страх бесконечного ожидания его недовольства.

– Ринат, но он же унижает тебя.

– Брось, теперь я воспринимаю все его подлости, как вынужденное прохождение через вонючее болото. Прошел, не уклонился и посмотрел в глаза гаду. Знаешь, Павел, завтра я уже не буду реагировать на него так нервно. Не дождется.

– Ну и замечательно, – пробормотал Павел сквозь сон.

Но его сон оказался недолгим. Все подразделение проснулось около часу ночи от шума взрывов, криков паникующих курсантов, громких команд инструктора, пытающегося построить свою группу. И снова пошли бесконечные марш-броски, только теперь и ночью. Опять полоса препятствий, силовые упражнения. Времени на сон – часа два-три, все остальное время отрабатываются действия, приближенные к боевым.

И, наконец, начался основной курс подготовки разведчиков-диверсантов. На этом курсе Павла и его товарищей учили2 пользоваться снаряжением, оружием, техническими средствами, приемам их применения, различным способам проникания к объектам диверсий. Обучали навыкам и приемам рукопашного боя, снятию часовых, метанию ножей, использованию в схватке подручных средств.

Павла готовили служить в особых войсках Красной Армии. Они имели специальную цель: отвлечь внимание противника от основного театра военных действий на периферийный. Для этого должны были присутствовать бойцы, способные малыми силами добиваться огромного результата. Кроме того, они осуществляли обследование тылов противника с особой задачей, поставленной командиром. Курсанты учились мгновенно и продуктивно действовать во всех земных стихиях – на земле, в воде, воздухе и огне, при любых катаклизмах и в разных климатических условиях. От бойцов требовалась смелость, способность совершить что-то, невзирая на риск, также расчетливость, способность основывать свои намерения на проверенных данных. Особенно поощрялись преодоление страха, хладнокровие, умение выдерживать огромные физические и эмоциональные нагрузки. Их обучали не соглашаться с собственной слабостью, не бросать начатых действий, достигать выполнения поставленной цели, невзирая на личную опасность. Цель важнее собственной жизни. Учили мастерски владеть любым оружием, искусно обращаться с боевыми средствами, приготовленными к действию для сугубо их целей.

Павел осваивал технику диверсионного дела, особенно подрывного, минно-взрывные средства. Диверсантов обучали установке неподвижных зарядов на земле и на воде с целью подрыва налаженных коммуникаций вражеских войск. Учили маскировать мины. Специальный курс был посвящен парашютно-десантной подготовке.

Обучали умению вести наблюдения, обращать внимание на любые мелочи, выбирать приоритеты. Захватывать и силою выводить за линию фронта офицерский состав противника.

Павла обучали способам маскировки, изготовлению фальшивых удостоверений, знанию приемов, применяемых для добывания информации, технике передачи информации.

Павел изучал характер информации и форму сообщений, сбор информации и взаимодействие при этом с разными людьми, общее инженерное и радиодело, искусство отображать местность на карте, фотографию, маскировку, уход от слежки, использование запасных явок, манеру поведения.

Особо обучали способу изготовления подрывных средств из легкодоступных материалов, снайперской стрельбе из различных видов оружия.

Павла нацеливали на проникновение в расположение войск неприятеля, организацию разведывательной и диверсионной работы в тылу врага, на участие в партизанском движении. Готовили к участию в операциях, связанных с повышенным риском, требующих нестандартных решений. Он попал в среду, где готовилась элита для разведывательно-диверсионных операций Красной Армии.

Павлу помогало в обучении его чувство юмора, вера в друзей, терпение и полная уверенность в себе. Он не боялся чужого неодобрения, у него были высокие идеалы, и юноша мечтал, как в детстве. И во всех мечтах присутствовала его фантастическая Вероника.

Часть вторая

Глава 1

– Павел, сколько можно строчить, не понимаю, что еще можно сообщить девушке. Ты пишешь, не переставая, всю дорогу и отсылаешь письма на каждой станции.

– Ринат, уймись, я пишу письмо Веронике, а не боевое донесение в штаб. Сам знаешь, только сейчас у меня появилось немного свободного времени, вспомни, чем мы занимались всю зиму. Завтра прибываем в Кобрин, и я сомневаюсь, что в лагере у меня будет время для писем.

Павел Граф и Ринат Абдулов вместе с сопровождающим их инструктором, немолодым офицером разведки Семеновым Ильей Гавриловичем, ехали в полевой лагерь своей части. Он располагался на территории Западного Особого Военного Округа, недалеко от границы. Была душная июньская ночь сорок первого года, поезд прибывал на станцию Брест в воскресенье, около семи утра.

Ринат демонстративно перевернулся на другой бок и запыхтел на верхней полке купе.

– Ринат, не завидуй, не сомневайся, твое время тоже придет. Какая девушка устоит перед таким красавцем с белобрысым чубом и наглыми серыми глазами? А ведь она еще не будет знать, что ты попадаешь в десятку, почти не целясь, – с нижней полки Рината поддел голос Семенова. Майор был военным специалистом, пользующимся огромным авторитетом у бойцов части, они всегда называли его только по имени и отчеству. В этой поездке он был за старшего.

– Илья Гаврилович, вы думаете, меня волнуют эти особы? Они готовы лишь пилить тебя по любому поводу и без конца завидовать подругам, которым больше повезло с мужьями. Нет уж, благодарю, но свою свободу я отдавать никому не намерен. Я никогда не женюсь…

– Ринат, ты рассуждаешь, как много поживший и уставший от жизни повеса. А между тем тебе всего двадцать лет.

– Ну, я не говорю про всех женщин…

– И правильно делаешь, – раздался голос Павла, который, не отрываясь от записей, прокомментировал речь друга, – вот я напротив, знаю немало женщин, ради которых мужчины готовы расстаться со своей свободой.

– И, наверное, одна из них твоя мать, – на Павла внимательно посмотрели глаза майора.

– Да, Илья Григорьевич, это моя мать, – Павел перестал писать, он напряженно смотрел на собеседника. – Я помню ее очень хорошо, тогда мне было уже семь лет. Когда я ее вспоминаю, на меня накатывает волна нежности. Мои отец и мать очень любили друг друга. А еще Татьяна, вырастившая меня, ее дочь Наденька, тетя Дуся и, конечно, Вероника. Эти женщины, все по-разному, но освещали мою жизнь.

– Прости, Павел, но в астраханском приюте мне такие женщины не встречались.

– Знаешь, Ринат, если все же ты остался жив, если сумел сохранить в себе достоинство человека, у которого есть идеалы, значит, и в том детском доме была хоть одна женщина, которая поддерживала в твоем сердце любовь к жизни, – негромко сказал Семенов.

– Да, сами знаете, что позже я встретил такую женщину.

Семенов уснул, скоро засопел и Ринат. Наконец разделся и лег Павел. Он долго лежал с открытыми глазами, еще раз переживая все ощущения, которые испытал при написании письма. Как хорошо, что в его жизни присутствует эта девочка, Вероника… Он заснул перед самым рассветом.

Они проснулись под пронзительные оглушающие звуки разрывающихся бомб. Состав как раз проходил лесной участок, и немедленно остановился. Пассажиры в панике выпрыгивали из вагонов и бежали в лес. Небо было черным от огромного количества вражеских самолетов. Некоторые стали пикировать и сбрасывать бомбы над остановившимся поездом.

Семенов с первых же секунд сориентировался в происходящем.

– Быстро одеться, собрать вещи и уходить в лес. Сомнений нет, это война.

Группа четко выполнила приказ и покинула поезд. Вокруг вздыбливалась земля, пронзительно кричали матери, потерявшие детей, горели вагоны. Раненые пытались из последних сил ползти к спасительному лесу. Обезумевшие люди забивались под вагоны, которые были главными целями немецких асов; царили неразбериха и замешательство.