Чтение онлайн

Каким бы «гнилым» на первый взгляд не казался подарок барона - я приму его. Потому что здесь есть потенциал, масштаб которого мне только предстояло осознать.

И стоило только мне принять это решение, как меня словно отпустило непонятное напряжение и даже дышать стало легче.

Я снова огляделась, но уже с новой мыслью: «Это все мое».

Это мое.

Впервые в этом мире у меня появилось что-то действительно принадлежащее мне . И пусть оно пока было заброшенное, неразработанное, почти дикое - но я приручу эти шахты, клянусь.

На губах сама собой появилась улыбка, и будто соглашаясь со мной малыш снова толкнулся. Я нежно коснулась живота, ощущая, как меня переполняет столько любви и силы…

Ради тебя, мой драгоценный, я сделаю все что угодно. Все. Что. Угодно.

Эти шахты - это не мой подарок. Это все твое. И я позабочусь о том, чтобы ты гордился тем, что тебе досталось. Захотелось осмотреть все деревянные коробы, разгадать тайну всего того, что осталось от ведьмы, но куда важнее было найти питье.

Ковыляя меж ящиков, я внезапно обнаружила еще одну дверь, притаившуюся в тени, и шагнула к ней не раздумывая. Пришлось сделать лишь пару десятков шагов, как вдруг до меня донесли крики:

— Госпожа Брамс! Госпожа Брамс!

Вот уж не думала, что так обрадуюсь голосу господина Лераш!

Ускориться и приблизить свое обнаружение у меня к сожалению не вышло из-за живота, но вскоре я уже видела выход, в котором мелькал горизонт, с разлитым по краю оранжево-красным солнцем.

— Я здесь! — крикнула я Даниелу и помахала рукой, чтобы привлечь его внимание.

Он молниеносно повернулся и застыл. Каждый мускул на его лице напрягся, когда он увидел мой живот. Губы дрогнули, и спустя мгновение изогнулись в натянутой улыбке.

— Госпожа Брамс?

Взгляд Лераша был прикован к моему животу, и не оставалось сомнений, почему именно в его обращении ко мне была вопросительная интонация. Там явно было пропущено много матов.

На голоса прибежал запыхавшийся кучер, а увидев меня, побледнел, отшатнулся и судорожно осенил себя защитным знаменем.

— Милостивый Господи, спаси нас! — прошептал он помертвевшими губами.

В воздухе повисло напряжение.

Мужчины опасливо переводили взгляды с меня на живот, будто перед ними вдруг оказалось, какое-то лютое чудовище, а не обычная беременная женщина!

— Госпожа Брамс, — голос господина Лераш звучал обманчиво ласково.

Я прищурилась и отступила, обнимая живот, укрывая его от всех, кто мог причинить вред. Но Даниел, будто связанный со мной веревкой, зеркально сделал шаг ко мне, не позволяя отдалиться.

— Госпожа Брамс… Вы столкнулись с чем-то ужасным в этих шахтах. Позвольте помочь вам…

— Помочь? — переспросила я. Мой голос звенел от сдерживаемого гнева. — Мне не нужна помощь. Уже не нужна.

Где вы были, когда на меня напала та чертова ведьма?! Тогда помощь бы не помешала, но теперь… Теперь только троньте меня или ребенка - мокрого места от вас не оставлю!

Движения Лераша стали еще мягче, еще аккуратнее, он словно пытался подойти к опасному бешеному зверю, который в любой момент мог проявить норов.

— Госпожа Брамс… То что… Ваше положение… Вы понимаете, что происходит?

Из меня невольно вырвался смешок.

Может, это было уже что-то близкое к истерике - не знаю, но… Он серьезно?!

— И что же, по-вашему, со мной происходит? С чем мне нужна помощь, господин Лераш?

— Это… — он все старался подобрать слова. — Могу предположить, что в шахтах вы встретили ведьму. И она, полагаю, чем-то вас заразила… Всадила нечто в ваше тело.

Я стиснула кулаки так, что стало больно.

— Вы ошибаетесь, — процедила я. Челюсти свело от напряжения. — Я уже была беременна , когда вошла в шахты. Это ребенок моего покойного мужа. А никакое не отродье ведьмы!

Но Лераш словно не слушал меня. Его улыбка стала ласковее, нежнее. Он сделал еще один шаг ко мне, и я отступила.

— Я вам верю, госпожа Брамс. Но даже если вы носили ребенка… Никто не видел у вас живота. И прошло всего несколько часов. Плод в утробе не может развиваться с такой скоростью. Вы уверены, что ведьма ничего вам не делала?

Ах, вот как?

Гнев забурлил в груди, расплескиваясь по плечам.

Значит, не имеет значения, что я скажу? Выводы уже сделаны, так?!

Я вскинула подбородок, перестав отходить, как трусливая шавка, и теперь уже сама начала идти прямо на Даниела, пока не встала к нему вплотную, пока не встретила его взгляд.

— Засуньте свою осторожность, господин Лераш, себе в задницу! — прошипела я, ощущая, как греется кольцо на пальце, а мои слова словно приобретают неожиданный вес. — Если вы, или кто-то из вашей инквизиторской шайки посмеет угрожать или навредить, я убью вас голыми руками. Голыми руками, господин Лераш. Не смейте. Даже думать. О том, чтобы причинить вред. Моему. Ребенку!

Он сглотнул, и я заметила каплю пота, что скатилась по его виску. Так сильно напугался слов беременной женщины? Слабак!

Я скривилась.

— Мы поняли друг-друга?

— Более чем, — хрипло ответил он и, поспешно развернувшись, вернулся в карету.

Кучер же теперь и вовсе смотрел на меня, как на беса, которого изрыгнула сама Преисподняя. Встретившись со мной взглядом, он снова осенил себя защитным знаменем и скорее полез на козы.

Я поджала губы.

Съездила к шахтам, называется…

Ну, что ж… Что есть, то есть… Зато я на несколько месяцев ближе ко встрече с моим сокровищем. Положив живот на руку, я тоже направилась к карете, и в этот момент малыш в животе толкнулся, будто поддерживая меня.

Ласково ему улыбнувшись, я взобралась внутри, и мы тронулись.

До самого замка кучер гнал лошадей так, словно за нами гнались толпы монстров. А Лераш больше не произнес ни слова. Это должно было меня встревожить, но я слишком устала. Утолив жажду и перекусив провизией, которую мы брали с собой, я откинулась на спинку сиденья и задремала.