Свет маяка
Шрифт:
Так ему и надо!
Порочная мысль расцвела пышным цветом и не замедлила принести злые плоды. Берил упивалась собственной властью. Луис полагал, что, чего доброго, разорился или влип в неприятности, - так с какой стати разубеждать его? Зачем упрощать ему жизнь? Она, Берил, вовсе не обязана рассказывать ему то, что знает. Другого шанса отомстить может и не подвернуться. А так все сложилось само собою.
Разумеется, со временем Луис все вспомнит, да только доказать ничего не сможет. А какое это удовольствие - наблюдать, как владелец "Критериона" зарабатывает на хлеб тяжким трудом! Ничего, поучиться смирению всегда полезно...
Берил ослепительно улыбнулась.
– А ежели память вернется к тебе раньше, чем ты закончишь с ремонтом, ты, небось, сбежишь и бросишь Клайва на произвол судьбы?
– Как бы все ни обернулось, я доведу дело до конца, - пообещал Луис.
– Ну ладно, разбирайтесь промеж себя, не моя это проблема, - произнесла Берил, отворачиваясь, чтобы скрыть довольную усмешку.
– Раз уж навязался на нашу голову, так с паршивой овцы хоть шерсти клок!
И она не спеша направилась назад, к себе. Но не успела сделать и нескольких шагов, как ее нагнал Луис.
– Надо бы мне переодеться во что-нибудь попроще, раз на крышу лезть придется, - пояснил он в ответ на вопросительный взгляд молодой женщины.
– Попроще? Так у тебя ж ничего нет, - удивилась она.
– Знаю... Я просто подумал: ведь вещи Джастина мне впору, а ты сказала, он за ними вряд ли вернется...
Луис умолк на полуслове, и Берил кивнула в знак согласия. Высшая справедливость, вот как это называется: пусть побывает в шкуре врага в самом что ни на есть буквальном смысле!
– Как ты внезапно передумала!
– проницательно заметил Луис, приноравливаясь к шагам своей спутницы.
– Тебе вроде бы не терпелось меня сплавить - и вдруг ни с того ни с сего ты сама подзуживаешь меня остаться!
– Женщины так загадочны, так непредсказуемы...
– проворковала Берил, подставляя лицо солнечным лучам; ветер задувал с моря, оставляя на губах солоноватый привкус.
– Ты наконец поняла, что я не представляю опасности ни для тебя, ни для других, да?
– размышлял Луис вслух.
– Решила мне довериться?
– Да при чем тут ты?
– раздраженно бросила Берил, поскольку в голосе собеседника отчетливо прозвучала нотка самодовольства.
– Я уважаю мнение Клайва. В конце концов, он тут хозяин. А мне ты не нужен! Я вовсе не утверждала, что только и мечтаю о твоем соседстве. Согласилась потерпеть тебя, вот и все!
Луис задумчиво потер кулаком щеку - сюда-то и пришлась некогда та самая памятная пощечина, что отвесила наглецу Берил, когда тот предложил уладить их взаимные разногласия в постели.
– Сдается мне, ты что-то недоговариваешь, - протянул он.
И осторожно погладил ее бархатистую щечку, чувствуя, как под тонкой кожей разливается жар. Глаза его, подернутые дымкой, завораживали, притягивали, гипнотизировали... Большой палец задержался в уголке рта, и розовые губы встревоженно приоткрылись.
– Не надо, - чуть слышно выдохнула Берил.
– Что - не надо?
И когда он успел подойти вплотную? Почему она его не оттолкнула? Почему застыла на месте, не в силах сделать ни шагу? Ведь она владеет ситуацией, разве нет?
– Не смей ко мне прикасаться!
– Почему нет?
– Приглушенный голос Луиса звучал горько и нежно, и от этих интонаций нервы Берил вибрировали, точно туго натянутые струны.
– Чего ты боишься? Что, по-твоему, может случиться?
– Ровным счетом ничего!
– Она тряхнула головой, отгоняя наваждение.
– И не жди!
– Как скажешь.
– К ее несказанному облегчению, Луис отдернул руку.
– Я не стану.., пока.
– Он легко взбежал на крыльцо и уже в дверях обернулся через плечо и заговорщицки улыбнулся.
– Но мы оба знаем, что, помимо прикосновений, есть и другие средства.., верно, Берил, милая?
И, засвистев модный мотивчик, Луис вошел в дом... Словно только что одержал невесть какую победу, а вовсе не завербовался на работу тяжкую и грязную!
– в сердцах подумала молодая женщина.
Глава 6
– По-моему, одну ты пропустил!
Берил лениво указала на обшивочную доску под самой крышей, что отошла от каркаса и торчала как-то боком.
Луис - он только что спустился по приставной лестнице, в одной руке сжимая коробку с гвоздями, в другой молоток и зубило, - неохотно оглянулся через плечо. Берил стояла рядом с Клайвом, держа тарелку, доверху наполненную свежеиспеченными, с пылу с жару, пирожками.
– А раньше сказать не могла, пока я еще не слез?
– проворчал Луис.
– Я только сейчас заметила, - невинно отозвалась молодая женщина.
И Луис Гренвилл, мультимиллионер и владелец галереи "Критерион", безропотно полез обратно под крышу. Берил проводила его взглядом. Упершись коленями в верхнюю перекладину лестницы, новоявленный плотник споро заработал молотком. День выдался солнечный, и Луис загодя снял и обвязал ее вокруг талии, оставшись в одних потертых джинсах. Широкая, загорелая спина поблескивала от пота, под кожей перекатывались упругие мускулы.
– Загляденье, а не мальчик!
– хмыкнул Клайв, задумчиво пожевывая ус.
– Не диво, что ты так и ешь его глазами. Задумала портрет с него написать?
Досадливо поморщившись, Берил сунула старику в руки тарелку с пирожками.
– Никакой он не мальчик, а я не портретист! В толк не возьму, чего это ты с ним носишься, точно курица с яйцом!
Ей страшно не нравилось, что за какие-то несколько дней Клайв с Луисом заделались закадычными друзьями - просто водой не разольешь! Мелкая мстительность себя не оправдала: незваный гость откровенно наслаждался жизнью, в то время как Берил чувствовала себя как на иголках.
– А что такого, коли парень мне и впрямь по нраву?
– Поблекшие стариковские глаза посерьезнели.
– Мы с ним поговорили по душам; он хороший человек, славный, можешь мне поверить. Не пойму, с чего это ты на него зуб заимела!
В карих глазах Берил мелькнула тревога.
– Я ему не доверяю, вот и все.
Старик пожал плечами, поковырял в зубах щепкой и, сдвинув выгоревшую бейсболку на самый лоб, неспешно побрел к крыльцу. Он поднялся по источенным непогодой ступенькам - следующий пункт в графике работ - и тяжело плюхнулся в кресло-качалку, водрузив тарелку с пирожками на колени. Бони, почуяв возможность перехватить лакомый кусочек, подбежал к старику и жадно повел носом.