Светлая помощница темного дракона
Шрифт:
– Это могло быть нервным, Абель. В норме твои развлечения мало кому нравятся.
– Первый, ты все осмотрел?
– Да. Будущее туманно, что неудивительно: там, где до сих пор есть отголоски драконьего пламени, завеса времени закрыта.
– Но? – Абель резко повернулся и пристально посмотрел на довольно напряженного Первого.
– Но кое-что из прошлого почему-то увидел. Письмо, которое в руках держала чрезвычайно красивая женщина. Длинные темные волосы, очень светлая кожа, но не болезненно бледная, а фарфоровая, словно светящаяся изнутри. Она читала письмо. Кто ей написал, я не понял, зато увидел, откуда оно пришло.
Красивая брюнетка со светлой кожей…
– Абель, та картина с красивой женщиной, которую ты выиграл не так давно, с тобой? Ты же клал его в межпространственный мешок…
– И забыл вынуть. Как удачно, – заметил Абель. – Кажется, чье-то благословение до сих пор меня выручает. Быстренько проверим.
Абель открыл карман на небольшой сумке, прикрепленной к поясу: магия разлилась в пространстве – и тут же перед нами возникла картина.
– Мама! – воскликнул Аарен.
– Это она, – тут же сказал Первый. – Я видел именно ее.
– Откуда письмо? – спросил Абель.
– Из Нербениума, – ответил Первый. – Там еще…
– Долго разглагольствуете, к нам гости приближаются, – заметил Шейн.
– Скажи ему, чтобы он поздоровался с учителем. – Абель кивнул в сторону Аарена, а сам в этот момент сплетал заклинание.
Снова темное сокрытие? Что ж, туман скрывал всех нас превосходно. Я успела дать инструкции Аарену прежде, чем тот самый наставник показался на территории бывшей деревне Сетера.
Первое, что бросилось в глаза – аномально высокий рост. Выше всех моих спутников, почти гигант. Либо какая-то высшая раса, либо смесок. Не дракон – те умели частично контролировать свой рост, не эльф – они хоть и высокие, но стройные. Тогда кто?
Аарен стоял неподалеку от нас, но, конечно же, скрыт туманом не был. Стоило ему завидеть наставника, как на лице появилась широкая улыбка. Внезапно у меня резко участился пульс, а дышать стало труднее. Неужели мое благословение, выданное против воли благословленного, начало разрушаться? И если это так, то и откат не за горами. Я чуть криво улыбнулась.
– Что случилось? Твой знакомый? – тихо спросил Абель.
– Нет. – Я мотнула головой. – С чего ты взял?
– Уж больно резко ты побледнела.
Я стиснула зубы: очень уж не хотелось признаваться Абелю, как я опростоволосилась. Думала, что раз случайное благословение, выданное Аарену, никак на меня не повлияло, то и второе, наложенное поверх, не навредит. Ошиблась. А это ведь оно чуть-чуть ослабло, если Аарен его сбросит полностью, то я навряд ли останусь в сознании.
Еще и Абель будет подтрунивать на тему бесполезных целителей…
– С госпожой Флёр что-то не так? – прошептал Первый.
Теперь в этом густом тумане на меня смотрели вообще все.
– Откат, – сквозь зубы процедила я. – Не полный, но ощущается.
– О, понятно. Тогда за тобой надо будет присмотреть. Первый?
– Хорошо, – ответил мужчина и встал ко мне поближе.
А это что-то новенькое: обычно Абель сам занимался, скажем так, вопросом моей безопасности. Поймав мой удивленный взгляд, Абель ухмыльнулся:
– У нас тут очень серьезный противник.
– Не то слово, – пробормотал Шейн. – Вот уж неожиданность так неожиданность.
Спросить, кто же он, не вышло: Аарен буквально бросился к наставнику, глядя на него сияющими глазами.
– Ты как? – спросил мужчина, внимательно разглядывая Аарена. – Не пострадал?
– Совсем нет, – ответил Аарен. – И я сделал все, о чем вы меня просили – я уничтожил все статуи. Скажите, мне снова придется этим заниматься?
– Не беспокойся. Ты будешь уничтожать статуи лишь в том объеме, чтобы не вызвать подозрения у твоего отца. Сейчас достаточно того, что ты сделал, тебе нужно будет на время затаиться. И пока совсем нельзя умирать, – мужчина говорил не слишком громко, если бы не магия Абеля, то я бы навряд ли поняла.
– Но проклятия…
– Вот, держи. – Мужчина передал Аарену светящийся круглый шар.
Какой сильный! Там концентрированная светлая магия, но совсем не атакующая. Такая легко подавит даже самое мощное проклятие. И откуда только взял?
Абель рядом со мной неприлично ругнулся:
– И сколько у него таких реликвий, что он без раздумий раздает их?
– Кто он? – не выдержала я.
– Птица высокого полета. Его величество Эзрион, действующий король Хореота. А еще он…
И замолчал.
Я была близка к самому опрометчивому поступку в своей жизни: я едва не ударила темного бессмертного дракона, официально признанного злодеем. Кажется, я настолько разозлилась, что даже про магический откат забыла!
Я понимаю, что подслушать разговор Аарена и его наставника, короля Хореота, важнее, но обрывать на таком моменте?!
– Что не так с королем Хореота? – спросила я Первого, который был ко мне ближе всех.
– Всё, – ответил Первый. – Он брат одного из бессмертных, того, который впал в спячку. А также один из тех правителей, которые установили световые барьеры, защищающие нас от демонов, он тот, благодаря кому наши земли еще не заполонили монстры и демоны. А И один из самых сильных существ на этой земле, кто может сравниться с Абелем по силе.
– Потому что он полубессмертный, – сказал Абель, повернувшись в нашу сторону.
– Это как? – не поняла я.
– Раса Ирнитов. Это по росту легко понять – они выше и сильнее обычных людей, не подвержены никаким болезням, если им оторвет руку или ногу, то конечно отрастет заново. Ах да, не стареют. Точнее, останавливают старение организма в период физического, магического и ментального пика.
– Тогда почему полубессмертные? – спросила я.
– Потому что их можно убить. Не с первого раза, некоторых – даже не со второго и третьего. Но бесконечно оживать они не будут. Впрочем, даже факт того, что Эзрион может умереть, не слишком обнадеживает.
– Почему? – не поняла я.
– Потому что за все время проживания он не потерял ни одной своей жизни. А будучи королем Хореота – королевством, на которое постоянно нападали соседи… И будучи в авангарде своих войск… Нас ждет чрезвычайно неприятный в бою противник, – пробормотал Абель. – Ну и не только в бою. На мировой арене его влияние велико, и если статуи гасли из-за него, мы в куда более отвратительной ситуации, чем я мог предположить.
– Но зачем оно это делает? И для чего подставляет тебя? – Я нахмурилась, глядя на Абеля, которого тьма окутывала все плотнее.