Таисия-Дюймовочка спешит на помощь
Шрифт:
— Гости. Двое. Один очень высокий. В плаще цвета крови. Второй… вряд ли человек. У него глаза — как у ртути.
Таисия сжала кулон. Пальцы дрожали.
— Они идут к нам?
— Нет. Пока — стоят у границы. Смотрят. Ждут.
— Тогда и мы подождём. Но не в страхе.
Она поднялась, выпрямилась. Дом вздохнул. Дал ей опору. Её Дом. Её сила.
И если тьма решила, что Таисия останется той, кем была, — пусть попробует подойти ближе.
– --
Гости не подошли. Не прошли и дальше линии, которую сам Дом, как казалось, начертил в мёртвой траве. Кот в третий раз вышел на разведку, вернулся и раздражённо заявил, что «один из них пахнет, как забытое проклятье, второму вообще надо выдать учебник по вежливости».
— Ушли? — спросила Таисия, стоя у двери, в пальцах которой всё ещё теплел кулон от Сарэна.
— Исчезли. Не ушли. Просто... растворились, — ответил Кот. — Я бы предложил считать это актом пассивной агрессии. Или демонстрацией.
— Значит, они хотели, чтобы мы знали, что они могут сюда прийти… но не хотят — пока, — пробормотала она.
Золушка появилась с двумя платьями: одно — цвета винной розы, второе — черное с зелёными рунами вдоль шлейфа.
— Я не могу выбрать. Первое — соблазнительное, второе — колдовское. В первом ты сводишь с ума мужчин, во втором — женщин. Ну и демонов, вероятно.
Таисия ухмыльнулась:
— А что, если я надену оба?
— Тогда ты либо прорвешь пространство, либо попадёшь на обложку местного скандального журнала. Впрочем… почему бы и нет?
Пока они примеряли наряды и ругались из-за корсета, Кот сидел у окна, мотая хвостом. Сарэн ушёл в библиотеку, где пытался связаться с кем-то из Архивов.
— Они молчат, — сказал он позже. — Словно кто-то наложил завесу. Либо внутри Архива хаос, либо… они тоже чего-то ждут.
Когда бал Илмерии начался, туман у Дома расступился сам. К повозке подошёл дракон в человеческой форме — посол, высланный специально для эскорта.
— Госпожа Истока, — склонил он голову. — Дом Илмерии ожидает вас.
Он был высоким, с кожей цвета лунного серебра и глазами цвета янтарного огня. Никаких лишних эмоций. Только служение.
— А если я не хочу? — спросила Таисия.
— Тогда они придут за вами. Лучше танцевать, чем прятаться, — ответил он спокойно.
Путь до Дома Илмерии был похож на погружение в сон. Леса становились прозрачными, деревья — чёрными, а луна — огромной, тяжёлой, висящей низко, словно наблюдающей. Площадь перед Домом была застлана алым ковром, а стены самого здания напоминали вырезанный из кости храм. Музыка доносилась не ушами — кожей.
Таисия вышла из повозки, и тишина упала как покрывало. На ней было чёрное платье с зелёными рунами. Кулон под ним пульсировал, словно сердце.
Слуга проводил её в зал. Там были все: Дом Илмерии в полном составе. Женщины в масках из перьев и стекла, мужчины — немые спутники с глазами как у статуй. Она заметила Леди Ринтару — главу Дома, ту самую, что, по слухам, была полудемоном. Та сидела на троне, украшенном зеркалами. Улыбалась.
— Гостья пришла. Исток в новом обличье, — её голос был как шелест бумаги по коже. — И, если не ошибаюсь, она принесла с собой запах перемен.
— Запах победы, — поправила Таисия. — Или, возможно, запах крепкого чая и немного крови. Смотря откуда смотреть.
Зал зашелестел смехом. Один из мужчин, стоящих за спинами леди, чуть склонил голову. В его глазах вспыхнуло одобрение.
Ринтара встала.
— Тогда танцуй с нами, Таисия. Докажи, что ты — не просто избранная. А та, кто умеет вести игру.
Музыка ударила внезапно. Зал закружился.
И когда в танце к Таисии подошёл мужчина с глазами цвета ртути, она узнала в нём того, кто стоял на границе сада.
Он не говорил. Только положил ладонь на её руку. Касание было ледяным, но знакомым.
— Кто ты? — прошептала она.
— Тот, кого ты разбудила. И тот, кто помнит, кем ты была до Истока.
Таисия сделала шаг назад — но танец уже закружил их.
Сарэн был где-то среди гостей. Она чувствовала это. И ещё — пульсирующий зов откуда-то снизу. Под залом. Там, где что-то древнее шептало ей слова на языке, который её тело вдруг понимало без перевода.
– --Танец закончился не по сигналу дирижёра, а словно по воле самого пространства. Всё замерло. Незнакомец с глазами цвета ртути склонился к Таисии:
— Если хочешь узнать правду, спустись вниз. Они держат её там. Не бойся — ты уже половина этого Дома.
Он исчез — так же, как и появился, растворившись в воздухе.
Таисия сделала вид, что устала. Леди Ринтара, всё видящая, улыбнулась чуть шире:
— Комнаты отдыха — в западном крыле. Там, где зеркала молчат. Думаю, ты заслужила немного тишины.
Кивок — и Таисия уже шла мимо застывших лиц, мимо свечей, горящих синим, мимо мужчин с глазами, лишёнными искры.
Кот ждал её за первым поворотом.
— Ты не думала, что если пойдёшь одна, то это может быть ловушка?
— Думала. Но это всё равно лучше, чем ждать, пока они подтолкнут меня к краю.
— Хорошо. Тогда давай идти вместе. Но если там начнутся жертвоприношения — я первый убегаю, договорились?
Она улыбнулась.
Коридоры вели вниз. Стены становились старше — не визуально, а по ощущению. Запах времени. Влажность. Камень под ногами терял резьбу и обнажал символы, которые нельзя было увидеть, только почувствовать. Символы, говорящие: «Назад нельзя».
Они прошли мимо дверей, за которыми звучали голоса. Кто-то смеялся — женщина, чей смех был похож на плач. За другой дверью звучала музыка, игранная на струнах из льда.
Но цель была глубже.
В самом конце коридора была круглая комната, без окон и света. Только каменный круг, в центре которого стоял столб с привязанным к нему... существом.
Он был высоким, слишком худым, с кожей цвета пепла. Глаза закрыты. Руки — в кандалах из живого металла. Его волосы струились по полу, как водоросли. От него исходил холод — не телесный, а сущностный. Как будто он был не живой, а сохранённый в ожидании.
Кот отшатнулся:
— Это древний. Настоящий древний. Один из тех, что строили Песню Мира.
— Почему он здесь?
— Потому что Дом Илмерии держит в своих подвалах не тайны... а фундамент своей власти.
Таисия подошла ближе. Существу был знаком её кулон. Оно чуть шевельнуло пальцами.
— Ты… зов… — прошептало оно.
— Я — Исток.
— Ты… не Исток. Ты… Новая Вода.
И в этот момент цепи начали дрожать. Магия, затаённая в камне, ответила на её присутствие. Кулон запульсировал, и в воздухе появилась трещина — как по стеклу.