Чтение онлайн

«Трое верховых, двое пеших, — просигналил Джек. Двигались только рука и глаза. — На край. Быстро. Тихо.»

Они выбрались на край лощинки и легли, замаскировавшись кустами. Витька убедился, что Джек не ошибся — совсем близко между деревьями ехали шагом трое махди, чуть впереди — шли двое пеших с выпсуками на шлейках.

— Задачка, — теперь уже вслух, но очень тихо сказал Джек, — как от пятерых махди отнять трёх лошадей, чтобы в результате остались двое штурмовиков?

— Нам нужны лошади? — осмелился спросить Витька. Джек кивнул. — Ну так подстрелим этих…

Вместо ответа Джек указал куда-то вбок. И Витька увидел — сразу — вторую группу, двигавшуюся по опушке рощи в полутора километрах от них.

— Я не очень хорошо мечу ножи, — пробормотал Джек. — А ты хорошо стреляешь из пистолета? — Витька кивнул. — Нет, тоже не годится… Давай-ка попробуем свернуть им шеи. Всадники мои, пешие — твои, зверюг делим по-братски.

Витька кивнул и снова достал «робинзон». Удобней устроил его в пальцах, оценил расстояние до приближающейся группы. Выпсуки трусили зигзагом — явно без следа, сильная сырость им мешала — опустив свои лохматые головы к земле. По временам слышались пофыркиванье и лёгкий хрип…

«Всадников я не вижу. Не вижу,» — повторил себе Витька, покосился на лицо Джека. Он держал в руке финку — по-шведски, остриём от себя.

Всадники и собаки поравнялись со штурмовиками, лежащими в кустах. Витька различил форму пряжки на подпруге, когда крайний из всадников, разведя ноги, подтолкнул свою небольшую лошадку под бока пятками.

Джек зашуршал кустами. Махди замерли, послышался негромкий, неразборчивый разговор, и оба выпсука с хозяевами, повернувшись, заспешили прямо на звук. Всадники перебросили в руки автоматические винтовки, и Витька секунду заворожённо смотрел в чёрные дула, даже не соображая, что Джека рядом уже нет.

Совсем близкий волчий волй послышался из-за спин всадников. Храпя и визжа, как бешеные, лошади встали на дыбы, выпсуки повернулись, подимая шерсть на холках и глухо рыча, их хозяева тоже оглянулись…

…Витька метнул нож, поднимаясь и уже прыгая. Он успел ударить одного выпсука тесаком по голове и пнуть другого в грудь раньше, чем обернулся второй пехотинец — первый, что ближе, падал на спину, зажимая окровавленной ладонью горло.

Но расстояние всё-таки было большим. Пехотинец, повернувшись, больше инстинктивным, чем сознательным движением вскинул винтовку — и тесак взвизгнул о сталь ствола. Витька бешено вскрикнул от разочарования и, не давая махди выстрелить, ударил снова — уколол. Клинок скользнул по щеке врага, и она залилась кровью. Витька вскрикнул снова. Им владело единственное безумное желание — убить, желание, вытеснившее все остальные чувства. Махди снова попытался выстрелить, но третий удар оказался точным — короткое сопротивление чужого тела, скрежет стали о кость, и махди, открыв рот, рухнул на жухлую траву, заливая её кровью из перерубленной шеи…

…Двое всадников лежали в грязи. С третьим — спешенным — Джек рубился на клинках. У махди был искривлённый недлинный клинок грубой ковки. Витька даже замер на месте — он странного чувства, не то ужаса, не то восхищения. Вот Джек споткнулся, ноги разъехались на грязи, Витька, опомнившись, рванулся вперёд… но бросившийся на англичанина махди вдруг захрипел и, согнувшись пополам, сделал судорожный шаг куда-то в сторону и повалился наземь.

— Охой! — рыкнул Джек — оказывается, он успел рубануть врага по животу. Повернул к Витьке лицо — с раздутыми ноздрями, со звериным бешенством в глазах. Моргнул и спросил ножиданно:

— Верхом ездить умеешь?

— Ага, — кивнул Витька. — Я в школе учился ещё…

— Отлично. Прости, что с выпсуками не помог. Не ожидал, что так выйдет…

— А? — Витька оглянулся. Оказывается, одного зверя он зарубил, а второй валялся на боку в странной изломанной позе. Очевидно, пинок ногой оказался удачным… — Да ерунда…

— Едем, — Джек уже поймал узду одного из коней. — Скорей, а то опоздаем.

— Куда? — поинтересовался Витька, подхватывая вторую уздечку. Лошади вели себя вполне смирно. Джек не ответил, и Витька не стал переспрашивать, а просто прыгнул в седло с упором на вытертое стремя.

Лошадки были помельче — значительно — чем рысаки конной школы, где занимался пионер Витька Ревок. Джек оценил:

— Ловко. Еёй бы понравилось…

— Кому? — удивился Витька.

— Так… — поморщился Джек, словно у него что-то болело. Толкнул коня каблуками: — Давай!

Галопом они скакали минут десять, потом перешли на рысь, временами подбадривая коней тычками и шлепками. Потом поехали шагом, покачиваясь в сёдлах.

Джек искоса наблюдал за Витькой. Пулемётчик выглядел тем, кем был — мальчишкой. Вздёрнутый нос, пухлые тёмные от обветренности губы, высокий лоб, решительный подбородок… Русские были красивым народом, это Джек знал. Хотя его народ с его точки зрения был, конечно, красивей. Да и обманчива внешность… «А у него должна быть девчонка, — подумал Джек, разглядывая рядового. — Такая же, как моя Стелла…» Неожиданно почти физической болью пронзило грудь. Джек скрипнул зубами.

— Ты что? — быстро повернулся в седле Витька. Капрал покачал головой:

— Да ничего, Вик… Скажи, а у тебя есть девчонка?

— Н… нет, — Витька растеряно моргнул, вопрос был неожиданным. — То есть… ну… я на танцах целовался много раз, но… — он покраснел. — Настоящей нет… пока.

Кажется, он ожидал и продолжения разговора. Но Джек просто кивнул. как будто на свои мысли отвечал — и Витька больше не заговаривал с ним.

Скоро должна былап наступить ночь. Прекратился снег, но серая хмарь облаков висела совсем низко. Неожиданно резко потеплело, дымка испарений появилась между землёй и облаками, затянула всё вокруг призрачной завесой. Копыта лошадей шлёпали почти бесшумно — клаф… клаф… клаф… клаф… Джек иногда приподнимался в стременах, всматривался в серый сумрак — и наконец довольно хмыкнул:

— Жаба.

Витька почти сразу понял, что же имел в виду англичанин. Над каким-то ручейком нависала скала, которой время, ветер, жара, а потом — снег и дожди придали сходство с жабой, сидящей на листе кувшинки. Видны были выпученные глаза и раздутое горло. Джек поднёс ладони ко рту — и послышался печальный прик совы. Двойной, которому откликнулась — один раз — вторая сова, и из-за скалы появился Эрих. Немец улыбался и похлопывал по стволу пулемёта ладонью.

— Салют. Где добыл лошадей?

Джек соскочил наземь, не отвечая:

— Джип где?

— Утопил, — Эрих махнул рукой куда-то в сторону. — А сам с этим мешком дерьма спрятался под скалой. Пришлось его слегка побить… — немец печально задумался. — А то он орать пытался.

— Махди нас ищут, — Джек шлёпнул коня по крупу. — Надо найти наших и шагать на соединение с Мальвони.

— Пошла! — Витька тоже толкнул свою лошадь в круп. Джек мельком на него взглянул и приказал Эриху:

— Тащи эту дрянь сюда. Развяжи ему ноги, пусть сам идёт.

Эрих кивнул и выволок из-за скалы пленного со скрученными у лопаток руками — петля шнура была наброшена и на шею. Эмир выглядел сильно пришибленным и явно готовым сотрудничать.

— Вздумаешь убегать — перешибу ноги, — предупредил Джек. — Всё, вперёд. Я первый, Эрих — замыкающий, Вик конвоирует пленного.

В ночи ты всегда один, даже если рядом друзья. Витька еле видел спину конвоируемого и не слышал ни шагов, ни дыхания остальных. Пленный видел Джека и шёл за ним — в сущности, непонятно было, кто кого конвоирует во всей этой процессии. Но монотонный ритм движения заворожил мальчишку, и он не сразу смог остановиться, когда Джек замер, а Эрих подошёл сзади вплотную. Витька даже вздрогнул, услышав голос англичанина, похожий на дыхание: