Чтение онлайн

— У тебя совесть слабая, — отрезал я, нависая над ней. — Удали.

— Что?

— Пост. Немедленно.

Она села, поправляя растрепавшиеся волосы. На лице появилась та самая хищная ухмылка.

— А, ты про это… Ты видел? Правда, мило получилось? Я выбрала лучший фильтр, чтобы твой гнев выглядел более… кинематографично.

— Кира, ты выставила меня идиотом, — я говорил тихо, но чеканил каждое слово. — Ты написала про справку от стоматолога. Ты назвала меня тираном. Это видят мои партнеры, мои конкуренты, мой отец!

— Твой отец, кстати, лайкнул, — невозмутимо сообщила она. — С фейкового аккаунта, но я-то знаю, что это он. Там ник «Stroitel_Imperii_55».

Я задохнулся от возмущения. Но Кира не дала мне вставить слово.

— Дамир, очнись! — она вскочила с дивана, и теперь мы стояли друг напротив друга. Она была мне по плечо, но гонора в ней было на трехметрового великана. — Твоя репутация — это скучный сухарь в костюме! Я добавила тебе жизни! Люди любят самоиронию. Почитай комменты. Там все пишут: «Ого, у Тагирова есть чувство юмора, раз он позволяет такое постить». Они думают, что ты крутой, раз не боишься быть смешным!

— Я не давал согласия быть смешным! Я плачу тебе за образ любящей невесты, а не стендап-комика!

— Любящая невеста может подшучивать над женихом! Это значит, что у нас здоровые отношения, а не контрактное рабство! Хотя хэштег я добавила хороший, согласись? #ИзумрудноеРабство?

— Ты ходишь по очень тонкому льду, Ветрова, — я сделал шаг к ней, загоняя ее в угол между диваном и креслом.

— А ты слишком серьезный, Тафиров! — она не отступила. Она ткнула пальцем мне в грудь. — Тебе палку из одного места вынуть надо, может, тогда дышать легче станет! Ты прилетел сюда через весь город из-за одной фотки? Серьезно? У тебя миллиардные контракты горят, а ты ведешься на провокацию студентки?

Я замер.

Ее слова ударили в цель сильнее, чем она рассчитывала.

Я стоял посреди своей гостиной, сжимая кулаки, тяжело дышал и смотрел на нее. На эту мелкую, взъерошенную девчонку в растянутой футболке, которая с вызовом смотрела на меня своими огромными голубыми глазищами.

И тут меня накрыло осознанием.

Мне тридцать лет. Я управляю компанией с оборотом в сотни миллионов. Меня боятся конкуренты, уважают министры, а мой голос на совете директоров заставляет людей замолкать.

И вот я стою здесь. И ору.

Я ору на двадцатилетнюю пигалицу из-за картинки в интернете. Дуюсь, как обиженный подросток, у которого отобрали приставку.

Бросил все дела, сорвал встречу, примчался через весь город с пеной у рта, просто потому что она подколола меня в подписи под фото.

— Господи… — выдохнул я, проводя рукой по лицу. Злость вдруг сменилась каким-то странным чувством стыда и удивления.

Что со мной происходит? Я же железный. Я же кремень. Почему рядом с ней я превращаюсь в неуравновешенного истерика?

Она ведь права. По сути, права. Мне тридцатник, а я ведусь на провокации вчерашней школьницы.

Кира все еще стояла в оборонительной позе, но, заметив перемену в моем лице, чуть расслабилась.

— Что? — настороженно спросила она. — Придумываешь новый вид казни?

Я посмотрел на нее.

— Нет, — глухо ответил я. — Просто… пытаюсь понять, когда я превратился в старого ворчливого деда.

Она моргнула.

— Ну, ты не старый, — великодушно заметила она. — Просто душный. Немного.

— Немного? — я хмыкнул, чувствуя, как абсурдность ситуации начинает меня забавлять. — Я приехал сюда, чтобы заставить тебя удалить фото с угрозой отключить интернет. Это не «немного душный», Кира. Это клиника.

— Клиника, говоришь? — Кира расплылась в довольной улыбке, в которой не было ни капли раскаяния. — Ну, слава богу. Осознание проблемы — первый шаг к выздоровлению, дедуля. Может, тебе еще плед принести? И кефирчик на ночь? Чтобы не так сильно переживал из-за лайков в интернете?

Я закатил глаза, чувствуя, как уголки губ предательски ползут вверх.

— Не паясничай, Ветрова. Я серьезно. Мне нужно поддерживать авторитет.

— Авторитет? — она фыркнула, снова плюхаясь на диван и закидывая ноги на спинку. — Дамир, ты сейчас похож на школьного завуча, которого ученики застукали курящим за гаражами. Ты пытаешься быть страшным, а выглядишь… растерянным. И это, кстати, тебе идет.

Она вдруг резко подняла телефон.

— О, замри! Вот это лицо! Вот этот взгляд «побитой собаки», которая поняла, что тапки грызть было нельзя. Это шедевр!

Вспышка ослепила меня на долю секунды.

— Кира! — рявкнул я, инстинктивно закрываясь ладонью. — Не смей!

— Поздно! — она победно потрясла телефоном. — Уже в галерее. Подпишу: «Момент истины. Император спустился с небес и просит прощения за свое занудство».

— Я не просил прощения! — я шагнул к ней, протягивая руку. — Отдай телефон. Живо.

— Ага, разбежался! — она ловко увернулась, скатываясь с дивана на пол, как ящерица. — Это мой контент! Моя интеллектуальная собственность!

— Кира, я не шучу. Удали это немедленно, или я…

— Или что? — она вскочила на ноги, отбегая за кресло. Глаза горели азартом. — Отключишь мне воду? Лишишь сладкого? Дамир, ты скучный, когда пытаешься командовать в домашней обстановке. Попробуй отобрать!

Во мне проснулся охотничий инстинкт. К черту переговоры. Я бросился к ней, перепрыгивая через журнальный столик. Кира взвизгнула, метнулась в сторону, но я оказался быстрее.

Я поймал ее за запястье в тот момент, когда она пыталась перелезть через спинку дивана, чтобы сбежать в коридор.

— Попалась, — выдохнул я, дергая ее на себя.

— Нечестно! У тебя ноги длиннее! — она попыталась вырваться, свободной рукой пряча телефон за спину. — Пусти!

— Телефон, Ветрова.

— Нет!

Она дернулась всем телом, пытаясь лягнуть меня свободной ногой. Я перехватил ее за талию, чтобы усмирить, но инерция сыграла злую шутку. Мы оба потеряли равновесие.

Мир перевернулся.

С глухим звуком мы рухнули на мягкие подушки дивана.

Я оказался сверху. Мое колено вжалось в обивку между ее ног, руки упирались по обе стороны от ее головы, блокируя пути к отступлению. Кира лежала подо мной, вжатая в диван весом моего тела. Ее волосы разметались по темной коже, футболка задралась, открывая полоску бледного живота.