Чтение онлайн

Дориан не оглянулся ни разу. Он шел, погружённый в свои мысли, пока деревня не осталась на соседнем холме. Только тогда он встрепенулся и подняв голову, тихонько свистнул.

Из перелеска вышел чёрный, как сажа, высокий жеребец, уже несущий на себе потёртое седло. Махнул хвостом, с сомнением покосившись на меня, и горделиво выступая, словно бы вынес себя на дорогу. И замер послушным изваянием, пока паренёк взбирался ему на спину.

При свете дня от обычной лошади и не отличишь.

— Ну что, в путь. Нам туда, охотница. — С нарочитой беззаботностью окликнул он, и шкер развернулся.

Я задержалась на месте, с холма оглянувшись на Подлесную в последний раз.

Дома вдалеке будто утопали в наплывающей зелени, слегка подёрнутой золотом и багрянцем. В низинах и оврагах нежился молочный туман. А трава, покрытая росой, мерцала, как крошево из драгоценностей.

Тоскливая картина.

Я видела её, уходя из дома. Тогда это был мой дом, и точно так же поднималось солнце над лесом, прогоняя туман. Только в воздухе пахло не скошенной травой, а горечью опадающих листьев. И никто не провожал меня, даже взглядом. Так что по извилистой тропе я уходила в одиночестве.

Рано или поздно приходится остаться одной. Придётся к этому привыкнуть. Кто бы ни оказывался попутчиком, все они будут временными.

Я со вздохом ухватилась за повод, и подтянувшись, оказалась в седле. Расположила ноги в стременах поудобнее, и пустила коня вперёд, следом за шкером.

— Там.

Дориан указал подбородком в сторону оврага.

— Уверен? — Я заломила бровь.

Справа от дороги склон круто уходил вниз, и был сплошь укрыт порослью орешника и колючим, вьющимся паразитом, похожим на дикий виноград. Лезть туда зазря желания не было.

— Уверен так же, как в том, что стою здесь и сейчас. — Хмуро ответил он. И первым сделав шаг, едва не покатился по рассыпчатой земле. Махнул рукой, вцепившись в поводья, и едва удержался на ногах.

Шкер недовольно тряхнул головой, вырываясь, и отошел в сторону.

— Ну, ладно. — Вздохнула я, решив, что раз юнец пошёл, то мне мяться не к лицу. И аккуратно ступая на корни и пучки травы, вполне заменившие ступени, начала спускаться.

Дориан, пригнувшись и балансируя руками, повторил попытку. Но сейчас шкер удержал его намеренно. Цапнув за воротник и упершись в землю когтистыми ногами.

— Да что такое, Роун!? — Возмутился его хозяин. Я на ходу обернулась.

— Оставайся там, да следи, что вокруг. Сама проверю.

…Мы проделали немалый путь, и Сосновка должна была скоро показаться на горизонте. Может, мы увидели бы её к этому времени, кабы мой спутник вдруг не замедлил ход. Вопроса о том, какого беса мы ждём, он услышал не сразу. А потом остановился вовсе и предположил, что где-то неподалеку — свежий труп.

Я раздвинула ветви и скользнула вниз по узкому бревнышку, оказавшись внизу, в высохшем русле ручья. Здесь деревья сплелись кронами, образовав подобие шатра над головой. Густая листва не пускала солнечный свет вниз, а запах — в стороны.

— Ну что? — С нетерпением окликнул меня Дориан. — Есть тело?

— Да как сказать… — Я сморщила нос и склонилась над обглоданной костью, что заканчивалась копытом. — Скорее, объедки.

— Чего? — Уже тише переспросил он. — Ты что имеешь в виду?

Я не ответила, осторожно выбираясь наверх. Уткнулась взглядом в рыжеватую почву, ещё сохранившую свежие отпечатки, и так добралась до самой дороги, где встряхнулась и заключила вслух:

— На этом месте некто когтистый, на четырёх лапах, напал на всадника. Прыгнул с той стороны дороги и укатился вниз вместе с человеком и лошадью.

Я оглянулась на овраг, где лежали кости.

— Конь наверняка сломал ногу. Встать не смог, и его сожрали первым. Там внизу оказалась уже не одна тварь, и человек не смог от них убежать и отбиться. Его останки чуть дальше. — Я кивнула подбородком. — Сейчас трудно сказать что-нибудь по одежде. Или украшениям. Ничего этого нет. Осталось то, что служило ему оружием.

Я показала и отбросила в сторону обломанный у крестовины меч: лишенный украшений, но ладной работы.

Маг встревожился, оглядываясь.

— А откуда скакал этот всадник?

Я обвела взглядом дорогу, не найдя на ней чётких следов. Недавно прошёл мелкий дождь и превратил пыль в крапчатую неровную поверхность, затерев все отпечатки.

— Судя по тому, что они катились наискось из-за большой скорости, а сшиблись здесь… Оттуда. — Я посмотрела вперёд.

Ветер стягивал вдалеке сизые тучи, которыми теперь покрылся весь нижний край неба, словно густой плесенью. Казалось, что это марево нависло над холмами так низко, что вот-вот зацепится за верхушки далёких деревьев и порвётся, пролившись на землю.

Дориан увидел что-то ещё, и его лицо побледнело.

— Лихо… — Выдохнул он. И единым рывком подтянув Роуна за повод, взлетел в седло и что было сил пришпорил его. Шкер, злобно рыкнув на такую наглость, взял с места в карьер, словно решил выскочить из-под седла.

Я проводила их взглядом. Мне напротив, не хотелось торопиться. Но выбора, как обычно, нет. И я направила коня вперёд, про себя молясь, чтобы чутьё некроманта обмануло.

***

Пока добралась до Сосновки, стало смеркаться. Хотя до ночи и было ещё далеко. Солнце нырнуло в гущу облаков и вокруг словно кто-то забрал жёлтые краски, заменив синими и серыми. Сам воздух замер, словно притихнув в ожидании грозы.

Дышать было неприятно. Словно вокруг висел дым и прогорклым привкусом ощущался на языке, хотя при этом запаха я уловить не могла.

Дориан уже успел побывать внутри и увидеть, что произошло в деревне. Выбежать из приветственных ворот, где его стошнило, а затем он на эмоциях сжёг несколько клочков земли. Потом ушёл на другой край дороги, уселся там, и обрёл непривычное хладнокровие. Сейчас он сидел потупившись и покусывал травинку, не отреагировав на моё появление.

Я молча проехала мимо.

Здесь тишина ощущалась особенно тяжело. От неё буквально закладывало уши, а уж запах…

Мимо потянулись первые дома от околицы, брошенные и пустые. Высаженные окна и распахнутые двери, вместе с раскиданными вещами, создавали впечатление паники, в которой хозяева выбегали наружу, оставляя всё. Потом в глаза бросилась проломленная соломенная крыша доме, тёмные брызги — и стало понятно, что люди покидали дома не по своей воле. И не всегда через дверь.

Оглядываясь, я отмечала, что часто вижу трубы на крышах кузниц. Сосновка, раньше промышлявшая вырубкой леса, постепенно стала деревней кузнецов, и оружия у людей было в достатке. Неужели оно не помогло?