Чтение онлайн

То же самое было и с Раши. Я считал его почти своим братом. С ним мы могли посмеяться и выпить вина, обсудить некоторые темы и проблемы, но с ним я никогда не был таким непринужденным, как Кинтана с Линдеей и Маламом. Кинтана в момент простила предательство друга, а вот я не смогу простить Раши, если он и вправду предал меня.

Когда настало время уходить, королева снабдила нас оружием и припасами. Кинтане же ее мама принесла два недавно заточенных меча, метательные ножи и два кинжала, которые лежали со для поражения под Баосскими горами. Также нас снабдили провизией и дали повозку. Мы простились с королевой, принцессой, принцем и мамой Кинтаны, двинувшись сперва в лагерь генерала Ритона. Он, едва завидев свою дочь, уронил на землю свое оружие, с которым тренировался, и бросился обнимать дочь, подняв ее над землей. По щекам Кинтаны снова текли слезы, даже по щеке бравого генерала стекла увесистая слеза.

– Ваше Высочество, при всем моем уважении, если она пострадает или Вы ее обидите, я порублю Вас на мелкие кусочки и подам на ужин гидрам, - обратился ко мне генерал.
– Тем более я знаю, что Вы уже не Высочество, а преступник.

– Почему здесь все обо мне такого плохого мнения?
– Спросил я Кинтану.

– У тебя лицо разбойничье, - всхлипывая ответила она.

– Вопросов больше нет. Если она пострадает, мне нужно будет получше спрятаться.

– Эй!
– Рыкнул генерал.

– Нам, к сожалению, уже пора, - сказал я, возвращаясь в повозку.

– Папа, он шутит. Нориндан уже дважды спас мою жизнь. Ой, забыла сказать, дядя Литон жив, правда у него осталось всего лишь около трех лет жизни.

– Неужели? Надеюсь, мы с ним еще сможем повидаться. Мама уже знает?

– Да, она очень обрадовалась, но сказала дать ему подзатыльник за то, что не сообщил об этом.

Они посмеялись, но в следующую секунду лица обоих вновь стали серьезными.

– Будь осторожна и скорее возвращайся домой.

Вновь обнявшись, они сказали друг другу какие-то слова, слышимые лишь им двоим, и Кинтана вернулась в повозку. Едва мы скрылись с поля зрения генерала, как глаза женщины вновь наполнились слезами. Мама утешала ее, но я не имел понятия, что нужно говорить в такие моменты. Я не мог гарантировать ее возвращения домой, даже не знал, что произойдет, когда мы вернемся на поверхность. Поэтому решил просто промолчать, уперевшись взглядом в окно.

На поверхности, как назло, светило яркое солнце, даже единого облачка на небе не проплывало. Обычно в первую половину осени начинается сезон дождей, но в этом году все было иначе. Начиная от погоды и заканчивая моей жизнью - все кардинально поменялось. Я впервые задумался, а как мне быть дальше? Какие действия мне нужно предпринять, чтоб достичь цели в моем нынешнем положении? Я стал никем. Я больше не имел права вести за собой мое тайное войско, ведь ситуация стала во много раз опаснее.

Чтоб скрыть Кинтану от солнечных лучей, я сразу же накинул на нее свой плащ. Поскольку при передвижении на ее кожу все равно попадали бы лучи, у меня было лишь одно решение: нести женщину на руках, полностью обернув в плащ, ведь просто сидеть и ожидать наступления ночи, а заодно и преследователей - точно не лучший вариант.

Кинтана сперва смутилась такому предложению, но выбора у нее не было. Я подхватил ее на руки, но со снаряжением она оказалась достаточно тяжелой, чтоб мне приходилось делать перерывы каждый час пути, а ведь впереди было еще пять дней, а то и больше. На спине я не мог ее нести, ведь закрыть все части ее тела в таком положении достаточно сложно.

Идти нам пришлось по подножию гор, разделяющих царство людей и темных эльфов. Вершины гор - белые даже летом - казалось, достигали небес, но по сравнению с Баосскими горами, которые изнутри были забиты драгоценными камнями и серебром, представляли совсем малую ценность, несмотря на свое великолепие. Помимо драгоценных камней, у подножия Баосских гор протекает река, неподалеку от которой расположилось еще и месторождение золота. Однако красотой та гора вовсе не отличалась, да и живописных видов возле нее не было, но ради владения ею были пролиты литры эльфийской и гномьей крови.

Чтоб попасть в южные земли гномов, нам было необходимо пересечь четыре людские деревни. К счастью, на юге есть где устроить ночлег. Внебрачный сын короля царства людей точно позволит нам остаться, но до него нам еще было нужно добраться.

– Нам нужна людская одежда, чтоб не привлекать к себе излишнее внимание, - предложила мама.
– Завтра в деревне одолжим.

– Мы попадем туда чуть позднее. Сперва нужно кое-что проверить у южных врат царства темных эльфов, поэтому наш путь ляжет вдоль гор.

– Что же?

– Вычислил ли я предателя.

– Ты думаешь, это Раши?
– Спросила Кинтана из-под плаща.

– Я не знаю и еще точно не уверен в этом. Так, предположения.

– Там еще не стемнело? У меня уже спина болит.

– Не поверишь, но у меня тоже. И не только спина. Через несколько минут солнце скроется за хребтами.

Я опустил Кинтану и, как только солнце скрылось, снял с нее плащ. Она сперва щурилась даже от тусклого света с непривычки, но через несколько минут уже радостно осматривала горы, под которыми жила три века и видела лишь изнутри. С полным заходом солнца она вовсе осмелела и отбегала к прилегающему лугу, чтоб собрать букет, который с яркой улыбкой вручила моей матери, а потом еще собрала и для меня. В который раз меня поражало простодушие этой женщины, хотя, даже язык не поворачивается так называть ее. Хоть ей и три сотни лет, она все еще будто маленькая девочка, но с сильным характером и отличными навыками.

– Кинтана, у нас же нет с собой тары...
– Заметила мама, вдыхая аромат цветов. Когда она жила во дворце, в королевских покоях всегда стояли свежие цветы, запах которых въедался в стены, ткани и даже кожу матери.

Кроме мамы, я встречал лишь одну женщину, чья кожа тоже была напитана ароматами цветов и это была Элинель. Именно ее запах и вскружил мне голову при первой встрече. Эта женщина напомнила мне о моем детстве, но ее так же быстро украли у меня, как и мое детство. В день ее наказания я пожертвовал всем, чтоб спасти ее, однако свою черту она утратила очень быстро, окунувшись в жизнь подземелья. Теперь от нее исходил лишь запах трав, как и положено лекарю. Мой интерес быстро к ней угас.

– Я могу вплести их Вам в волосы. Я часто заплетала Линдею, вплетая бусины в косы.

– У нас нет на это времени, - нахмурился я на это предложение, но все же подаренный букет из рук не выпускал, хотя наверняка выглядел с ним нелепо.

Кинтана виновато опустила голову, и ее активность моментально испарилась.

– Нориндан, думаю, пять минут нас не спасут, - вступилась мама.

– Айлин, все в порядке. Я и вправду позабыла, что нас разыскивают. Просто это самая непринужденная вылазка из всех, что у меня когда-либо была. Я наконец-то не беспокоюсь за жизнь Линдеи, меня не отправляют на суд, мы не идем на похищение... Еще и нахожусь в приятной компании.