Таверна на прокачку. Трилогия
Шрифт:
– В каком? – спросил я, увлечённый рассказом.
– Белокаменные развалины далеко на западе, – ответил бард мечтательно. – Красивый город, о котором говорят многие старинные легенды. Статуи выглядят словно живые люди, что на миг застыли, чтобы передохнуть. Колонны поднимаются так высоко, что голова кружится, если посмотреть снизу. Золотые фонтаны и заросшие бурьяном сады. Будто маленькая копия небесных чертогов, построенная древними людьми и по какой-то причине брошенная.
– И что, нашёл там мудрость? – спросил Борис, который прислушивался к нашему разговору.
– Ни крупицы, – честно признался Ратибор. – Просто старые развалины с потрескавшимися статуями. Захватил на память камешек оттуда, – он тронул бусы, висящие на шее. – Теперь исследую эту долину, древние земли дикарей. Как гласят предания, здесь тоже есть руины древнего города, давно покинутого жителями. И якобы тот, кто его посетит, поймёт суть мира. Но я подозреваю, что и там ждёт какая-нибудь глупость.
– Это точно. Чему могут научить дикари? – фыркнул Борис. – Они же в шкурах ходят до сих пор и живут в норах.
Ратибор поставил кружку и посмотрел на торговца.
– Вот ты сейчас смеёшься. И многие смеются, мол, дикари тёмные и ничего не соображают. Барьер от них поставили, и пусть сидят себе за горами.
– Ну, а разве не так? – Борис пожал плечами.
– А вот не так. Сам подумай, у нас есть регулярная армия, техники, система рангов, элитные охотники. И что делают эти элитные охотники и армия? Обороняются от каких-то жалких дикарей. Прячутся за барьером. Значит, с той стороны барьера есть что-то, чего мы не понимаем, какая-то неведомая нам сила или сокрытые знания. Но вместо того, чтобы в этом разобраться, мы просто спрятались и повторяем, как заклинание, что дикари нам не чета.
Борис не нашёл, что ответить, и лишь отмахнулся. Затем встал и полез в телегу, где у него было организовано спальное место. Для меня он выделил подстилку, а у Павла в мешке было своё походное одеяло.
– Занятная мысль про дикарей, – негромко сказал Павел.
Я тоже задумался. В прошлой жизни я видел достаточно примеров того, как люди отмахиваются от непонятного, вместо того чтобы разобраться. Например рестораны с «примитивной» уличной кухней, которые зарабатывали больше, чем заведения с мишленовскими звёздами. Может, с дикарями такая же история.
– Смогу ли я ещё чем-то отплатить вам за спасение? – спросил Ратибор.
Я улыбнулся. Хитрый план на этот счёт у меня имелся.
– Там, куда мы идём, есть таверна, – сказал я. – Остановишься на постой, подлечишься. А взамен дашь несколько концертов и споёшь свои лучшие баллады.
Ратибор приподнялся на локте и посмотрел на меня с интересом.
– Ты серьёзно?
– Абсолютно.
– Тогда по рукам, юный герой. – Он протянул здоровую руку. Я пожал. – Только одно условие. Из разговора с вашим зверловом я услышал многое, но только осколки. Расскажи и ты мне свою историю с самого начала. Я чувствую, что она достойна благодарного слушателя.
Я усмехнулся и кивнул, а затем стал рассказывать.
Борис уже давно храпел в телеге, укрывшись своим плащом.
Ратибор продержался чуть дольше, но раны и усталость взяли своё. Он заполз под свой полог, бережно уложив лютню рядом с собой, и отключился.
Мы с Павлом остались у костра вдвоём. Ника от души наелась лесных трав, улеглась у моих ног и задремала.
Павел подбросил ветку в огонь, от чего взметнулись искры, осветив поляну мерцанием.
Ночной лес шелестел вокруг, скрипели стволы, перекликались ночные птицы, что-то шуршало в подлеске.
Некоторое время мы сидели молча. Потом я спросил:
– Я видел технику, что ты применил в бою. Ты ускорился так, что тебя было не видно. Сложно научиться такому?
Павел подбросил в огонь ещё одну ветку.
– Для этого нужно много тренироваться, готовить тело. И помимо пути тела тренировать путь духа.
– Я немного умею обращаться с воздушным клинком. Но мне нужно расти быстрее и выйти на первый ранг. От этого буквально зависит моя жизнь.
Павел внимательно посмотрел на меня, похоже я сболтнул лишнего. Но если честно, очень хотелось хоть с кем-то обсудить сложившуюся ситуацию.
– Я буду тебя тренировать, как и обещал. Но я слышал, как Коготь говорил, будто в тебе нет энергии и ты пустой от рождения, – сказал он. – Не знаю случаев, чтобы лишённые дара добирались до каких-то рангов.
– Откуда бы Когтю это знать, – проворчал я.
– Хотя я видел, что ты управляешь энергией, – задумчиво кивнул Павел. – А пустые так не могут. Так что шансы у тебя есть.
– Я ведь и сам тренировался, – сказал я. – Укрепление тела до второго уровня поднял. А еще Воздушный клинок до первого поднял, это такая техника пути духа.
Павел задумчиво посмотрел на меня.
– А откуда ты знаешь, какие у тебя уровни?
– Ну, просто знаю, – нахмурился я.
– Очень уж ты уверенно говоришь, а такие вещи обычно видят только мастера-наставники или практики очень высоких уровней. Но ты точно не один из них. – Павел, заметив моё каменное лицо, прокашлялся. – Прости что давлю, это твоё дело, просто меня это заинтересовало.
Я молчал, соображал. Можно соврать, сказать, что вычитал в книге, или что Антоний подсказал, или что наугад брякнул. Но вдруг Павел почувствует фальш. Не хочется вбивать клин в сложившиеся доверительные отношения. А ведь он пошёл за мной, полностью доверившись, без всякой корысти. Врать ему в лицо я не хочу. Да и так уж вышло, что кроме Павла и поговорить-то не с кем.
Я вздохнул, набираясь решимости, и произнёс:
– Павел, я тебе кое-что расскажу. И это должно остаться между нами.
Он серьёзно кивнул.
– Я умею хранить секреты, – негромко ответил он.
Я напрягся, чтобы сформулировать мысль. Не думаю, что человек из средневековья, легко поймёт, что такое система.
– Дело в том, что я вижу перед собой… надписи. Как подсказки. Будто кто-то мне пишет, какие у меня навыки и на каком они уровне. Например, я знаю, что нужно сделать для роста уровня и вижу прогресс. Ну, сколько нужно сделать, чтобы получить следующий уровень. А ещё… Я получаю задания. Это просто появилось передо мной в один момент и с тех пор не исчезает.