Таверна на прокачку. Трилогия
Шрифт:
– Мастер Макс, и я с тобой пойду! – вскочил Сёмка, чуть не опрокинув тарелку. – Как ты без моей помощи справишься?
– И я! – Гришка был хмур и серьёзен, он тоже поднялся, твёрдо глядя на меня. – Я с тобой совсем по-другому стал на жизнь смотреть. Раньше только проблемы матери создавал. А сейчас хочу пользу приносить и у тебя дальше учиться!
От их мальчишеского порыва стало тепло на душе. Особенно если вспомнить, каким было моё первое знакомство с ними. Но наверное, так и зарождается дружба.
Да уж, даже немного жаль, что взять мальчишек с собой нельзя. Я по ним буду скучать.
– Нет, парни. – Я покачал головой. – Вам со мной нельзя, у вас здесь свои дома и матери. Да и я вас ничему особенному не учил, вы всему сами научились. Вот дальше и продолжайте учиться, набирайтесь мудрости. И родных поддерживайте.
– Но мастер Макс…
– Макс дело говорит, – отрезал Павел. – Вы только матерей своих печалить будете. Подумайте, что они почувствуют, не зная, где вы. А какими словами они будут Макса вспоминать? Увёл, мол, детей. Нет уж. – Он посмотрел на мальчишек, которые уже готовились выпалить возражения, и предложил: – А к делу я вас пристрою. Мастеру Назару подмастерья нужны, вот и поучитесь у него.
– Плотнику в подмастерья? – переспросил Сёма. Чуть поморщился и переглянулся с Гришей.
– А ну-ка тихо, имейте уважение, – рыкнул Сыч, заметив их переглядки. Мальчишки вздрогнули и вытаращились на него. – Этот плотник Болотня остановил в одиночку, забыли? Назар великий мастер. Я не знаю ни одного практика, кто столько славных дел совершил. Он и вас многому научит, если не будете дурить.
Сёмка восторженно выпалил:
– А он нас научит Болотня прогонять?
Сыч сменил гнев на милость и ответил спокойно:
– Ну, это уж у него спросишь.
Гришка нахмурился и опустил взгляд. Он явно думал о чём-то, и думы эти были тяжёлыми.
Сыч посмотрел на меня и спросил:
– И когда ты хочешь отправляться?
– Вот поедим и пойду.
Павел кивнул и встал из-за стола:
– Я тогда тоже не буду терять времени. Пойду объяснюсь с Назаром, да вещи соберу. – Он махнул рукой мальчишкам: – За мной, ребята, покажу вас Назару.
Пока Павел с парнями ходил к плотнику договариваться, я занялся сборами.
Звучит громко, «сборы». На деле всё моё имущество умещалось в один мешок и сумку Антония. Но когда я разложил вещи на кровати Сыча, то неожиданно понял: не такой уж я нищий.
У меня имелись деньги. Сорок серебряных, которые отдала мне Варвара по решению Антония. Монеты лежали в тяжёленьком тканевом кошельке. Два кожаных кошеля, оставшиеся от Шныря и Змея, были пусты. Я выгреб тогда подчистую всё, чтобы расплатиться с Борисом.
Я повесил на пояс кошель Змея и положил туда три монеты. Остальные деньги и кошельки положил в оставшуюся от матери шкатулку.
Стопка книг от Варвары и от Антония.
Пока я собирался, Сыч принёс меч Шныря, который я отдал ему перед отправкой в лес.
Я взял рукоятку, взвесил оружие в руке, вытащил лезвие на несколько сантиметров. Может ничего особенного. Но мне подойдёт и для тренировок, и для реального боя. Я вложил клинок в ножны и положил рядом с мешком, на пояс цеплять не стал.
Пока я разбирался со своим богатством, Сыч успел сходить к Марте и принёс мои выстиранные вещи. Чистый и аккуратно сложенный комплект, рубаха и штаны. Их я тоже сунул в мешок.
Ещё у меня оставалась одежда Шныря, которую я так и не почистил, руки не дошли среди всех событий. Её тоже сложил в мешок. Оставил только кожаные штаны, которые надел поверх своих тканевых. Всё же в дорогу лучше одеться так. Тканевые быстро придут в негодность.
Оставались мелочи: два энергоядра, одно с энергией природы, другое водяное. Неизвестное зелье, что было при Змее (я так и не разобрался, что в бутыльке, а система не определила) и клык какого-то зверя. И конечно, сумка Антония. У меня не было времени изучить её получше, хотя следовало бы. На дне её лежала россыпь зелий, но не меньше склянок хранились в кармашках и отделениях, что обильно были нашиты внутри сумки. Там может быть много интересного, и, как появится время, надо будет обязательно всё внимательно изучить.
Что ж, не совсем нищий.
Я затянул горловину мешка и закинул его на плечо. Сумку Антония перекинул через другое плечо и оглядел комнату. На узкой кровати осталась только вмятина от моих вещей.
Вернулся Павел вместе с Сёмой с Гришей. Павел коротко сообщил:
– С Назаром поговорили, меня он понял. И парней примет. Сказал, что толковые руки ему как раз нужны.
Сёма покосился на Гришку и буркнул:
– Ну, мастер Назар – он тоже ничего. Серьёзный мастер.
Гришка промолчал. Только смотрел на меня серьёзно и хмуро.
Павел уже был собран. Рабочий фартук сменил на добротные кожаные доспехи, за спину повесил лук и колчан со стрелами. На плече у него тоже был мешок, не слишком туго набитый. Похоже, вещами за годы жизни здесь Павел не оброс. Или оставил всё без сожаления.
На поясе Павла висели меч и кинжал. Он отцепил меч и протянул мне:
– Макс, это твой. Ты мне дал его на время боя, но это твоя добыча.
Я посмотрел на меч, доставшийся мне как трофей за победу над Змеем.
– Пока ты со мной, лучшее место для этого меча – у тебя в руках, – сказал я. – А мне пока и этого достаточно. – Я кивнул на меч Шныря.
Павел помедлил, потом коротко кивнул и вернул клинок себе на пояс.
Прощались на перекрёстке, откуда уходила дорога через лес.
Сыч молча пожал мне руку. Сжал крепко, подержал дольше. Заглянул мне в глаза и тихо пожелал:
– Удачи тебе, Макс.
– Спасибо, – ответил я. – За всё.
Он отпустил руку и отступил на шаг. Потом пожал ладонь Павлу и кивнул. Тот кивнул в ответ. Всё было ясно без слов.
Сёма шмыгнул носом и прощально махнул рукой. Хмурый Гришка подошёл, протянул мне ладонь по-взрослому. Рукопожатие у него было крепким. На поправку идёт парень.
– Не забывай тренироваться, – сказал я.
– Не забуду.
Мы с Павлом развернулись и зашагали к лесу. Ника устроилась у меня на плече, вцепившись коготками в куртку.
За спиной послышался топот.
– Мастер Макс! Постойте! Мастер Макс!
Сёмка нёсся за нами, размахивая руками. Подбежал, задыхаясь, схватил меня за рукав.
– Я тебя не забуду, мастер Макс! – выпалил он. Глаза блестели, губы тряслись. – Буду каждый день тренироваться! А как повзрослею и силы наберусь, обязательно тебя найду!